Игорь Петров (labas) wrote,
Игорь Петров
labas

Categories:

аргонавт. драма в 3 действиях с эпилогом


Вместо пролога.



Первое действие. 29.04.1948
Совершенно секретно.
ГЛАВНОНАЧАЛЬСТВУЮЩЕМУ СВА В ГЕРМАНИИ
Маршалу Советского Союза тов. СОКОЛОВСКОМУ В.Д.
ПОЛИТИЧЕСКОМУ СОВЕТНИКУ В ГЕРМАНИИ тов. СЕМЕНОВУ

О похищении американскими военными властями Бремена
советского подполковника ТАСОЕВА Я.Д.

23 апреля 1948г. американский директор порта Бремен КЛЕМ пригласил к себе на квартиру на чашку чая инспектора советской транспортной группы при американской военной администрации в порту Бремен гвардии подполковника ТАСОЕВА Я.Д. в 18 час.30 мин. 23 апреля ТАСОЕВ выехал на квартиру КЛЕМ по адресу: Бремен, Макбург-Аллея 22, откуда домой не возвратился.
Обстоятельства исчезновения подполковника ТАСОЕВА дают все основания полагать, что в данном случае мы имеем дело с организованным американской разведкой похищением советского офицера.
ТАСОЕВ Я.Д. в течение полутора лет работал в Бремене по вопросам, связанным с отгрузкой репарационного оборудования в Советский Союз. За это время ТАСОЕВ проявил себя как дисциплинированный и выдержанный работник. Никаких компроментирующих его политическое или личное поведение материалов нет.
Обстановка, предшествовавшая похищению ТАСОЕВА характеризуется следующим. Американская разведка была оповещена о том, что ТАСОЕВ через несколько дней должен окончить свое пребывание в Бремене и выехать на постоянную работу в Карлсхорст. В течение последней недели перед похищением ТАСОЕВ оставался один в Бремене. За два дня до похищения в Бремен возвратился исполняющий обязанности уполномоченного Управления Репараций СВАГ в Бремене лейтенант Беляков. В день приезда БЕЛЯКОВА ТАСОЕВ сообщил ему, что он 23 апреля приглашен на ужин к Клем. Очевидно, узнав о прибытии БЕЛЯКОВА Клем дополнительно пригласил к себе на ужин и БЕЛЯКОВА. Однако 23 апреля жена Клема, белоэмигрантка, сообщила ТАСОЕВУ, что ужин переносится на несколько дней и что Клем приглашает на чашку чая одного лишь ТАСОЕВА. Уезжая на прием к Клем ТАСОЕВ оставил БЕЛЯКОВУ домашний телефон Клема и сообщил, что в случае необходимости он может ему позвонить по этому телефону. За несколько минут до отъезда ТАСОЕВА на квартиру к Клем в порт неожиданно был вызван лейтенант БЕЛЯКОВ для расследования происшедшей аварии с потоплением некоторой части репарационного оборудования, которое грузили на советский пароход "Сучан". Очевидно, что "авария" была организована специально для того, чтобы отвлечь БЕЛЯКОВА от событий, связанных с поездкой ТАСОЕВА к Клем.
За время отсутствия БЕЛЯКОВА, проживающего в одной квартире с ТАСОЕВЫМ, дважды, по показаниям уборщицы звонил ТАСОЕВ, пытавшийся вызвать БЕЛЯКОВА. По заявлению уборщицы ТАСОЕВУ не давали возможность говорить по телефону вследствие чего разговор внезапно обрывался.
Все личные вещи ТАСОЕВА, включая его документы, орден и деньги, находились в квартире. Никаких следов к сбору каких бы то ни было вещей в квартире не обнаружено.
Возвратившись из порта в 22 часа, БЕЛЯКОВ пытался по телефону связаться с ТАСОЕВЫМ, чтобы установить. к которому часу прислать машину. Однако телефон Клема был на это время выключен (снята труба).
24 апреля на первый звонок БЕЛЯКОВА Клем на его вопрос, где находится подполковник ТАСОЕВ ответил: "Исчез". В последующей личной беседе БЕЛЯКОВА с Клемом, последний заявил, что вечером 23 апреля в его квартире находились два якобы неизвестных ему человека, одетых в штатское и говоривших по-грузински. По просьбе этих лиц он, Клем, будто бы и пригласил ТАСОЕВА на чашку чая. Затем Клем и его жена якобы оставили свою квартиру и ушли в театр, а "два незнакомца" с ТАСОЕВЫМ продолжали беседовать за чашкой чая. Затем по заявлению Клема эти два "неизвестных" вместе с ТАСОЕВЫМ выехали на машине в неизвестном направлении.
Как дополнительно было установлено, в квартире Клема в ночь с 23 на 24 апреля ночевал начальник американской разведки в Бремене Харрес.
В дальнейших беседах советских представителей БЕЛЯКОВА и АЛЕКСЕЕВА (уполномоченный западного отдела Управления Репараций в английской зоне) с начальником американского военного правительства района Бремен капитаном первого ранга Джевс было выявлено явное нежелание американцев принимать какие бы то ни было меры по расследованию этого беспрецедентного случая, Джевс несколько раз пытался заявлять. что Клем якобы не причастен к факту исчезновения ТАСОЕВА, что "русский офицер делает это по своему велению", что "все причины исчезновения лучше всего известны самому подполковнику ТАСОЕВУ" и что "г-н Клем предоставил свою квартиру для встречи двух лиц и подполковника ТАСОЕВА, которая состоялась по обоюдному желанию и ТАСОЕВА и этих двух лиц".
Необходимо отметить также следующие факты. Американцы не согласились пустить в Бремен для расследования факта похищения ТАСОЕВА комиссию в составе представителей СВАГ. Американская печать в течение уже шести дней проявляет полное молчание по поводу исчезновения ТАСОЕВА.
Не исключено, что американцы в ближайшие дни выступят в печати с провокационными и вымышленными заявлениями по поводу якобы разведывательной деятельности подполковника ТАСОЕВА.
В связи с создавшейся обстановкой считал бы необходимым принять следующие меры:
1. Дополнительно к уже сделанному нами представлению на имя начальника штаба американской военной администрации генерала Гейли необходимо за подписью тов.ДРАТВИНА сделать немедленное резкое представление заместителю главнокомандующего американской администрации. В этом представлении потребовать немедленной выдачи ТАСОЕВА, заявив, что в случае невыдачи его советским военным властям в течение 48 часов, вся ответственность за последствия ляжет на американское командование.
2. Вторично, также за подписью тов.ДРАТВИНА поставить перед американцами вопрос о немедленном выезде советской квалифицированной комиссии в Бремен для расследования всех обстоятельств, связанных с похищением ТАСОЕВА.
3. Потребовать от американцев предать суду организаторов похищения советского офицера, а именно: Клема, Джевса, Харреса.
4. Опубликовать в печати сообщение СИБ об этом беспрецедентном факте.
5. В случае дальнейшего затягивания этого дела со стороны американцев поручить соответствующим органам СВАГ организовать и провести с соблюдением необходимой осторожности ответные меры в отношении американцев.
п.п. ЗАМЕСТИТЕЛЬ ПОЛИТИЧЕСКОГО СОВЕТНИКА СВА В ГЕРМАНИИ /М.ГРИБАНОВ/
Верно: НАЧАЛЬНИК ПОЛИТОТДЕЛА ШТАБА СВА В ГЕРМАНИИ ПОЛКОВНИК /К.ОВЧИННИКОВ/

