November 4th, 2003

l

Рыбная песнь


Дитя суровых северных широт,
я жил, как миллионы прочих шпрот,
бок о бок с ними я катался в масле.
Но вот огни сверкнули и погасли
и как-то накренился небосвод.

Буравя окружающую слизь,
раздался властный голос: "Мурзик, брысь!".
На зависть честолюбцам и безумцам
я был пронзён божественным трезубцем
и вознесён в сияющую высь.

Предвидя смерть (ужасную притом),
я взялся размышлять о прожитом:
о синем море, о макрели Люське,
о рыболовном сейнере "Челюскин"...
тут я, вильнув от ужаса хвостом,

обрёл свободу на пути ко рту
гомункула! Взирая на тщету
его нелепых дёрганий руками,
я улетал и двигал плавниками
с достоинством теряя высоту.

Спросите: "Где мораль?" - отвечу "Ба!
Мораль известна: наша жизнь - борьба!
Борись и слушай гром победных музык!"
Что до меня: я съеден. Кстати, "Мурзик"
с латыни переводится "Судьба".

другие животные:
шмель
корова-философ
l

No cojones.


Соперник Фредди Крюгера по амплуа героя-любовника, вратарь мюнхенской "Баварии" Оливер Кан (кстати, еще один г-л. минувших дней Борис Беккер ушел из Большого Секса и делится теперь с читателями газеты "Bild" секретами размножения в лондонских туалетах) после субботнего поражения от "Шальке" обвинил своих товарищей по команде в отсутствии яиц ("Eier! Uns fehlt Eier!").
Это известие повергло в шок немецкую спортивную общественность.
Случай, когда у римского папы не было яиц, более-менее известен, а вот с игроками мужской футбольной команды такая беда случается впервые.
Газеты немедленно переименовали "Bayern" в "Beiern".
Вчера футболисты "Баварии" прошли углубленный медосмотр.
Его итоги кратко прокомментировал прессе полузащитник Йенс Йеремис: "У меня есть".
Журналисты раскопали в песках Эмиратов бывшего капитана "Баварии" Штефана Эффенберга.
Тот подтвердил слова Кана и добавил: "Мой уход из команды был не просто уходом игрока, а уходом человека с яйцами".
Мы будем информировать вас о развитии событий.