Игорь Петров (labas) wrote,
Игорь Петров
labas

Category:

материализация духов

По счастливой случайности в бундесархиве удалось обнаружить пакет документов о принятии в немецкое гражданство Вл. Волошина-Берга.
По случайности - потому что я знал, что и Волошин, и Берг - это псевдонимы, и на имя "Волошин" решил поискать лишь для очистки совести, будучи уверенным, что по немецким документам он проходил под другой, настоящей, фамилией. Действительность оказалась затейливее.

Найденный пакет документов представляет интерес как с детективной (так как же на самом деле звали Вл.Волошина?), так и с исторической точки зрения (как проходила запись в фольксдойчи в конце 1944 года?). Поэтому я отсканировал документы и выкладываю их с переводом и пояснениями.


Итак, 10 сентября 1944 года Владимир Волошин подает на имя рейхскомиссара по укреплению германской народности Гиммлера официальное прошение о предоставлении гражданства со след. данными:
Владимир Волошин, род. 13.02.1907 в Петербурге; гражданство: СССР; национальность:белорус; родной язык: русский, в детстве немецкий; знание немецкого языка: говорит и пишет с ошибками; проживал в Москве до 1941 г., сейчас живет в Берлине, в здании отдела ВермахтПропаганда IV по Маргаретенштр., 16.

Ср. в письмах Николаевскому: " В ночь на 23.11.43, случайно оказавшись в Берлине (я жил тогда в Дабендорфе) крепко помог спасению бумаг и т.д. в Vict[oria] Str. 10. Мне предложили переехать в Берлин и возглавить, при тревогах, пожарную оборону. С 24.11.43 я живу в OKW WPr IV (теперь Margarethenstr. 16, ибо от Vict[oria] Str.10 стоят одни руины)... Margarethenstr.16 1943 [описка, правильно: 1944] (конец). Каждый день - все стекла к чорту, двери перекошены, столы перевернуты. 2 раза здание горит. Я спасаю (= моя пожарная команда). Наконец, это надоедает Штрауху - в бараки, в Zehlendorf (окраина Берлина). В здании остаюсь я один. Живу в подвале."

Происхождение: отец Владимир Волошин, дед Степан Волошин, белорус, православный, бабушка Надежда. Мать: Мария Анна Берг, род. 18.9.1872 в Рязани, гражданство: эстонское, происходит из Везенберга (Раквере, Эстония), протестантка, дед Карл-Николаус Берг из Везенберга, бабушка Мария Федорова.
Семейное положение: холост, детей нет. Из документов только воинская книжка и служебное удостоверение.
В рейхе со 2 июля 1941 г. добровольно. Возвращаться за границу не планирует.
10 лет посещал школу, где преподавали на русском, французском и немецком, но лишь в 1937 г. сдал экзамены за курс средней школы.
Профессия: журналист, работал в различных газетах, в том числе за границей (т.е. в СССР).
В 1929 г. был призван в Красную Армию, где служил до 1937 г., последнее звание: старший лейтенант.
В 1942 г. вступил в вермахт, служил в спецподразделении 804. (Это т.н. легионерское соединение небезызвестного полка Бранденбург).
Получил медаль за храбрость второго класса.
Справки о заявителе может дать капитан Штраух из отдела ВермахтПропаганда IV (о нем Берг в письмах отозвался лаконично: "Штраух. Личность чисто строевая.")
Краткое жизнеописание: родился 13.2.1907 в семье госслужащего Волошина в Петербурге. Отец умер в 1915 г. Мать - немка - умерла в 1925 г. Посещал среднюю школу, но бросил и сдал выпускной экзамен только в 1937 г. С 1929 по 1937 г.г. служил в Красной Армии, вышел на гражданскую службу в звании старшего лейтенанта. Был арестован по подозрению в том, что является врагом народа. Через полтора месяца отпущен, но уволен из армии. Снова призван в 1940 г., служил до перехода на немецкую сторону в 1941 г. Причина перехода: Советский Союз не Родина, а также нет интереса поддерживать и защищать сталинскую систему. В 1941 г. добровольно обратился к коменданту офицерского лагеря военнопленных XIIID в Хаммельбурге. С октября 1941 г. по апрель 1942 г. секретарь редакции (газеты "Путь Родины"). В мае-июле 1942 г. переобучение в вермахте в Брайтенфурте под Веной. С августа 1942 г. по апрель 1943 г. легионер в вермахте - был задействован на фронте. С мая 1943 г. по сей день референт отдела ВермахтПропаганда IV по Маргаретенштрассе, 16 и начальник пожарной команды постоянного караула этого же здания.

