Игорь Петров (labas) wrote,
Игорь Петров
labas

Categories:

давно что-то не было стихов

ОДЕССА

Когда усталым першероном
на берег тащится волна,
когда над самым Ланжероном
висит прозрачная луна,
когда в саду созрели вишни,
и дама, новая в бранже,
без благонравности излишней
авансы делает уже,
то отвечаешь: "Извините,
я сиволап и мягкотел,
но есть указ примара Пынти
о запрещеньи этих дел".
Еще при смене караула,
когда пришел форауструп,
на Маразлиевской рвануло
так, что у Мони выпал зуб.
Но новый претор показал нам,
на что законы дикарям,
дал окорот большевизанам,
развесив их по фонарям.
Пускай порядки стали строже,
зато и дыма не видать,
а что жидов пожгли, да боже,
не за жидов же нам рыдать.
Сосед, профессор Ферсонеску,
с тех пор отчаянно хандрит,
на всякий случай носит феску
и по-турецки говорит.
Он говорит, что понял сразу,
как взять злодеев за кадык:
"Чтоб в корне вывести заразу,
мы вырвем грешный ваш язык:
язык сатрапа и вандала,
язык параши и парши,
язык чекистского подвала,
язык остервенелой лжи.
И разрешив простому люду
поставить свечку за помин,
мы заместим его повсюду
напевным говором румын".
Эх, лимба ностра камаре,
опять удобства во дворе.

На главной улице надменно
цветут катальпа и каштан,
бурлит искусство Мельпомены
и бьет коммерческий фонтан,
открыты лавки и буфеты,
прокат рогов, пошив штанов,
а также в области балета
мы перегнали Кишинев.
Укусишь бублик с пылу-с жару
и экзерцируешь восторг,
когда посмотришь Вохеншау,
где танки едут на восток.
Приятель мой, Илинич Мишка,
недавно был у нас в гостях,
он сам в Орле большая шишка,
вся грудь в крестах. И в новостях
живописует не без шика,
как голосит в Кремле упырь,
а коминтерновская клика
бежит с котомками в Сибирь.
"Пока наш фюрер и ваш маршал
заносят над врагами меч,
мы выступаем общим маршем!", -
он восклицал в газете "Речь".
И тут же, сидя на скамейке
в моем дворе под фонарем,
рвал протоколы партячейки,
в которой был секретарем.
В шинке с хозяином рассорясь
и цуйкою разгорячась,
мы шли потом как Макс и Мориц,
начхав на комендантский час.
"Цвети, Транснистрия моя!", -
писала по стене струя.

В ревущем пламени и дыме,
когда меня поволокут
в охапке с теми и с другими
на пресловутый высший суд,
я усмехнусь, мол, всей душою,
да что ж ломиться напролом:
мы проклинали зло большое,
пойдя на сговор с меньшим злом,
но оценить масштаб едва ли
могли среди слепящей тьмы,
к тому ж евреев убивали
айнзацкоманды, а не мы!
Не мы пихали во все щели
доносы или в три ряда
сапог лизали. И прощенье
не я вымаливал, когда
очнулся: бледен, вшив, не юн,
а мир сливается в гальюн.

Те, кто повинен в этой давке,
терзаться прошлым и должны,
а мне пора в кружок молдавский
учить историю страны,
мотив насвистывать бравурный
и рухнуть, пятясь наугад,
в ошеломительно пурпурный,
пропахший падалью закат.
Tags: давно не было стихов
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 48 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →