Игорь Петров (labas) wrote,
Игорь Петров
labas

Categories:

допросы генерала лукина



Генерал-лейтенант М.Ф. Лукин был взят в плен 15.10.1941 в Вяземском котле. Он был тяжело ранен, потерял много крови, в тот же день в полевом лазарете 23 ему ампутировали ногу. Первый, очень краткий, допрос Лукина состоялся на следующий день 16.10. Фактически генерал отказался от дачи показаний. 4.11. он был переведен в лазарет в Вязьме, оттуда 7.11 в лазарет при лагере военнопленных в Смоленске,1 позже в немецкий лазарет там же.

В Смоленске с ним начал работать разведотдел ГА Центр, конкретно Abwehrkommando III. Предположительно, 15.11.1941 переводчик Валентин Матросов (Valentin Matrosoff), сотрудник абверкоманды, провел допрос генерала Лукина, который обнаружил в материалах разведотдела 2 танковой армии военный историк Анатолий Воронин. Отметим, что ранее этот допрос не попадал в поле зрения специалистов.

Допрос производит смешанное впечатление. Отдельные ответы (например, отрицательный на 11 вопрос или положительныe на 17 и 19 вопросы) явно оппортунистичны и не слишком стыкуются с известным нам образом генерала. Другие ответы ложны (12 вопрос) или, по крайней мере, странны (вторая часть 4 вопроса). Разумеется, нельзя исключaть возможность того, что переводчик Матросов несколько «подредактировал» материал, предполагая, к примеру, использовать допрос также и в пропагандистской сфере. Тем не менее многие ответы (первая часть 4 вопроса, 13 вопрос, 15 вопрос) совпадают с информацией из других источников и содержат сведения, которые не могли быть известны третьим лицам. Сюжет безусловно требует дальнейшего изучения.

Наконец, третий допрос, состоявшийся 12 декабря, хорошо известен и републикуется здесь лишь для полноты картины. Дальнейшая история плена генерала Лукина станет предметом отдельной публикации.


Допрос первый. 16 октября 1941.2

Ген[ерал]-лейт[енант] Л у к и н, ком[андующий] 19 армией, попал в плен 15.10. тяжелораненым под Ленкино. В тот же день в полевом лазарете 23 ему пришлось ампутировать правую ногу.
Во время короткого допроса 16.10. генерал подтвердил, что в Вяземском котле помимо его армии находились части 24 и 32 армий. В остальном он отказывается от дачи показаний по военным вопросам, ссылаясь на данную им присягу.
Генералу 50 лет, он старый офицер царской армии, с 1919 г. член русс[кой] коммунистической партии (большевиков), строевой офицер Красной армии. Заботясь о своей семье, он попросил при публикации сведений о его пленении ясно указать, что он попал в немецкий плен тяжелораненым, а не сдался сам. Если бы у него было при себе оружие, он покончил бы с собой.

Допрос второй. 15 ноября 1941.3
Письменнoe изложение
беседы с генерал-лейтенантом М. Л у к и н ы м, командующим 19 армией, и главнокомандующим окруженными в В я з е м с к о м котле армиями. Беседа состоялась в с м о л е н с к о м лазарете для военнопленных. Генерал-лейтенант М. Лукин тяжело ранен. Ампутированная нога и раненая рука.
1 вопрос: При каких обстоятельствах Вы попали в немецкий плен?
Ответ: Когда мои армии были окружены, и я потерял связь с ними, я вместе со своим штабом стал отходить в направлении реки Вязьма. Все это время я непрерывно находился под огнем немецкой артиллерии и под немецкими бомбардировками. Безвыходность положения была нам всем ясна. Как крысы с тонущего корабля от меня бежали все мои сотрудники, прежде всего приставленные ко мне комиссары.4 Они боялись попасть в плен вместе со мной и быть разоблаченными как комиссары. Среди политических комиссаров моего штаба также находился комиссар Западного фронта (Западной армии) Ш е к л а н о в, доверенное лицо Сталина и член Военного Совета. Вышеназванный исчез уже 9 октября 1941 года. Его заместитель и глава политотдела фронта еврей Ш у с т и н исчез 10 октября 1941 года.5 Нельзя исключать, что названные комиссары надели гражданскую одежду или форму простых солдат, чтобы не быть [распознанными]. Я как командующий Западным фронтом остался совершенно один под огнем немецкой артиллерии, был тяжело ранен и пролежал двое суток, пока меня не нашли немецкие солдаты / войска в бессознательном состоянии.6
2 вопрос: Существовала ли на Ваш взгляд возможность избежать немецкого окружения?