Ср. в письмах Николаевскому: "Хаммельбург был СССР в квадрате. То, что я пишу в Н[овом] Р[усском] Сл[ове], это 1/10!!!! Жуть, что за ад это был. Ад, созданный русскими для русских! Трухин и Благовещенский были виднейшими руководителями РТНП.
Еще Закутный. Организаторы вообще: Мальцев и Коржин в "русском" блоке, я, Закутный, Мальцев... еще двое, забыл фамилии, в "укр.-белор." блоке. Впоследствии меня Мальцев полностью "затер". Вообще же я был секретарем редакции "Путей родины"...
В начале 1942 г. я становлюсь нем
[ецким] солдатом. Идея. Вера. Глубочайшее разочарование (= купленные за кусок хлеба и тарелку супа наемные солдаты!) Заявление командиру роты: "Довольно! Делайте, чего хотите, но я не могу больше - "противно". Мной заинтересовашийся ком[андир]р б[атальо]на, который начинает меня использовать как "советника" при разных конфликтах с солдатами. А вообще - подметаю его канцелярию, чищу ему сапоги и т.д. Придя к убеждению, что война будет потеряна, если ее будут вести так, как ее ведут, я пишу большую докл[адную] записку Гитлеру. Смущение немцев. Требую ее отправления. Так она до Гитлера и не дошла, но в связи с ней меня вызвали в Берлин к Гроте. Victoria Straße 10 собирала "интересных людей" и мне предложили остаться там и работать в "Заре"."


К прошению прилагаются следующие документы:


Справка из Бреста о том, что никаких выписок из метрических книг предоставить не могут, так как все книги уничтожены в ходе войны. Справка из Везенберга с подтверждением существования Карла Николауса Берга и его дочери Анны, матери заявителя. Справка из отдела ВермахтПропаганда IV, который поддерживает прошение Волошина. Волошин уже несколько лет выказывает безусловную надежность и превосходно ратует, в том числе в критических ситуациях, за немецкие интересы и немецко-русское сотрудничество. Во время террористических бомбардировок Берлина он проявил примерную выдержку как начальник пожарной команды и был награжден медалью за храбрость для восточных народов.

6 ноября 1944 года Волошин получает приказ немедленно отправиться в Веймар и предстать пред штурмбаннфюрером СС Хумбертом для прохождения "шлюзования" (Durchschleusung). Шлюз поставлен на пути из инородца в фольксдойчи. Процедура "шлюзования" за прошедшие годы детально отработана чиновниками рейхскомиссарата по укреплению германской народности. Первым делом заполняется личная карточка.


Дата рождения в ней на 13 дней отличается от прежней, вероятно, Волошин пересчитал ее по новому стилю. Из карточки мы также узнаем, что он был женат с 1931 г. на Елене Петровне Несвецкой из Рязани, но теперь вдовец.
Ключевым пунктом, впрочем, является подсчет немецкой крови. По его результатам Волошин на 75% белорус, а на 25% (тот самый дедушка Карл-Николаус Берг) - немец. Надо заметить, что еще в 1941 году необходимым условием успешного "шлюзования" было 75% немецкой крови, в искл. случаях 50% по отцовской линии. К осени 1944 г. квоты, как мы видим, существенно снизились.
Наконец, документы, о собственно "шлюзовании".


Заявитель признает себя частью немецкой народности, а также сообщает дополнительные биографические сведения: в средней школе он учился с 1915 по 1925 г.г. в Рязани, а затем полтора года в Московском университете. С 1932 по 1937 г.г. был кандидатом в члены партии, с 1925 по 1941 годы членом союза работников печати.
Проживал: до 1913 г. в Ленинграде, с 1913 по 1929 г.г. в Рязани и Москве, с 1929 по 1937 г.г. снова в Ленинграде, с 1937 по 1941 г.г. в Москве, в 1941 г. в Гродно, затем в Хаммельбурге, Бранденбурге и Берлине.
Жена и двое детей погибли 22.6.1941 г. во время бомбардировки в Гродно.
Заявитель клянется под присягой, что говорил только правду, и что ему неизвестны никакие факты, вызывающие сомнения в его немецком происхождении, и тем более указывающие на присутствие еврейской крови.

Ср. в письмах Николаевскому: Зачем воскрешать одно умершее имя, которое, случайно попав в ненужные руки, может привести в Сибирь мою дочь? (м.б.,м.б., она не там еще. Я сделал все, что мог, чтобы меня считали умершим.)

