Игорь Петров (labas) wrote,
Игорь Петров
labas

Categories:

"дело бунескула-дринкера"


4 января 1942 года в "Известиях" был напечатан фельетон известного советского писателя Владимира Лидина, посвященный оккупации (к тому времени уже освобожденной) Калуги немцами.

"Реклама — двигатель торговли"

Немцы поселились в Калуге всерьез и надолго. Для того, чтобы все выглядело, как в лучших домах, решено было издавать еженедельную местную газетку на средне-русской языке. Для настоящего русского языка не хватало сил. В качестве редактора газетки было приглашено нечто румынское под фамилией Бунескул.
Газетка вышла в городе Калуге в количестве четырех номеров. Дальше деятельность Бунескула прекратилась, так как город Калуга был отбит частями Красной Армии. Но и четыре вышедшие номера свидетельствуют об интенсивной хозяйственной жизни недолговременных хозяев города Калуги.

"Реклама — двигатель торговли", — сообщается в отделе объявлений этого печатного органа. "Открыт прием объявлений в газету "Новый путь". Принимаются объявления о розыске лиц, пропавших без вести".
Признаться, до сих пор мы не знали, что лица, пропавшие без вести, могут быть двигателями торговли. Но на горизонте торговли появляются уже мощные предприятия, в роде "Мехового магазина Л. М. Дринкера" по Кутузовской улице, д. 45. Мы охотно, из чисто зоологического интереса, делаем бесплатную рекламу этому предприятию: какими мехами мог торговать Л. М. Дринкер, когда даже тощих калужских кошек драли на наушники для германской замерзающей армии? Но, впрочем, Дринкер и не сообщает о продаже меховых изделий, он главным образом взывает о "покупке всевозможных мехов и сырья", что больше соответствует интересам представляемой им фирмы в лице германского командования.

Далее, очевидно, в помощь Бунескулу, кто-то с чисто румынским интересом к этому виду деятельности хочет купить "хорошую скрипку и смычок. С предложениями являться в канцелярию по Пушкинской ул., 25 от 15—16 часов". Но что — скрипка! Скрипка — нежный инструмент,— в крайнем случае для пополнения очередного румынского оркестра. Но вот самой редакции "Нового пути" требуются гораздо более прозаические вещи. "Купим портфели, письменные приборы, настольные лампы", — взывает редакция, в которой вышеупомянутый ранее — Бунескул является и "главным" редактором, и сборщиком объявлений — "купим вечные ручки". На что столько вечных ручек, портфелей и письменных приборов Бунескулу? Газетка маленькая, выходит раз в неделю, в одном портфеле можно унести и весь материал, и "главного" редактора со всеми его убогими пожитками.

Ведь за плечами Бунескула — Германия, ей бы. казалось, снабжать и снабжать его вечными ручками и письменными приборами. Но многое ли от нее ныне получишь — от Германиию. Немецкая армия тащит все, что попадется ей под руку, и продажный бульварный листок чистосердечно пробалтывается в своих объявлениях, которые являются "двигателем торговли". "Купим срочно по высокой цене патефоны, гитары. часы, швейные машины, велосипеды (старые, ломаные и все части к ним). Все домашние, кухонные вещи, посуду, одежду, меха, обувь" — уже с полной откровенностью взывает другое объявление в газетке. "Предлагать в  л ю б о е  время. Адрес: Театральная ул., д. 62".

Все на потребу, все нужно, найдется веревочка — давай и веревочку. Позади, за плечами Германия — обнищавшая, обносившаяся, босая и голая. Впрочем, он не виноват — Бунескул. Он добросовестно известил читателей, что "Следующий номер "Нового пути" выйдет в четверг, 1 января 1942 года". Он известил, что "Принимаются объявления в праздничный новогодний номер", не думая, что в лучшем случае ему, Бунескулу, позволят вскочить на подножку автомобиля с бегущими из Калуги немцами, а в худшем — по старой калужской дороге добираться за свой страх и риск куда-нибудь подальше от Калуги на запад. Прощай портфели и вечные ручки, и меховой магазин Л. М. Дринкера. и надежда на русские меха, и теплая квартирка в Калуге. Все позади, точно снилось, и только бы вытащить ноги из снега, пробираясь вместе с отступающим и закутанным в ворованное тряпье своим немецким хозяином...
1