Ответ: Мне подчинялась 19 армия. Я пытался выскользнуть из окружения. Но в ходе боев в окружении мои солдаты тысячами сдавались в немецкий плен. Морально-психологическое воздействие окружения было очень сильным. Если бы мне удалось выскользнуть из окружения, в Москве бы меня сразу приказали арестовать.
3 вопрос: Как соотносятся силы Красной армии и немецкой армии, если оценивать человеческий материал, технику и артиллерию?
Ответ: Человеческого материала и артиллерии, особенно тяжелой арт[иллерии] у нас намного больше. Такова моя личная оценка.
4 вопрос: В какой обстановке Вас назначили главнокомандующим Западной армии [Западного фронта]?
Ответ: Когда я с севера приближался к Смоленску, этот город был уже в руках немцев. Тогда я получил депешу из Москвы, которая дословно гласила: "Защищать С м о л е н с к любой ценой". Я передал в Москву: "Смоленск уже в руках немцев!". И снова получил ответ «Защищать Смоленск», подписанный лично Сталиным. Снaчала я не понимал смысла этой депеши и этого задания. Лишь позже выяснилось, что Главный Военный Совет не хотел признавать перед мировой общественностью сдачу Смоленска. Эта комедия игралась по указанию из Англии. Мне единственному удалось оторваться от противника и отвести армию от Смоленска, за что мне, к моему удивлению, был вручен орден Ленина.7
В момент окружения под Вязьмой штаб Западного фронта под началом генерала К о н е в а находился неподалеку от Вязьмы. Внезапно генерал Конев исчез, Москва никак не могла выйти с ним на связь. Я вышел на связь с Москвой и был назначен главнокомандующим Западным фронтом вместо генерала Конева.8 Мои дальнейшие радиотелеграммы, в которых я потребовал от Москвы снабдить меня боеприпасами и бензином, остались неотвеченными, хотя я знал, что телеграммы были там приняты.9 Из моих 9 армий я сумел установить связь только с двумя. Но уже через два дня я потерял связь и с ними.
5 вопрос: Стало ли окружение неожиданностью для Вас?
Ответ: Я переслал в Москву план обороны, в котором выразил желание сильнее укрепить фланги фронта. Обоснование: я предполагал, что немцы будут наступать справа или слева. Но в Москве утверждали, что наступление последует в центре. Тут я был бессилен.
6 вопрос: Как работала связь?
Ответ: У нас была превосходная техника, в больших количествах, но не было обученного персонала для службы связи.
7 вопрос: Как работал подчиненный Вам штаб?
Ответ: В момент [начала] войны я был в Сибири и был быстро переброшен на Западный фронт. Персонал штаба был мне незнаком, его работа беспримерно плоха.10 После отдачи мной приказа, я должен был лично контролировать правильность и заботиться о своевременности его передачи. Были случаи, когда указание или приказ посылались лишь через 3 или 4 дня.
8 вопрос: Как работала Ваша разведка?
Ответ: Нам никогда не удавалось установить, какие силы противостоят нам на немецкой стороне. Пока мы стояли на фронте под Ярцево, нам в течение полутора месяцев не удалось добыть ни одного немецкого пленного, чтобы его допросить. Многократно посылались разведгруппы с заданием доставить сюда хотя бы одного немецкого солдата (спящего). Однако все понапрасну. Собственная воздушная разведка не имела ценности для нас, так как она совершенно противоречила реальности.
9 вопрос: Вы принимали участие в [первой] мировой войне?
Ответ: Да. Я был офицером в царской армии. В [первой] мировой войне я участвовал в сражении под Барановичами.11
10 вопрос: Знакомы ли Вам лично офицеры вермахта?
Ответ: Да. Когда я в 1931 году командовал дивизией на Украине, меня посещал немецкий офицер по фамилии Лист и сын фельдм[аршала] Макензена (офицер-артиллерист) и еще третий офицер, чье имя я более не помню. Эти офицеры находились во время визита в моей палатке, были ознакомлены с территориальной системой и лагерной жизнью.