Другое первое действие. 29.04.1948

СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО.
Вы помните русского дезертира, известного под кодовым именем Эксайз. С [глава MI6] докладывает, что разработка этого случая привела к дезертирству другого русского, подполковника Тасоева, главы советской репатриационной миссии в Бремене, при щекотливых обстоятельствах, которые могут иметь [вставлено: серьезные] политические последствия. История, рассказанная С, вкратце такова:
Эксайз оказался источником большой ценности, особенно в технических вопросах, связанных с военной авиацией. Однако у него есть свои причуды: разведывательную информацию удается получать от него, лишь потворствуя его убежденности, что он - тот самый человек, который сможет начать большое подпольное диверсионное движение в СССР, в первую очередь среди жителей азиатских республик (Эксайз - осетин). Недавно Эксайз дал понять, что он не сообщит больше никакой информации, пока не будут сделаны практические шаги для воплощения его идеи подпольного движения. Тогда С. решил провести акцию по вербовке в качестве агента подполковника Тасоева, который находился в контакте с Эксайзом и тоже является осетином. Конечно же, у С не было и мысли реально воплощать идею с подпольным движением, но ему казалось. что вербовка приятеля Эксайза в качестве агента имеет два преимущества: это не только стимулирует Эксайза делиться с нами своими знаниями, но и позволит нам получить ценного агента в лице Тасоева, считающегося довольно важным источником информации и имеющим полезные контакты. Это предложение [вставлено: завербовать Тасоева в качестве агента] было предварительно согласовано с генералом Уэлшем, главой G2 (американская армейская разведка) в Германии. До прошлой недели не нашлось возможности завербовать Тасоева в качестве агента [вставлено: установить контакт с Тасоевым], а затем стало известно, что советская репатриационная миссия в Бремене пакует чемоданы и собирается отбыть в ближайшие дни. В этих обстоятельствах С. принял решение привезти самого Эксайза на самолете в Германию 22 апреля, чтобы он смог присутствовать на встрече с Тасоевым, которая должна состояться на квартире американского директора порта в Бремене (контакты с которым Тасоев мог всегда легко объяснить) вечером 23 апреля. Мистер Данн, глава американского военного правительства в Бремене был проинформирован об этом плане представителем С., который пояснил, что попытка вербовки Тасоева была обговорена с генералом Уэлшем в январе. Мистер Данн не высказал возражений. [вставлено: Намерения позволить Тасоеву дезертировать не было].
Встреча состоялась, но все пошло не по плану, так как Тасоев высказал намерение дезертировать, и его не удалось разубедить. С. объяснил, что из соображений безопасности предложение нельзя было отклонить и так как наготове был специальный самолет, чтобы вези Эксайза обратно в данную страну, было решено взять Тасоева с собой. Мистер Данн снова был проинформирован.
Генерал Клей, который не был проинформирован об этой операции, пока она не завершилась, был поставлен мистером Данном в известность касательно дезертирства Тасоева. Генерал Клей озабочен проблемами, возникшими в связи с этим делом: русский шофер Тасоева знает, что в последний раз его видели в квартире американского директора порта: русские поэтому будут иметь [вставлено: имеют] некоторые [вставлено: веские] причины считать, что Тасоев похищен американцами и могут пожелать принять ответные меры, похитив американского офицера, к примеру, в Берлине. Генерал Робертсон также в курсе произошедшего и столь же встревожен возникшими сложностями. Генерал Клей настаивает, что Тасоев должен вернуться и лично встретиться с Беляковым (последний оставшийся член русской репатриационной комиссии в Бремене) и проинформировать его, что он не увезен по принуждению, и что американцы не причастны...
[...]
[подпись: Сарджент]
[судя по тому, что ниже история излагается наново, этот документ не был отправлен - ИП]

Второе действие. 04.05.1948
СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО.
МИНИСТРУ
ПОЛКОВНИК ТАСОЕВ