В тот момент ни действительно бежавший из Калуги вместе с немцами Евгений Бунескул, ни оставшийся в ней и оказавшийся на советской стороне Леонид Дринкер не могли знать, что, по всей видимости, этот фельетон в "Известиях" прочитает некий весьма предприимчивый чекист, и это будет иметь фатальные последствия для них обоих.
Но не будем забегать вперед. Среди рекламных объявлений, так восхитивших Вл.Лидина в газете "Новый путь", было еще одно, весьма примечательное. Во втором номере, вышедшем 6 декабря 1941 года, редакция высказала желание купить у населения "сочинения В. Розанова и К. Леонтьева". На это объявление откликнулся местный врач-психиатр Михаил Васильевич Устрялов (брат известного сменовеховца Н.В.Устрялова). 15 декабря он записал в своем дневнике:
Вчера я носил (во 2-й раз) в редакцию "Нового пути" сочинения Розанова, согласно объявлению в №2. Опять не было сотрудника, который хотел эти книги купить. Я оставил свой адрес. В 3 ч[аса] д[ня] он сам (Зубковский) пришел ко мне. Оказывается, это муж одной из дочерей — Наталии — свящ[енника] Ф.Д.Соколова. Поговорили. Денег с него я не взял; он обещал доставить несколько немецких [нрзб?] журналов, а в дальнейшем даст прочесть русск[ую] газету, издающуюся в Берлине...2
Упомянутый сотрудник — Игорь Зубковский — третий герой этой печальной повести.

После войны советские чекисты составили список 70 советских граждан, разыскивавшихся в связи с сотрудничеством с немцами при оккупации Калуги. В нем помимо бывшего городского головы Н.С.Щербачева (№16), начальника полиции С.Б.Леульта (№43) и будущего писателя С.С.Пасхина (№49). фигурируют
36. Бенескул [так!] Евгений Евгеньевич, 1914 года рождения, уроженец Смоленской области, проживал в городе Калуге по улице Пушкина, №2...
39. Зубковский Игорь Сергеевич, 1912 года рождения, уроженец города Орла, проживал там же по улице Клары Цеткин, дом №55...
57. Дринкер Леонид Михайлович, 1905 года рождения, уроженец села Самовольная Ивановка Пугачевского района Куйбышевской области, проживал в городе Калуге по улице 1905 года в доме №45.
3
В 1993 году калужский журналист С.Фадеев рассказал о биографии Е.Бунескула в цикле статей в газете "Калуга вечерняя"4. В 2015 году Б.А.Равдину удалось раскрыть псевдоним журналиста И.Горского, сотрудничавшего в смоленском "Новом Пути" в 1942 г. (и в частности, первым сообщившим в печати о самоубийстве М.Цветаевой, хотя и с неверными подробностями 5): под этим nom de plume скрывался бывший сотрудник советских журналов "Безбожник" и "Антирелигиозник" И.Зубковский 6. Наконец, личность Л.Дринкера до сего времени не привлекала внимания исследователей 7.

Калуга была оккупирована 12 октября 1941 года, однако, первый сотрудник немецкой пропаганды, зондерфюрер Курт Риттвегер, прибыл в нее лишь месяцем спустя. В двух рапортах он доложил об успешных пропагандистских мероприятиях, в частности, при поддержке бургомистра города был вывешен "Цветной портрет фюрера", который пользовался "особой популярностью у населения". 20 ноября вышел первый выпуск "Сводки вермахта" на русском языке8, а 28 ноября — первый выпуск газеты "Новый Путь"9. Любопытно, что, хотя формально она считалась местным филиалом смоленского "Нового пути", ее тираж в три раза превосходил тираж "старшей" смоленской газеты: 34000 против 11000 10. В одном из последующих рапортов, однако, сухо сообщалось:
Издание калужского выпуска "Нового пути" пришлось остановить вследствие событий на фронте. Оба русских редактора привезены в Смоленск и теперь сотрудничают в местном "Новом Пути"11
Упомянутыми редакторами и были уже знакомые нам Е.Бунескул и И.Зубковский.

