April 24th, 2002

l

ЖЖ, как рассадник литературной критики.


Просматривая дневники офрендивиших меня коллег, набрел на следующую запись в дневнике юзера poshel:

Стругацкого жаль
Житинский - удивительная степень бездарности: настолько беспределен, что его бездарность плодится почкованием и находит себе новые имена.

В лито всерьез обсуждаются тексты вроде такого

"Помилуй, подоплёка неважна.
Рефлексия всегда одна и та же..."
Это, блядь, Дантес звонит!! в квартиру застреленного Пушкина и разговаривает с "Натали"...


Приведена цитата из моего стишка "Звонок".
Очень трогательно, что юзер poshel проявляет столь тонкую заботу о Стругацком, правда, непонятно, при чем тут Стругацкий. Мой текст к нему никакого отношения не имеет и не может иметь.
Также не очень понятно, при чем тут Житинский (которому, кстати, стишок не понравился). Судя по всему, Житинский чем-то обидел юзера poshel.
Кажется, по мнению критика, должно было запретить обсуждение столь низкопробного текста.

Но больше всего меня удивило недоумение по поводу слова "звонит".
Неужели poshel считает, что Дантес, приходясь Пушкину родственником, не знал его телефонного номера?
И разговаривает он, кстати, не с "Натали", а с Наташей.