1. Я полагаю, Вы знаете о существовании советского дезертира, известного под кодовым именем Эксайз. Эксайз уже некоторое время находится в данной стране и представил нам имеющую большую ценность информацию о советской авиации. Он кавказец и одна из трудностей обхождения с ним заключается в том, что он видит себя архитектором большого антикоммунистического подпольного движения, которое однажды выйдет на свет и освободит Россию от ее сегодняшних властителей (а тем самым и его часть Кавказа от русских). Его идеи в этой связи не слишком здравы и мы никак не поощряли его уверенность в том, что мы поддержим его в этом деле. Эксайз конечно смотрел на вещи иначе и не мог понять, почему мы не оказываем более активную поддержку его "движению" и не обращаемся с ним как с Очень Важной Персоной. Впав в депрессивное настроение, он отказался разговаривать с нами, и поток ценной технической информации о советской авиации иссяк.
2. Чтобы развязать ему язык во время этого периода молчания, С разработал для него план встречи с коллегой, соотечественником и участником заговора , которого зовут полковник Тасоев - главой советской репатриационной миссии в американском анклаве в Бремене. С точки зрения Эксайза встреча была стопроцентно удачной, он снова заговорил, но с другой стороны она вызвала крайне неприятную неразбериху. Операция включала полет Эксайза в Бремен и организацию встречи с полковником Тасоевым на нейтральной территории - для этой цели был выбран дом мистера Клема, американского директора порта. Все приготовления делались с ведома мистера Данна, главы американского военного правительства в Бремене и генерала Уэлша, главы американской армейской разведки в Германии. Мы надеялись, что сможем завербовать полковника Тасоева в качестве агента.
3. К сожалению, после встречи с Эксайзом полковник Тасоев настоял на том, что хочет дезертировать к нам, и, исходя из информации, полученной во время встречи у представителя С. не было иного выбора кроме согласия на это. К несчастью, затем было принято решение отправить Тасоева в Англию на самолете, который привез Эксайза. Само по себе это могло принести не так много вреда, если бы полковник Тасоев не проявил беспечности относительно встречи в доме мистера Клема. Советская миссия в Бремене имела возможность проследить за полковником Тасоевым до дома мистера Клема, и вскоре было высказано утверждение, что американские власти "похитили" Тасоева. Генерал Клей, который тогда впервые узнал обо всем предприятии, был естественно раздражен, что такая история произошла в его зоне и опасался того, что пока обвинение в "похищении" не будет снято, русские захотят отомстить и по-настоящему похитят американского офицера .
4. Чтобы снять бремя вины с американцев, людьми С. было предложено свести полковника Тасоева с советским представителем, которому Тасоев должен объяснить, что не был похищен, а добровольно дезертировал к англичанам. На этой стадии министерство иностранных дел было впервые поставлено в известность. Выразив недовольство тем, что нас не проинформировали своевременно, мы подчеркнули опасность того, что полковник Тасоев сломается и скажет при встрече с советским представителем больше, чем нужно. Эта идея была отброшена и с того момента генерал Клей просит нас организовать выступление полковника Тасоева перед прессой в Соединенном Королевстве. Генерал Робертсон склоняется к этому предложению, замечая, что встречу можно организовать так, чтобы журналисты не задавали вопросов Тасоеву. Однако и здесь мы не можем быть уверенными в том, что полковник Тасоев не примется рассказывать больше чем нужно для безопасности с точки зрения использования нами Эксайза. Более того, мне кажется, что любое выступление перед журналистами без предоставления возможности задавать вопросы сведет на нет желаемый эффект добровольного заявления.
5. Тем временем история просочилась в прессу. Субботние утренние газеты преподнесли ее на основании русских обвинений о похищении Тасоева американцами. Вчера "Санди таймс" в сообщении из Гамбурга опровергла русские обвинения, представив по большей части точную версию событий. Это может быть американской утечкой, вопрос нами изучается. Сегодня газеты печатают от лица "старшего британского офицера" в Гамбурге опровержение.
6. При данных обстоятельствах я считаю, что лучшим выходом для министерства иностранных дел будет официальное заявление о том, что в связи с противоречивыми сообщениями в прессе мы считаем себя вынужденными сообщить, что полковник Тасоев находится в наших руках по его собственному желанию. Дальше в заявлении можно указать на то, что как он дал нам понять, его сложение полномочий связано с его осуждением режима и боязнью быть ликвидированным после возвращения в СССР. Полковник Тасоев попросил нас предпринять необходимые шаги, чтобы вывезти его из Бремена. Власти Соединенных Штатов не были вовлечены в эту операцию, хотя точные детали бегства и были сообщены полковнику Тасоеву в американском доме. Конечно, мы должны добавить, что мы не похищаем советских служащих, но нам трудно отказать в убежище жертвам политического гнета. Прошу Вашего одобрения для такого заявления.
7. Это решение не идеально, оно не помешает русским продолжать подозревать, что полковник Тасоев был похищен, но оно снимет ответственность с американцев, что и является непосредственной целью.
8. Я ознакомил с данным документом сэра Уильяма Стрэнга, и он согласился с ним.
[подпись: Сарджент]

Третье действие. 12.05.1948
СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО.
МИНИСТРУ
Полковник Тасоев