Остановимся на их биографиях. Т.И.Аксакова-Сиверс, вспоминая в мемуарах о своем детстве в дореволюционной России, писала об одной из своих подруг Вале Запольской:
... главной притягательной силой Калуги был стоявший там 10 Ново-Ингерманландский полк. Расчет оказался правильным, и 11 июля [1913 года] на Ольгин день в Радождеве должна была состояться свадьба Вали с капитаном Е.Г.В., добродушным, но недалеким уроженцем Бессарабии.12
У Вали и Евгения Григорьевича Бунескула (именно он скрывался за этими инициалами) в 1914 году родился сын Евгений, будущий редактор калужского "Нового Пути"13. Его "добродушный, но недалекий" отец отправился на первую мировую войну и вскоре вернулся с нее подполковником, Георгиевским кавалером и безногим инвалидом14. В 20-х г.г. он зарабатывал на жизнь, печатая на машинке, в частности, выполнял обязанности секретаря К.Э.Циолковского15. Его жена Валентина работала учительницей. В 30-е годы Бунескул-младший отправился учиться в Москву. С.Фадеев со слов знакомых семьи Бунескул приводит историю про то, как, сдав экзамены на "отлично", он не был принят в московский институт из-за своего происхождения и "уехал на заработки на Дальний Восток", но она как и рассказ о съемках Бунескула-младшего в фильме Я. Протазанова "Человек из ресторана"16 представляется не вполне точной17. По крайней мере, его отец в 1940 году писал, что
В одно время я с женой собирались переехать на жительство в Москву, где работал и учился в ВУЗе наш сын... Но наш переезд в Москву не состоялся.18
По сведениям С.Фадеева, в 1939 году Бунескул-младший вернулся в Калугу, где женился на "соседской девушке Татьяне", которая, однако, после бегства Бунескула-младшего вместе с немцами, осталась, будучи на последних месяцах беременности, в Калуге. Д.П.Кончаловский вспоминал в своем гарвардском интервью, что
Бузескул [так!] был вначале главным пропагандистом в Смоленской области... Он был инженером, которого Советы в 1939 году послали во Львов с тайным заданием.19

Биографию И.Зубковского с 1937 по 1941 г.г. можно проследить (на что указал Б.А.Равдин20) по недавно опубликованному дневнику советского драматурга А.К.Гладкова (автора комедии "Давным-давно").
27 июля [1937 года]. Позвонил и пришел Игорь. Он потрясен Лёвкиным [Л.К.Гладков — брат автора] арестом и немного сам не свой. Я и не подозревал, что он такой неврастеник. Разговаривал, оглядываясь на окно, завесил телефон, а когда я пошел его провожать, на каждого второго прохожего показывал, говоря, что это агент. Рядом с ним я выгляжу уравновешеннейшим из людей...
2 августа. Вечером заходит Игорь, и мы с ним идем смотреть новый фильм... После кино кружим с ним вокруг Никитского бульвара, чтобы сбить со следа воображаемых агентов (кому мы нужны, чтобы за нами следить?), и расстаемся.
12 августа. Целый день с Игорем в Загорянке.
[…] В числе прочего спорили и о том, как оценивать исторически то, что происходит. Он вспомнил фразу жирондиста Верньо "Революция пожирает саму себя". Т. е. — заложено ли это все в природе вещей и является ли закономерным? Или это насилие над революцией, м. б., даже измена революции? Он склоняется к первой точке зрения, я думаю, что верна вторая. Оба мы опасаемся, что страну впереди ждет своеобразный бонапартизм. Игорю нравится уклон в патриотизм, народность. Он пророчит, что скоро Сталину понадобится церковь.
17 октября. ... является неврастеник Игорь и еще подбавляет порцию разных дурных слухов и предчувствий. Он считает, что нужно самим уезжать из Москвы, пока не выслали, что Москва сейчас — это огромная мышеловка, где погибнешь и пр. Сам он решил переехать в Калугу, где у него семья.
21
Зубковский действительно перебирается в Калугу, где сотрудничает в местной газете22, но уже в мае 1938 года сообщает Гладкову, что собирается вернуться в Москву23. В 1940-41 г.г. Зубковский много ездит по стране, работая корреспондентом газеты "Безбожник" и журнала "Антирелигиозник"24. В 1941 г. он остается в Калуге, где после прихода немцев — как нам уже известно — сотрудничает в "Новом пути" и приобретает книги Вас.Розанова.
Однако, остается неясной его ранняя биография. Любопытное указание содержится в следственном деле русского философа и публициста А.К.Горского (не в его ли честь и был взят псевдоним?):
24 июня 1941 г. по приезду из гор. Москвы, Горский среди своих знакомых относительно войны СССР с Германией по адресу руководителей ВКП(б) и Советского правительства высказывал гнусные клеветнические измышления.
В период немецкой оккупации г. Калуги поддерживал связь с немецкими офицерами, посещал редакцию фашистской газеты "Новый путь", где имел общение с заместителем редактора, немецким агентом Игнатом Зубковским, в сотрудничестве с коим подозревается.
25
Здесь Зубковский называется не Игорем, а Игнатом. Возникает соблазн сопоставить его с литературным критиком, активно публиковавшимся в Москве в 1930-31 гг. и подписывавшим свои статьи Иг(натий) Зонд-Зубковский26. В 1932-1933 гг. рецензии продолжают публиковаться, но приставка "Зонд" исчезает27, возможно, тогда же "Игнатий" превращается в "Игоря".

