March 22nd, 2002

l

страдания немолодого х.


Над ручьем склонилася рябина,
в небо вбиты клинья журавлей...
тяжела ты, доля хунвейбина
вдалеке от рисовых полей.

Не жалеет, не зовет, не плачет,
чувствует однако: дело швах -
слишком крепко головы собачьи
на собачьих держатся плечах.

Всех бы их послать к едрене мане
мерять глубину сибирских руд,
но былые братья-цзаофани
ни руки ни так не подают,

позабыли прежние забавы,
в роскоши погрязли и в чинах...
И свисает кончик дацзыбао
из прорехи на его штанах.
l

И я, Брут...


Три года жил без мобильника и был временами счастлив (до этого три года с, и тоже временами, т.е. не коррелирует), но приперло совсем - купил...
Что можно сказать, за истекший период наука и техника сделала сурьезный шаг вперед, опасения, что карман порвется, больше нет, голосовой набор и почта тоже вещи приятные, вообще много всяких забавных прибамбасов типа мини-диктофона.
И главное кнопка "Aus", волшебная кнопка "Aus" по-прежнему на месте...
l

Комсомольцы-добровольцы.


В виртуальном пространстве наступать на любимые мозоли соседей гораздо легче чем, к примеру, в плацкартном вагоне.
Единственный способ этого избежать - сидеть на верхней полке, закутавшись с головой в мпээсовское одеяло и считать нечетные столбы за немытым окном.
Дальше аналогия однако расходится, как прямые в геометрии Лобачевского, если смотреть взад.
В поезде все заканчивается вскриком "бля" и распитием спиртных напитков.
В Сети же наблюдается огромное количество упертых граждан, в которых мозольный эксгибиционизм удивительным образом сочетается с чувствительностью...
Случайно пострадав мозолью, они начинают с упорством, достойным лучшего п., искать аналогичные больные места у обидчика.
С этого момента ваша жизнь в Сети напоминает бессмертную голливудскую фразу "Любые ваши слова могут быть использованы против вас"...
Творческая переработка тоже не исключается.
К примеру, недавно вешал в жж ссылку на байку, в которой между прочим рассказывается о моей бесславной двухмесячной карьере секретаря комитета комсомола школы... Тогда мне было 16, после же этой истории, в школе, на первом курсе физтеха и в армии мои отношения с комсомолом перешли в сугубо материальную плоскость.. Я ему платил по 3, кажется, копейки в месяц.
А потом он и вовсе загнулся.

Сегодня читаю на Палубе ВГ свою характеристику от одного из мозольных страдальцев:
"Лабас - занудливый, правильный бывш. комсомольский работник, программист, неуемный и неудачливый шутник..."

Все это живо напомнило бессмертные строки Твена из"Как меня выбирали в губернаторы":
К этому времени на мое имя стало поступать множество анонимных писем. Обычно они бывали такого содержания:
"Что скажете насчет убогой старушки, какая к вам стучалась за подаянием, а вы ее ногой пнули? Пол Прай."