11 вопрос: Верите ли Вы в то, что мы жестоко обрaщаемся с русс[кими] пленными?
Ответ: Разумеется, нет. Однажды ко мне, выбрав момент, когда я был один, пришел комиссар моего фронта. Держа в руке одну из наших газет, он сказал: "Там сплошное дерьмо". Я был поражен его откровенностью.
12 вопрос: Были ли Вы членом комм[унистической] партии?
Ответ: До конца 1938 года я был беспартийным. 12 Я был лишь военспецом. Но мне дали понять: либо партия, либо конец военной карьеры.
13 вопрос: Где находятся Ваши родственники?
Ответ: Эвакуированы в Чебоксары.13 Очень беспокоюсь о судьбе моей жены и моих трех детей.
14 вопрос: Почему не удался заговор Тухачевского, Якира и остальных?
Ответ: По моему мнению, участники заговора против Сталина поддерживали связь сo штатскими Бухариным и Рыковым. Двое последних затягивали дело, так как они боялись, что будут оттеснены на второй план, если Тухачевский придет к власти.
15 вопрос: Каковы были настроения офицерского корпуса после казней 1936 и 1938 годов?
Ответ: Две трети прежнего оф[ицерского] корпуса было уничтожено. Положение было ужасным. Оставшиеся высшие офицеры не знали, что с ними произойдет. В это время я был комендантом Москвы, но был снят, так как Якир несколько раз был у меня в гостях.14 Казни я избежал потому, что меня считали хорошим специалистом в военном деле. Но меня отправили в Сибирь командовать дивизией.15 Чтобы заполнить освободившиеся места, набрали людей непригодных. Не стало авторитетов, которым можно было бы доверять. Чтобы занять высокий пост, требовались доверие и протекция. В офицеры после коротких курсов обучения производили солдат.
16 вопрос: Стала ли Красная армия сильнее после назначения комиссаров?
Ответ: В этой войне боевая мощь солдат усилилась благодаря назначению комиссаров. Причина лежит в том, что большая часть солдат была запугана и жила в постоянном страхе. Это отсталые неграмотные люди. Их заставляют идти в бой весьма своеобразными методами.
17 вопрос: Был ли приказ Главного Военного Совета расстреливать пленных немецких летчиков?
Ответ: Да. Но этот приказ через короткое время был отменен, так как случаев пленения были единицы. После этого с немецкими летчиками обращались очень хорошо, так как питали надежду благодаря хорошему обращению выведать военные секреты.
18 вопрос: Имели ли Вы возможность говорить с немецкими пленными?
Ответ: Да. Когда мы отступали от Смоленска, мы взяли в плен пару десятков немцев. Они говорили: "Русские, русские, вам все равно капут". Тогда с военнопленными обращались хорошо. Что с ними стало дальше, мне неизвестно.
19 вопрос: Каково отношение немецкой стороны к Вам ?
Ответ: У меня всегда было понятие солдатской чести. Но обращение со мной превзошло мои ожидания.16 Благодарю Вас.
20 вопрос: Были ли у Вас лично друзья в офицерском корпусе?
Ответ: Нет, так как мне часто приходилось получать новые назначения, причем в одиночку. Я чувствовал, что за мной постоянно наблюдают. Даже мой ординарец, который мне чистил сапоги, имел право меня немедленно застрелить, если бы ему показалось, что он заметил у меня поползновения к предательству.
21 вопрос: Считаете ли Вы возможным, что часть промышленности будет перемещена за Урал?
Ответ: Возможно, что туда попытаются перетащить промышленнoе оборудование. Но перемещение промышленности совершенно невозможно из-за отсутствия мест, необходимых для размещения. Я слышал, что на Урале в сильной спешке сколачивают бараки. Но будет утопией верить, что таким путем можно будет пустить в ход промышленность.
22 вопрос: Еврейский вопрос.
Ответ: В течение 24 лет в русскую душу не удалось впечатать уважение перед евреями.
23 вопрос: Как Вы собираетесь участвовать впоследствии в восстановлении этой страны?
Ответ: Я сражался как солдат. Душою и телом предан я русскому народу и готов принести в жертву Отечеству себя и свою жизнь. Это моя цель.