Если в №3 калужского "Нового пути" Зубковский еще подписывался собственным именем28, то в Смоленске он печатался уже только под псевдонимом. Когда в начале 1942 года местный отдел пропаганды и абверкоманда начали совместное расследование деятельности НТС в Смоленске (русским эмигрантам, занявшим к тому времени многие важные посты в городском управлении, вменялись антинемецкие настроения и саботаж немецкой пропаганды), Зубковский стал главным информатором следователей, в итоговом отчете фигурируют высказывания членов НТС Гандзюка, Околовича, Пелипца, сделанные ими в частных беседах с Зубковским. Автор отчета приходит к выводу, что
по сведениям Шевченковой, бывшего сотрудника охранной службы Моисеева и Зубковского отношение "Союза" к немецкой пропаганде и особенно к прессе оккупированных территорий подчеркнуто негативное, так как "Союз" видит, что немецкая пропаганда в состоянии взять на себя идеологическое руководство русской общественности, воздействие на которую — в отсутствии активных политических действий — в настоящее время является важнейшей целью самого "Союза"29
При поддержке отдела пропаганды Зубковский становится самым активным автором смоленского "Нового пути" (кроме того в берлинском "Новом слове" печатаются большие циклы очерков "Жизнь в оковах" и "Солнце восходит с запада"), одним из первых едет в рекламную поездку по Германии (в августе-сентябре "Новый путь" публикует циклы очерков "Дорога на Запад" и "Германия сегодня"). Статьи строятся по стандартным лекалам нацистской пропаганды, разве что антисемитизм "И.Горского", пожалуй, еще более агрессивен, чем у других авторов газеты.
8 октября состоялся "первый литературно-художественный вечер", на котором наряду с К.Долгоненковым, Д.Березовым (Р.Акульшиным), С.Широковым (Пасхиным) и В.Южиным (Гацкевичем) выступал и И.Горский, рассказывавший про свои "заграничные впечатления". Публика "с большим вниманием" выслушала
правдивый рассказ, показывающий контраст цветущей жизни немецкого народа в сравнении с большевистским "земным раем".30
Последняя публикация И.Горского в "Новом пути" датируется 1 ноября31.

