June 23rd, 2004

l

Апология Фоменко


На самом деле фоменковцев от антифоменковцев отличить нелегко, обе группировки состоят из упертых, не способных к диалогу и не умеющих признавать собственные ошибки бойцов, разве что первые убедительно доказывают, что Жанна д`Арк и Иван Грозный - это одно и то же лицо, на самом деле его звали Панкрат Теодорович Прищепкин и помер он в позапрошлом годе, другие же опровергают эти утверждения с таким пылом, как будто Иван Г. или хотя бы Панкрат Теодорович их двоюродный дядя по материнской линии.
Вообще в положительном влиянии Фоменко на современное общество трудно усомниться, ведь сколько домохозяек, программистов и майоров запаса, пораженных тем волнительным фактом, что "этруски - это русские" бросились в душные обьятия Клио и наизусть теперь знают фамилии римских императоров от Октавиана Августа, далее везде.
И уж ни в коем случае нельзя упрекать Фоменко за то, что он вонзил в пыльный храм истории свой мощный математический аппарат. Если землекопа пригласить делать хирургическую операцию, придется смириться с тем, что он будет работать по привычке, киркой и заступом. То же и Фоменко. Если теорема не доказывается в лоб, ее берут с тыла. Существует конечный набор нелинейных отображений, с помощью которых слово "палимпсест" превращается в слово "синхрофазотрон". И пусть безаппаратные историки кусают локти.
Я, конечно, не беспристрастен. Я сам обожаю Фоменко в гомеопатических дозах и за исключением того раза, когда приезжали санитары (я узнал, что ацтеки - это тоже русские и несколько перевозбудился) получаю от чтения истинное наслаждение.
Не говоря уже о том, что человечеству всегда были присущи здоровый скепсис и страсть к разоблачению заговоров. "На этой арене, - говорит экскурсовод, стоя в чаше античного амфитеатра, - проводились поединки трех типов: гладиаторы против гладиаторов, гладиаторы против львов и львы против христиан (победители указаны первыми)."
Все это, конечно, вызывает недоверие у простого слушателя, потому что христиане с тех пор здорово размножились, чего не скажешь о львах.
Значит, переспрашивает пр.сл. с ухмылкой, Парфенон до 16 века был как новенький, а потом турки его забросали пушечными ядрами? Угу.
А вот обьясните, недобро хмурится он, откуда взялись на римских мозаиках второго века н.э. инь/янь и обилие свастик?
Но обьяснять некогда и некому, историки заняты, когда-то они защищали диссертацию о судьбе 18 династии, а теперь вынуждены разьяснять, что Тутанхамон и Миклухо-Маклай - это три совершенно разных человека.
С другой стороны, их нежелание идти на компромисс очень раздражает. Понятно ведь, что во все века хронометражем занимались хмурые желчные люди, томившиеся под железной пятой светской и духовной власти и придававшие алкоголю и камням в своем мочевом пузыре гораздо большее значение, чем уточнению факта, когда и с какой целью Карл напал на Клару.
При таком подходе нестыковки лет в 200-300 вещь совершенно неизбежная.
То есть даже если принять точку зрения историков и признать, что Фоменко - мудак, то мудак он совершенно феерический, наподобие ожившего сфинкса, в то время, как большинство его оппонентов (я пролистал как-то несколько антифоменковских книжек) мудаки очень унылые навроде собачки чау-чау, пятый год безуспешно пытающейся помереть от старческой деменции.
l

Бакстер


Когда-то на физтехе была в ходу шутка "Чтобы совместить бесполезное с неприятным, решено вести преподование химии на английском языке"
Из схожих, видимо, подсознательных соображений я читаю фантастику на немецком.
Про Криптономикон, правда, я пока не готов сформулировать.
В Тунисе прочитал "Время" Стивена Бакстера, первую часть трилогии "Мультиверсум".
Очень забавно пересечение с недавним частным космическим стартом.
Но по-большому счету, мне не понравилось. Кажется, автор сам не очень понял, что он хотел написать. Начало поставлено на широкую ногу экономического обоснования, по ходу автор скатывается в научное просветительство, унылое и малоинтересное, потом вспоминает об эсхатологии и политологии будущего, но тут же из щелей лезут разумные кальмары, начинается какая-то космическая опера, потом и вовсе фэнтэзи с блужданием между мирами, в заключении автор призывает читателя терпеливо ожидать окончательного звездеца (в прямом смысле этого слова), но будучи более милосердным, чем Симмонс в Восходе Эндимиона, растягивает это дело не на 2 тома, а всего страниц на 150.
И еще очень много повторов. Не сюжетных, а связанных с поведением героев. У главного героя всегда очень много идей, его бывшая жена постоянно уверена, что она дура и делает что-то не то, дети пытаются обьяснить взрослым тайны мироздания, но взрослые тупят до предпоследней страницы.
Жаль, завязка-то очень хорошая.
Второй том решил пока не покупать.
Вместо этого читаю ранний роман Бакстера "Корабли времени" (продолжение Уэллса). Пока (тьфу-тьфу, не сглазить) нравится...