Беседу с генерал-лейтенантом М. Лукиным вел переводчик Валентин М а т р о с о в, сотрудник отдела Абвер III.17

Допрос третий. 12 декабря 1941.18
Допрос генерал-лейтенанта Лукина Михаила Федоровича,
командующего 19-й армией (в последнее время главнокомандующий
группировкой 32-й, 20-й, 24-й и 19-й армий)
Генерал Лукин, тяжело раненный, находится в полевом лазарете. Его уже несколько раз допрашивали, поэтому вели с ним [сейчас] только непринужденную беседу. В ходе беседы 12 декабря 1941 г. Л[укин]. сделал следующие высказывания, которые были ему зачитаны 14 декабря 1941 г.:
"Если я должен ответить на Ваш вопрос, почему Красная армия и русский народ – несмотря на ненависть к советской системе – продолжает сопротивление и не думает о том, чтобы изгнать ненавистных властителей, то я должен быть с Вами очень откровенным. Вы говорите об освобождении народов от большевизма и о новом порядке в Европе. В то же время Вы называете русский народ носителем большевистских идей – в противоположность украинцам. Последнее неверно! Большевизм – это интернациональная и еврейская идея, также чуждая и русскому народу. Он смог утвердиться среди народов нынешнего Советского Союза только вследствие конъюнктуры, существующей после мировой войны. Крестьянину обещали землю, рабочему – участие в производстве. Крестьянина и рабочего обманули. Если крестьянин сегодня ничем не владеет, и в лучшем случае (так в Сибири) получает 1 кг хлеба за каждый рабочий день, если среднестатистический рабочий зарабатывает 300–500 рублей в месяц (и не может на это ничего купить), если господствуют бедность и террор и, прежде всего, безрадостность жизни, то Вы понимаете, что эти люди должны были бы с благодарностью приветствовать свое освобождение от большевистского ига. Хорошо живется, собственно, только высшим советским функционерам (но не обычным дивизионным и армейским комиссарам) и евреям.
Несмотря на это, я не верю ни в организованное, ни в стихийное восстание со стороны русских. Слишком много крови пролито из тела народа. Все, что в течение двух десятилетий поднималось против красных властителей, уничтожено, сослано или умерло. Какой-нибудь армейский командир, который, возможно, в тиши играл с мыслями об организованном сопротивлении, не может и шага ступить в этом направлении. Он окружен комиссарами, шпионами и своим военным советом. При условии, что он может открыто говорить с некоторыми товарищами, возможно, с дивизионными генералами (но по большей части это не так) – что ему это дает? И у этих генералов есть шпионы, и у командиров полков и т. д. Таким образом, эта мысль не может быть осуществлена на практике. Поэтому толчок должен придти исключительно извне, т. е. Вы должны силой сокрушить организованную силу и не можете рассчитывать на какую-либо поддержку со стороны русского руководства или русского народа, несмотря на его ненависть к большевизму. Но не следует больше наказывать этот народ.
Вы говорите об освобождении народов. Но мы ничего не слышали об освобождении Украины или Белоруссии. И для нас это означает, что и Россия не увидит свободы и независимости. Следует ли упрекать народ, если он борется против неведомого ему иностранного господства? Представьте, не только в руководящих слоях, но и в народе повсеместно живо сознание отпора иностранному агрессору. Красные властители – не друзья, но противник – враг! Поэтому кровь должна пролиться с обеих сторон.
С сентября этого года на Волге и на востоке сформировано 150 новых дивизий. Возможно, и больше, но о 150 я знаю точно. Мы должны были отдавать своих офицеров и комиссаров из фронтовой группы для этих новых частей. Воинскую часть можно достаточно хорошо обучить за 4–5 месяцев. Танков и боеприпасов тоже будет в достаточном количестве. Один мой друг, который возвратился с заседания Совета обороны, сказал мне, что каждый день создается одна танковая бригада, т. е. производится 60 танков. Эта цифра должна быть увеличена до 80 танков (включая Ленинград и производство, эвакуированное из Харькова). Производство концентрируется на типах Т-34 и КВ. Количество выпускаемых ежедневно новых самолетов мне не известно, но говорят о 20 в день. Однако, исходя из больших потерь, наверное, могла возникнуть нехватка артиллерии, и прежде всего такой, как орудия всякого рода, пулеметы и т. д., при условии, что эта нехватка не будет ликвидирована с помощью поставок со стороны англичан или американцев. Во всяком случае, у нас нет особенно большого доверия к этой помощи. Топлива будет недоставать, если вам удастся – несмотря на английскую помощь, занять Кавказ. Но там будут находиться новые формирования и будет необходимо преодолеть большое расстояние".