Принимающий добавляет, что в подробных беседах с заявителем убедился в верности его данных. Заявитель хорошо говорит по-немецки, добровольно перешел на немецкую сторону 2.7.41 г. в р-не Столбцов и в 1942/43 г.г. 5 мес. воевал в вермахте на центральном участке фронта и под Ленинградом.
Далее следует результат проверки здоровья: ни наследственных, ни медицинских противопоказаний нет, общее впечатление хорошее, интеллектуален.
Проверка расовой пригодности показала, что Волошин принадлежит к "Ценностной группе II" (для онемечивания годились лишь группы I и II).
Наконец, эксперт по вопросам народности дает такую оценку: 75% белорусской крови, 25% немецкой. Против предоставления гражданства возражений нет, но т.к. Волошин был коммунистом и советским офицером, гражданство дается только на испытательный срок ("Auf Widerruf").
Все это украшается стандартными штампами: "Гражданство дано на испытательный срок", "Смешанный случай".
И наконец, итог:



Вернемся теперь к детективной составляющей. Загадка Волошина, надо признать, ставила меня в тупик. Казалось бы, его публицистика и переписка давали достаточное количество биографических наводок, а благодаря ОБД Мемориал в нашем распоряжении есть уникальная база данных, позволяющая отыскать пропавшего без вести человека. Но увы, как я ни комбинировал параметры запросов, ответ не находился. Разгадка, как часто бывает, оказалась тривиальной. Но обо всем по порядку.

Имевшиеся биографические наводки: в трех письмах между октябрем 1949 г. и январем 1950 г. он упоминает, что ему уже 43 года. Т.е. 1906 г.р. Национальность: украинец или белорус, так как был в Хаммельбурге в украинско-белорусском блоке. Скорее белорус. Место жительства перед войной: Подмосковье (цикл статей "Подмосковные очерки"). В армии в офицерском звании, т.к. был в офицерском лагере. Скорее, старлей или капитан. Попал в плен в самом начале войны в Белоруссии. Содержался в лагере Хаммельбург (офлаг XIIID). Это то, на что можно опираться твердо. Было и еще одно предположение: использование псевдонима "Триве" и криптонимов типа "В.В.", возможно, означало, что настоящие имя, фамилия и отчество начинаются на "В". Но, увы, никого подходящего под этот профиль в ОБД не находилось.

Найдя в бундесархиве приведенные выше документы, я расширил набор параметров поиска, в том числе попробовал поискать с точными датами рождения. 26.02.1907 не дало результата, а вот по запросу с 13.02.1907 искомый нашелся. И немедленно выяснилось, почему я не мог его найти раньше. Показательный случай, который можно назвать "Коварство базы данных": в поле "лагерь [военнопленных]" у него ошибочно указано "шталаг 307", хотя в документах "офлаг 62". Поэтому все мои запросы с "офлагом 62" не давали результата. Запросы же без номера лагеря не давали результата из-за неугаданного мной года рождения. "Мне 43" в письмах надо было, очевидно, трактовать как "мне почти 43" или "мне скоро 43".

Итак, настоящее имя Вл. Волошина, Берга, Влад. Кержака, Вл. Валина - Владимир Владимирович Валюженич.


Никаких сомнений в том, что это и есть Волошин-Берг нет. В карточке военнопленного указано имя матери (Анна Берг), имя и адрес жены (Елена Петровна, Лианозовский кирпичный завод и есть тот самый завод, о котором идет речь в "Подмосковных очерках". Рассказ о ее гибели с детьми в Гродно являлся таким образом частью легенды), место и дата пленения (Мир, 2.7.1941). Наконец, в одной из карточек стоит отметка об откомандировании 13 мая 1942 г. в отделение абвера в Вене - так, очевидно, он и попал в учебку "Бранденбурга". Ну и одна из первых статей Волошина подписана "В.В-нич".

В адресных книгах Санкт-Петербурга за начало прошлого века действительно обнаруживается госслужащий Владимир Степанович Валюженич, коллежский секретарь, а затем титулярный советник.



На вопрос: зачем Волошин решил получать гражданство рейха не под своей фамилией, ответ, очевидно, ясен: он стремился по возможности обезопасить оставшуюся в СССР семью. Тем не менее отправить запрос в Брест с просьбой отыскать в метрических книгах никогда не существовавшего Степана Волошина, было шагом авантюрным. Но ответ о том, что архивы уничтожены войной, очевидно, придал ему решимости действовать в духе "никаких документов на руках у меня нет, но отдел ВермахтПропаганда подтверждает мою личность".
Не слишком понятно, однако, что Волошин собирался делать, если бы столкнулся с кем-то из старых знакомых по Хаммельбургу, знавших его под настоящей фамилией. Объяснять, что "Валюженич" это белоруссифицированный вариант фамилии "Волошин"?

Интересно было бы узнать, удалось ли его расшифровать КГБ, т.е. фигурирует ли он в послевоенных розыскных списках под настоящей фамилией.
Мы же можем лишь отметить, что замаскировался он превосходно, и - если бы не существовала ОБД Мемориал - раскрыть его псевдоним нам вряд ли бы удалось.
Tags: берг, документы: BA
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 25 comments