Как вспоминал Д.П.Кончаловский:
Затем оказалось, что [Бунескул] передавал по радио информацию Советам. Его расстреляли в конце 1942 года, его друг был смещен в 1944 году и тоже расстрелян.32
Вполне вероятно, что здесь речь идет именно о Зубковском-Горском, дата же является либо анахронизмом, либо ошибкой расшифровки интервью. Важное указание обнаруживается в отчете 303 абверкоманды за ноябрь 1942 г.:
Проводимые айнзацгруппой СД допросы лиц, арестованных в связи с делом о шпионаже Б о н е с к у л а [так!] - Д р и н к е р а... еще не закончены, окончательный результат можно ожидать предположительно в середине или конце января. Допросы были прерваны в связи с отпуском проводившего допрос штурмбаннфюрера.
Резюмируя, следует заметить, что хотя обвиняемые возлагают вину друг на друга, сами еще своей вины не признают. В целом можно заключить, что результаты расследования абверкоманды соответствовали действительности...
Шпионаж.... Вражеские агенты вербуют большей частью тех русских, пользующихся доверием немецких ведомств, чьи родственники находятся на территориях, занятых противником. Подобная вербовка использует угрозы репрессий против членов семей и часто ведет к успеху, то есть к сотрудничеству с советской разведслужбой (Дело Бонескула).
33
По данным С.Фадеева, супруга Е.Бунескула Татьяна была арестована в Калуге вскоре после прихода советских войск, их новорожденный сын умер в тюрьме, а сама она была отправлена в лагерь34.
Наконец, окончательно проясняют большинство обстоятельств мемуары бургомистра Смоленска Б.Г.Меньшагина:
Как-то в июне 1942 г. начальник жилищного отдела А.А.Дилигенский сказал мне, что сейчас ко мне за разрешением на прописку в Смоленске придет очень интересный человек, переброшенный советской разведкой через фронт и добровольно явившийся к немцам. Вскоре этот человек появился сам и в разговоре со мной заявил, что он Дрикслер (за точность фамилии не ручаюсь, но в первых моих воспоминаниях я ее еще хорошо помнил), во время НЭПа имел в Москве какое-то торговое предприятие, за что в период ликвидации НЭПа подвергся репрессиям. По отбытии срока, назначенного ему заключения в Москве прописки не получил и вынужден был поселиться в Калуге. Там и застала его война. После прихода немцев в Калугу, он открыл там комиссионный магазин, при изгнании немцев из Калуги уехать не успел, был арестован советскими органами безопасности, которые и предложили ему загладить вину путем разведывательной работы за линией фронта. Он согласился и был в районе станции Фаянсовая проведен в немецкий тыл, где сразу же заявил о себе. После некоторого времени, проведенного во время расследования дела в заключении в г. Спас-Демянске и Рославле, его привезли в Смоленск и освободили. По профессии он скорняк и просит разрешения на прописку в Смоленске и на выдачу патента на открытие скорняжной мастерской. Я задал ему ряд вопросов, на которые он отвечал довольно правдоподобно, во всяком случае явной нелепицы в его ответах не было. Однако и сам Дрикслер произвел на меня неблагоприятное впечатление и весь рассказ его о себе казался мне очень сомнительным. Об этом я тогда же сказал А.А.Дилигенскому, принимавшему в судьбе Дрикслера большое участие. Документ ему я все же выдал, а также и патент на скорняжную мастерскую.
Мастерская эта была открыта на Магнитогорской ул.; были наняты для работы в ней несколько человек. Работа в ней производилась в основном для немецкого Викадо, то есть хозяйственной комендатуры, но были и частные заказы.
Вскоре до меня стали доходить слухи о систематическом пьянстве и кутежах Дрикслера, пока в сентябре или начале октября стало известно, что Дрикслера арестовали немцы, якобы за то, что получаемый от Викадо паек для всех работающих в его мастерской, он присваивал себе и пропивал.
Через несколько дней после ареста Дрикслера немецкая абвергруппа арестовала всех калужских беженцев за исключением бывшего бургомистра Калуги С.Н.Кудрявцева, работавшего теперь начальником Смоленской городской пожарной охраны. Были арестованы: бывший редактор калужской газеты при немцах Бунескул и журналист Гронский, оба работавшие в немецкой Пропаганде, директор городского кинотеатра С.Пасхин-Широков-Максимов, а также пианистка городского театра С.М.Ермолова (это псевдоним, правильная ее фамилия, как я узнал из своего следственного дела – Виноградова), за которой ухаживал Бунескул. В конце октября эта Ермолова и Пасхин были освобождены, а остальные и в том числе сам Дрикслер, якобы расстреляны. По словам начальника городской полиции Н.Г.Сверчкова Дрикслер работал на две стороны – и на немцев и на советских, в чем ему помогали Бунескул и Гронский.
35
Мемуарист путает фамилии (Дринкер стал Дрикслером, Горский — Гронским) и, возможно, немного смещает даты, в остальном же его рассказ дополняет отчет абверкоманды. Этот же эпизод со слов С.Пасхина отражает в его биографии А.Любимов:
Работать в газете оказалось опасно. По чьему-то доносу все работники редакции были арестованы немцами, несколько из них — расстреляны. Сергея обвинили в шпионаже в пользу советской разведки, он отбывал 6 месяцев заключения в здании городской тюрьмы.36
Длительность заключения, как мы видим при сравнении этого пассажа с воспоминаниями Б.Г.Меньшагина, изрядно преувеличена, вряд ли она превышала несколько недель, 28 ноября в Смоленском театре уже состоялась премьера пьесы "Волк", написанной Пасхиным и Акульшиным37.