А не могли бы Вы создать альтернативное русское правительство?
"Такая мера не была бы, вероятно, удачной, ведь Вы сами говорите, что больше нет людей, способных к руководству. Русский народ считал бы такое правительство, организованное нами, только послушным инструментом чужеземного господства".
Генерал Лукин продолжает: "В этих высказываниях есть своя логика. И учреждение Ваше нового министерства по делам восточных территорий мы объясняли в этом смысле, но все же это не так. Если Вы создадите русское правительство, то вызовите этим к жизни новую мысль, которая будет работать сама на себя. Народ будет поставлен в двойственное положение:
1) все-таки существует русское правительство, которое выступает против Сталина, а Россия тем не менее сохраняется;
2) эта борьба направлена только против ненавистной большевистской системы;
3) русские находятся на стороне так называемого врага – но их нельзя обвинять в государственной измене, а только в отказе от системы. В связи с этим появляются новые надежды!
Но и видные русские руководители, конечно, будут размышлять об этом, возможно, и те, кто еще мог бы что-то предпринять! Ведь не все известные люди записные сторонники коммунизма, но они не видят сегодня иного выхода".
"Есть только два человека, популярные и в то же время сильные, чтобы они могли изменить обстоятельства: Буденный и Тимошенко. Б. – человек из народа, но с ним следует обращаться исключительно “культурно”, и он победитель по существу. Да и немилость Сталина 1938 года тоже не следует окончательно забывать! Если бы Вам, например, удалось привлечь этих людей, то можно было бы избежать большого кровопролития. Во всяком случае, и эти люди должны знать, что Россия будет существовать; они не удовлетворятся должностью командира военного округа или чем-то подобным! Видите ли, поэтому русское альтернативное правительство необходимо. Ни Б., ни Т. не являются принципиальными борцами против коммунизма. Они же возвысились благодаря большевизму, но все же они бы выступили и за другую Россию, если бы у них была такая возможность. Этой России совершенно не нужно быть прежней – так мы думаем – она может жить и без Украины, Белоруссии и прибалтийских стран – но Россия должна сохраниться, а именно такая, чтобы действовать вместе с Германией. Создать это – в Ваших силах, а не в наших.
Жуков и Шапошников не популярны, но они хорошие солдаты.
В наступательную силу заново сформированных дивизий для большой наступательной войны я не верю. Народ не хочет войны. Пехоту бросают в атаку, и частичные успехи возможны исключительно благодаря массовости. На участке южнее Ярцево было сконцентрировано 50 полевых орудий на километр линии фронта, и наша пехота трижды ходила в атаку, потери были невероятно большие. Даже в окружении пехота не показала необходимой воли к прорыву. Люди предпочитали сдаваться в плен. Разумеется, в этом массовом действии десятки тысяч снова и снова приносили в жертву для операций прорыва, и они шли туда. Новые ракетные установки рассматриваются нашей стороной как исключительно действенное оружие. До сих пор эти орудия находились только в распоряжении армий. Они ни в коем случае не должны были попасть в руки противника, и я лично контролировал их уничтожение. Но теперь их производят в большом количестве и придают дивизиям. Если огонь будут корректировать наблюдатели, которые находятся в передовых рядах и имеют связь с ракетными установками (до сих пор их было недостаточно), то можно повысить меткость стрельбы. Так как производство этих орудий идет относительно легко и быстро, Вам следует принимать в расчет частое использование этого оружия.
Не существует опасности, что Красная армия начнет газовую войну. Я прошу Вас рассматривать эти высказывания как слова русского [человека], который хочет предостеречь свой народ от худшего, потому что он его любит. Я прошу сохранить [их] в тайне, так как у меня есть семья".

Генерал-лейт[енант] Лукин о земельном вопросе.