Извиняюсь, что вынужден потревожить Вас снова в связи с делом полковника Тасоева, однако недавнее развитие событий делает консультацию с Вами необходимой.
Полковника Тасоева одолели угрызения совести. Будучи охвачен славянским раскаянием, он желает сдаться в руки советских властей и понести наказание за предательство. Он уже пытался сбежать, чтобы исполнить это намерение и находится в крайне неуравновешенном расположении духа. Конечно, не исключено, что он передумает, но мы не вправе рассчитывать на это и должны проанализировать все риски данной ситуации.
Трудность, возникшая в связи с переменой настроения полковника Тасоева, заключается в том, что он должен содержаться под стражей. Так как помещения MI5 не оборудованы для удержания людей против их воли, полковника Тасоева пришлось поместить в полицейский участок, но он не может остаться там навсегда. Министерство внутренних дел и полицейское начальство уже интересовались какие обвинения планируется выдвинуть против него. Если же обвинений не будет, то полковник Тасоев должен быть выпущен по закону о неприкосновенности личности. Более того, если он останется в заключении в полицейском участке, всегда существует значительная опасность того, что информация попадет в прессу или советское посольство узнает о его задержании. В этом случае советское посольство будет иметь право сослаться на закон о неприкосновенности личности и мы не сможем воспрепятствовать тому, что Тасоева освободят. В любом случае мы вправе ожидать немалых неприятностей.
В связи с юридическими сложностями в данной стране приходит в голову решение переправить полковника Тасоева в охраняемый лагерь в Берлине. Мы консультировались по этому вопросу с генералом Робертсоном, который против такого варианта в связи с утечкой, которая рано или поздно произойдет, и вызовет тем самым неприятности.
Единственной альтернативой для нас является выдача полковника Тасоева советским властям. Сэр Уильям Стрэнг, генерал Робертсон, министерство внутренних дел и службы безопасности предпочитают этот вариант. Они предлагают нам просто сказать, что полковник Тасоев перебежал к нам добровольно, но изменил свое мнение и желает вернуться в Советский Союз. Так как мы не удерживаем людей против их воли, мы возвращаем его его стране. Затем мы можем доставить полковника Тасоева в Берлин или куда-то еще и отпустить его. Этот вариант следует предпочесть, если, что кажется вероятным, полковник Тасоев в наших руках окажется постоянным источником неудобств. Если мы выдаем его, то с практической точки зрения, чем скорее, тем лучше. С другой стороны, меня не покидает ощущение, что неприятности, которые вызовет его передача советским властям, будут немалыми. Советские власти все время отстаивают точку зрения, что полковник Тасоев был похищен, и конечно, если он снова попадет к ним в когти, то ради самозащиты будет утверждать, что был похищен. Тогда русские без сомнения заявят, что заявление, сделанное нами на прошлой неделе, сфабриковано. Хотя мы сами не должны чрезмерно беспокоиться из-за подобных советских заявлений, в данной стране нам следует рассчитывать на немалую порцию критики. Факт, что через неделю после нашего заявления о добровольном переходе полковника к нам, мы сообщаем, что он изменил свое мнение и возвращается в Россию, покажется курьезным. Немалое количество людей не преминет поддержать советское утверждение о его похищении. И с точки зрения безопасности существуют возражения против возвращения полковника Тасоева советским властям, к примеру, его нынешние знания о наших методах допроса, сотрудниках и т.д. (хотя я хотел бы заметить, что эти возражения не столь критичны). Вдобавок ко всему русские узнают, что Эксайз у нас. Помимо сложностей с точки зрения безопасности, мы можем оказаться втянутыми в дальнейшие пререкания с русскими, теперь по поводу его исчезновения.
Таким образом существует три альтернативы:
1) держать полковника Тасоева в заключении в данной стране, пока он не изменит свое мнение или пока мы не решим, что его освобождение и возвращение в Россию приемлемо. Если мы пойдем на это, мы должны забрать его из рук полиции и настоять на том, что MI5 организует его содержание где-либо, предприняв все возможное для уменьшения риска утечки в прессу.
2) держать полковника Тасоева в заключении в Германии. В британской зоне есть соответствующие структуры и там нет сложностей связанных с законом о неприкосновенности личности. С другой стороны, с точки зрения безопасности положение будет хуже и опасность утечки (к примеру, при визите военной полиции) присутствует. Длительность содержания под стражей такая же как в 1).
3) передать полковника Тасоева русским. Аргументы против я уже перечислил выше. Преимущество в том, что мы раз и навсегда разделаемся с проблемой, причиняющей столько беспокойства.
Сэр Уильям Стрэнг, генерал Робертсон и другие предпочитают вариант 3. Я предпочитаю по убыванию приоритета варианты 2 и 1. Я думаю, что только вы сможете оценить какой из рисков более приемлем.
[подпись: Сарджент]

Другое третье действие. 05.06.1948


Эпилог
Тасоев Ясон Давыдович Родился в 1909 г., Рустави; осетин; образование низшее; член ВКП(б); инспектор в западном отделе Управления репараций и поставок Советской военной администрации в порту г.Бремен (Германия).. Проживал: Бремене..
Арестован 11 сентября 1948 г.
Приговорен: ВКВС СССР 19 апреля 1950 г., обв.: измене Родине и изготовлении документа к.-р. содержания..
Расстрелян 19 апреля 1950 г. Место захоронения - место захоронения - Москва, Донское кладбище. Реабилитирован 28 декабря 1956 г. Верховным судом СССР


Источники в порядке использования: БД Подвиг Народа; архив СВАГ; The National Archives; газета "Известия"; memo.ru.
Перевод с английского мой.
Tags: документы: NA, тасоев, токаев
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 32 comments