Подведем итог. После освобождения Калуги в руки органов госбезопасности попали жена бывшего редактора "Нового пути" Бунескула Татьяна и бывший владелец мехового магазина Дринкер. Узнав о том, что Бунескул оказался в Смоленске, чекисты (возможно, им попалась на глаза статья Вл.Лидина) решили отправить в Смоленск Дринкера, чтобы тот шантажировал Бунескула, объяснив, что в случае отказа сотрудничать пострадают его жена и новорожденный ребенок. Бунескул, очевидно, согласился, но конспирация не была его сильной стороной, возможно, немцы засекли сеанс его радиосвязи, и вся группа была арестована. Был ли "неврастеник" Зубковский-Горский также объектом шантажа или пострадал за компанию, пока однозначно сказать сложно.
Вероятно, в конце 1942 или в начале 1943 года, после окончания следствия, Бунескул, Дринкер и Зубковский были расстреляны. Но официально об этом не сообщалось, поэтому жена Бунескула так и осталась в заложниках у чекистов, а после войны все трое были внесены в список разыскиваемых лиц.

Более точную информацию, очевидно, можно получить, изучив дело Л.М.Дринкера в архиве ФСБ, но есть серьезные сомнения в том, что эту бесславную операцию захотят предать гласности.


1 Вл. Лидин "Реклама — двигатель торговли" // "Известия", №3 (7689), 4 января 1942 г. С.2. Ср. также у И.Эренбурга: в Калуге газетка “Новый путь” выходила под редакцией румынского сутенера Бузескула. [так!] Цит. по интернет-публикации.
2 М.Устрялов Повседневная жизнь калужан в годы войны. Дневник врача 1941 – 1944 гг. Калуга, 2010. С.25-26.
3 ГАРФ, Архив СВАГ, ф.7317, оп.20, д.129, Л.71-74.
4 См. републикацию расширенного варианта С.Фадеев. "Калуга 1941: Был и такой «Новый путь»" // http://sofadeev.livejournal.com/1330.html
5 И. Горский Жизнь в оковах. // "Новое слово", Берлин, №12 (394), 11 февраля 1942 г. С.5. По версии автора, Цветаева повесилась "у себя на квартире 11 августа 1941 года".
6 Б. Равдин На полях комментария (В поисках И. Горского и др.)// Псевдонимы русского зарубежья: Материалы и исследования. М. 2016. С.257-284.
7 Укажем, однако, что директор цирка Константин Михайлович Дринкер (1902 - после 1964), чье личное дело отложилось в РГАЛИ (Ф. 2499 Оп.4 Ед.хр.1598) по всей видимости, брат торговца мехами.
8 Sdf (Z) Kurt Rittweger, Bericht № 1 (17.11.1941), Bericht № 2 (20.11.1941) // IfZ München MA 883.
9 См. запись в дневнике М.В. Устрялова за 28.11.: "Сегодня вышел первый № местной газеты "Новый путь". Продавался по 20 коп., раскупали в большом количестве. Редактор Е. Е. Бунескул...
Газета содержит германские сводки, речь Гитлера от 8/XI, заметки и статьи, сообщения, конечно, вполне соответствующие германским взглядам. Формат, как была "Коммуна". Печатается в типографии бывшей железнодорожной, где выпускался "Политотделец". Главная типография пока не работает, но весь инвентарь и машины полностью сохранились.
Первый номер "Нового пути" помечен почему-то завтрашним числом, 29 ноября. Газета еженедельная, но я слышал, что перейдет на выпуск 2 раза в неделю.
" в М.Устрялов Повседневная жизнь калужан... С.12.
10 Tätigkeitsbericht der Propaganda-Abteilung W vom 15.12.1941 // IfZ München МА 578.
11 Tätigkeitsbericht der Propaganda-Abteilung W vom 31.12.1941 // IfZ München МА 578. Первая выявленная публикация И.Горского в "Новом Пути" (Смоленск): "О мельницах" // "Новый путь", Смоленск, №3 (24), 11 января 1942 г. С.4.
12 Т.Аксакова Семейная хроника : в 2-х книгах. Париж, 1988., Кн. 1. С.211. Цит. по интернет-публикации.
13 Указанная С.Фадеевым со слов родственников и знакомых семьи Бунескул дата рождения (примерно 1908-1910) неточна. См. розыскной список выше, а также упоминание в мемуарах Т.Аксаковой-Сиверс: "Ближайшими его [сына Т.Аксаковой-Сиверс Димы] друзьями того времени были племянник Ляли Базилевской Евгений Бунескул и живший рядом с нами на Н.Садовой внук д-ра Муринова — Патя Ренне. С этими мальчиками Дима проводил все свободное время". Т.Аксакова Семейная хроника... Кн. 2. С.40-41. Речь идет о событиях 1924 года. Маловероятно, что мальчики бы дружили, будь между ними столь большая разница в возрасте (Дмитрий Аксаков родился в 1915 г.)
14 Высочайшим приказом от 1915 года награжден Георгиевским оружием. Запись в БД "Георгиевские кавалеры" http://cavalier.rusarchives.ru/holders/holder?id=1942; Т.Аксакова Семейная хроника... Кн. 1. С.346.
15 Е.Г. Бунескул. "Мои воспоминания о К.Э. Циолковском" // Архив РАН, Ф. 555, Оп. 2. Д.77в.
16 С.Фадеев. "Калуга 1941: Был и такой «Новый путь»".
17 На момент съемок ему было всего лишь 13 лет, и он жил в Калуге. См. в записке Е.Г.Бунескула К.Э.Циолковскому от 10.11.1928: "Завтра утром работу пришлю Вам с своим сыном" // Архив РАН, Ф. 555, Оп. 4. Д.123.
18 Е.Г. Бунескул. "Мои воспоминания о К.Э. Циолковском" С.6. Существует еще один любопытный источник сведений о семье Бунескул — поэма Л.И.Дмитриевой "Бунескул — История семьи", написанная в 1980 году (см. интернет-публикацию). Очевидно, автор — бывшая ученица Валентины Бунескул. В поэме дается правильная дата рождения Бунескула-младшего ("Война... Четырнадцатый год. Муж, как и все, на фронт идёт. Родился сын его..."), повторяется история о непринятии в институт из-за происхождения ("Не принят в ВУЗ? Ведь он отличник! Советы лишены приличий!"), однако приводится еще одна любопытная подробность: "Из ЦАГИ тоже ведь изгнали?". Если сведения о работе Бунескула в ЦАГИ верны, можно осторожно предположить, под каким псевдонимом он работал на смоленском радиоузле и печатался в "Новом пути": Жуковский.
19 Harvard Project on the Soviet Social System. Schedule B, Vol. 11, Case 650.
20 Б. Равдин На полях комментария. С.268 д.
21 Александр Гладков. "Всего я и теперь не понимаю" Из дневников. 1937. Публикация С. Шумихина. // Наше Наследие. №108. 2014. Цит. по интернет-публикации.
22 И.Зубковский На выставке В.Н.Левандовского. "Коммуна", Калуга, 18.1.1938; И.Зубковский. О выставке художника В.Н.Левандовского. Там же, 12.2.1938.
23 14 мая. Звонил Игорь З. Он собирается вновь перебраться в Москву из Калуги, куда он удрал из паники и страха после ареста Лёвы. Александр Гладков. "Всего я и теперь не понимаю" Из дневников. 1938. Публикация С. Шумихина. // Наше Наследие. №109. 2014. Цит. по интернет-публикации.
24 Библиографию публикаций Иг.Зубковского в этих журналах, равно как и публикаций И.Горского в поднемецкой прессе см. в Б. Равдин На полях комментария.
25 Постановление на арест А.К.Горского от 2.2.1943. // Н.Ф. Федоров: pro et contra. Кн.2. Спб.2004. С.609. Цит. по интернет-публикации.
26 См. по фондам РГАЛИ: Зонд (Зубковский Игнатий). "За коллективное хозяйство! '. Рецензия на книгу И. Брейтера "Как мы организовали коллективный огород" (Ф.1655 Оп.1 Ед. хр. 5); Зубковский-Зонд Игнатий. "Начало", которое ведет в тупик". ("Начало, Альманах, Крымский АПП, 1930 г."). Обзор. (Ф.1698 Оп.1 Ед. хр. 257); Зонд-Зубковский Игнатий. 1. "Лефортовцы на практике (В. Магавариани и С. Третьяков "В Тынну-Туву", 1930). Рецензия. 2. "Лицо воинствующей реакции" (Сборник "Как мы пишем", Ленинградское издательство писателей). Статья.(Ф.1698 Оп.1 Ед. хр. 252); Зонд-Зубковский Игнатий. 1. "Наступление или отступление? (журнал № 1 ЗОАП). Рецензия. 2. "О кадрах" Трушкова. Рецензия. 1931. (Ф.1698 Оп.1 Ед. хр. 253); Зонд-Зубковский Игнатий. "[О художественной беспомощности]. (О книге В. Горбатова "Наш город"). Рецензия. 2. "Рецедив Литфронтовщина". Статья. 1931. (Ф.1698 Оп.1 Ед. хр. 254).
27 Рецензии К. Ветлина, Л. Гладкова, Иг. Зубковского, В. Красильникова на сборник стихотворений В. И. Аврущенко "Четвертый батальон" (Ф.2201 Оп.1 Ед. хр. 153). Здесь фамилия Зубковского соседствует с фамилией Льва Гладкова, арестованного в 1937 году брата А.К.Гладкова. Нельзя исключать, что в середине 30-х Зубковский сотрудничал в "Вечерней Москве", ср. в мемуарах Р.Березова (Акульшина): Вскоре состав сотрудников газеты ["Новый путь"] увеличился за счет прибывших из лагерей писателей и журналистов. В газете стали работать Сергей Широков, Шалва Сослани и бывшие репортеры московской "Вечерней Москвы"... // Р. Березов. Вечно живет! Разлука. 1967. С.285.
28 Б. Равдин На полях комментария. С.279.
29 Рапорт от 27.4.1942 // BArch Freiburg RW 4/254
30 Анатолий Вольный. Первый литературно-художественный вечер // "Новый путь", Смоленск. №80 (101, 11.10.1942). С.4. Благодарю Г. Пернавского за возможность ознакомиться с источником.
31 И.Горский Московские смешняки. // "Новый путь", Смоленск. №86 (107, 1.11.1942). С.3.
32 Harvard Project on the Soviet Social System. Schedule B, Vol. 11, Case 650.
33 Abw.Kdo. 303. Tätigkeitsbericht November 1942. Tgb.Nr.1018/42 geh. vom 12.12.1942 // ЦАМО Ф.500. Оп.12454 Д.548 Л.104-108. К сожалению, другие релевантные отчеты абверкоманды 303 не сохранились или не доступны.
34 С.Фадеев. "Калуга 1941: Был и такой «Новый путь»". Ср. в поэме Л.Дмитриевой: "В тюрьме невестка родила / Там внук от голода и умер. / Могилы нет, тюремный номер..." в Л.Дмитриева. "Бунескул - История семьи".
35 Неопубликованные мемуары Б. Меньшагина "Воспоминания о пережитом 1941-1943". Благодарю Г. Суперфина за возможность ознакомиться с источником.
36 А.Любимов. Между жизнью и смертью. // "Новый Журнал", Нью-Йорк. №254, 2009. Цит. по интернет-публикации.
37 П.Муравьев "Волк". // "Новый путь", Смоленск. №95 (116, 3.12.1942). С.3.
Tags: оккупация смоленска
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 30 comments