Для русского крестьянина сегодня самый важный вопрос — это вопрос о владении землей. Крестьянин пошел в революцию, чтобы стать землевладельцем. Советское правительство украло у него эту землю, поэтому крестьянин ненавидит систему. В лазарете у меня была возможность немного заняться немецким крестьянским вопросом. Немецкий закон о наследственных крестьянских дворах очень привлекателен, потому что он препятствует образованию крупных земельных владений из крестьянских дворов, оказавшихся в нужде. Дайте русскому крестьянину землю — и он ваш. На собственной земле крестьянин и работать будет совсем иначе, чем в колхозе. Там он ведь только самый минимум делает. И о собственном скоте он по-другому заботиться будет, сам станет терпеть нужду, лишь бы прокормить скотину.
Однако я хотел обратить ваше внимание вот на что: если вы прямо сегодня скажете русскому крестьянину, что он, как это следует из закона о наследственных крестьянских дворах, не может продавать свою землю, то есть, что он не распоряжается ею целиком и полностью, он сразу же начнет относиться к предоставленному ему владению с недоверием. Слишком много и слишком часто его обманывали, и потому он в основе своей недоверчив. А уж бумажкам он и вовсе больше не верит. И если ему сказать, что земля не отчуждается, он и вовсе усмотрит какую- нибудь советскую штучку. «Если она и в самом деле принадлежит мне, почему же я не могу продать мою собственную землю?» Поэтому действовать надо очень осторожно. Крестьянин будет рад-радешенек, что получил землю, никому и в голову не придет ее продавать. Только когда он снова привыкнет чувствовать себя собственником, года через 2-3 можно выпустить указ соответственно с правилами Рейха. Хотя сейчас нехватка машин и скота, но если крестьянин будет обрабатывать собственную землю, сельское хозяйство расцветет в самом скором времени, урожаи повысятся. Это однажды уже было показано - в период НЭПа.


1 По карточке в ОБД Мемориал. ЦАМО. Картотека военнопленных офицеров. Генерал-лейтенант Михаил Федорович Лукин.
2 Допрос входит в сборный документ разведотдела VII A.K. от 21.10.1041 вместе с пятью другими допросами. На данный момент, выявлено две копии документа: в материалах разведотдела AOK 4 (BA Freiburg RH 20-4/679, unpag.) и в материалах разведотдела VII A.K. (NARA T314 Roll 348 Frames 962-964).
Перевод И. Петрова.
3 Допрос обнаружен Анатолием Ворониным в материалах разведотдела PzAOK 2 (BA Freiburg RH 21-2/667, Bl. 21-26 или Т313 Roll 136 Frames 7385686-7385691). Дата допроса (15.11) вписана на первом листе от руки. Несколько странно то, что допрос был отправлен в VII A.K. лишь 03.12 (NARA T314 Roll 348 Frames 962-964), а в PzAOK 2 еще неделей позже – 10.12 (см. BA Freiburg RH 21-2/667, Bl. 20). 16.12. разведотдел VII A.K. обратил внимание абверкоманды, что обстоятельства пленения, изложенные генералом в допросе, не совпадают с отчетом I батальона 487 пехотного полка о пленении (русский перевод этого отчета можно прочесть здесь), не совпадает с прежними данными и указанная им дата вступления в партию (BA Freiburg RH 21-2/667, Bl. 20).
Перевод И. Петрова. Публикуется впервые.
4 Ср. ...окружающие меня к[оманди]ры штаба в панике разбежались, оставив меня, истекающего кровью одного... [Медсестры] не бросили ... истекающего кровью генерала, не уподобились горе-шкурникам, командирам моего штаба, а с нечеловеческими усилиями понесли меня.
Письмо М. Ф. Лукина из плена сестре А. Ф. Лукиной. [10.06.1943] Журнал "Край Смоленский". № 3. 1991. С. 58-64.
5 Дивизионный комиссар И.П. Шекланов погиб 09.10.1941 (см. письмо со сведениями о его гибели в ЦАМО Ф. 58. Оп. 818883. Д. 654 Л. 54). Бригадный комиссар А.М. Шустин пропал без вести.
6 Ср. с отчетом I батальона 487 пехотного полка о пленении М.Ф. Лукина (NARA T314 Roll 348 Frames 965-966).
7 Ср. в беседе с К.М. Симоновым: Когда противник ворвался в Смоленск и я донес об этом, сразу получил телеграмму за подписью Тимошенко и Булганина: "За сдачу Смоленска будете преданы суду революционного трибунала". Вечером: "Если Смоленск не возьмете, будете расстреляны". И так продолжалось несколько дней это дело.
Я вернулся из 129-й дивизии, где уже в который раз героическая дивизия потерпела неудачу, переправляясь в южную часть города Смоленска. Приехал я, мне подает телеграмму Лобачев. "Смотри, — говорит, — телеграмма от Военного совета фронта". Меня и Лобачева представляют к высшей правительственной награде. "Может быть, это поможет вам взять Смоленск".
В ответ я направил телеграмму, так как был очень злой, расстроенный: "Ни ваша угроза предания суду и расстрелу, ни ваша телеграмма с представлением к высшей награде так не помогли бы, как помогла бы присылка снарядов и пополнения, о чем вас убедительно и прошу"
.
Интервью, которого как будто не было. "Новая газета", № 18, 20.02.2015
8 Не подтверждается другими источниками
9 Ср. Вот теперь [Жуков] пишет и, когда я встречался с ним, он говорит, что телеграммы от меня не получал: «Я думал, что вы уже больше не существуете». Но я думаю, что, наверное, штаб-то получил, потому что Москва получала мои телеграммы... а почему же они не получили?
Интервью, которого... "Новая газета", № 20, 27.02.2015
10 Ср. [Малышкин] Начальник штаба. Грамотный. Несколько медлительный в работе, но очень грамотный.
Интервью, которого... "Новая газета", № 20, 20.03.2015
11 Ср. 1 января 1917 года с маршевой ротой был отправлен на фронт в 4-й гренадерский Несвижский полк на Западный фронт под Барановичи, где пробыл до ноября 1917 г.
Автобиография М.Ф. Лукина 1938 года. Военно-исторический журнал. № 8, 1989. С. 44-45.
12 Ср. В партию вступил в 328-м стр[елковом] полку 37-й стр[елковой] дивизии 1 августа 1919 г. на Царицынском фронте; № партбилета 1022094.
Автобиография.
13 См. адрес жены в карточке военнопленного: г. Чебоксары, Аптечная ул. Д.15 кв. 27. ЦАМО. Картотека военнопленных офицеров. Генерал-лейтенант Михаил Федорович Лукин.
14 Ср. В 1937 году получил от парткомиссии партийного контроля при ЦК ВКП(б) строгий выговор за притупление классовой бдительности и личную связь с ныне разоблаченными врагами народа. Притупление классовой бдительности выразилось в том, что я в своем аппарате проглядел врагов народа и что у меня на квартире были враги народа в гостях.
Автобиография.
15 Ср. В декабре 1937 г. назначен зам[естителем] начальника штаба Сибирского военного округа.
Автобиография.
16 Ср. я в Смоленске, в русском госпитале для пленных. Мороз 30 градусов. Госпиталь не отапливается, оборудован примитивно, переполнен до отказа, больные валяются кучами везде, даже все коридоры заняты, а раненые все прибывают тысячами, медикаментов острый недостаток, уход очень плохой, хотя медперсонал весь русский из военплен[ных] питаемся супом из неочищенной картошки без мяса и жиров и вареной рожью, смертность доходит до 150 чел[овек] в день. Боли ужасные, хочется кушать. Забыл, когда спал, снотворных, медикаментов нет.»
Письмо М. Ф. Лукина из плена сестре.
17 Личность не установлена.
18 Задокументированная 14.12. запись беседы от 12.12. На данный момент выявлено три копии документа: в материалах ГА "Центр" (NARA T311 Roll 288, Frames 756-760), в материалах Политического архива немецкого МИДа (PAAA R 105178) и в материалах Восточного министерства (BA Berlin R6/77). Первопубликация на русском языке Д. Поспеловского в журнале "Обозрение", Париж, № 1, 1982.
Здесь републикован перевод из сборника "Генерал Власов: история предательства". Т. 1. Нацистский проект "Aktion Wlassow". М. 2015. С. 977-980. Приложение "Генерал-лейтенант Лукин о земельном вопросе" присутствует только в первом источнике и републикуется по журналу "Обозрение".
Tags: документы: фрайбург, лукин
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 148 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →