July 15th, 2004

l

история Тимофея Прохорова


Позавчера умер один из самых знаменитых мюнхенцев. Звали его батюшка Тимофей и было ему 110 лет от роду.
Или 105. Что, согласитесь, не принципиально.
Значит, во время Великой Отечественной ему было под 50.
И вот, представьте, юг России, начало 43 года. Немецкие части, которым удалось вырваться из сталинградского кольца, беспорядочно отступают. Преимущественно пешим порядком. Недалеко от города Шахты на их пути встречается мужик на телеге, в которую запряжены две лошади. Телега немедленно поступает в распоряжение вермахта. Кучер тоже. В телегу складывают раненых и обмороженных. Курс на Ростов!

Так началась одиссея Тимофея Прохорова. В Ростове немцы его отпустили, и он направился было домой, где его ждали двое детей и беременная жена. Но тут на его пути возник огненный столб от земли до неба и явившаяся таким неканоническим манером Богородица сказала Тимофею: "Пути назад тебе нет. Иди на Запад и построй там церковь во имя мира между Западом и Востоком. А о твоей семье я позабочусь."
По другой, менее романтической, версии жена Тимофея была репрессирована в 30-е годы, а сам он до войны находился в бегах. Неважно. В конце 40-х Тимофей объявился в Австрии, где познакомился с русской беженкой по имени Наташа. У нее не было вообще никаких документов, и сердобольный Тимофей записал ее своей женой. Официальный брак был зарегистрирован лишь в 72-м, когда Наташе было 76 лет. Впрочем, она была заметно моложе жениха, т.к. Тимофей, провозгласивший себя к тому времени святым, измерял свой возраст тысячелетиями.
Но не будем забегать вперед.
Австрийские власти всячески препятствовали постройке церкви, так что Богородице пришлось явиться еще раз, теперь во сне, и сказать "Идите в Мюнхен".
В 1952 году Тимофей и Наташа поселились в Мюнхене на Обервизенфельд, ничейной земле, густо усеянной мусором и воронками от недавних бомбежек.
Там, на фундаменте разрушенной зенитной батареи, они построили свою первую часовню. Потом к ней добавились Церковь во имя мира между Западом и Востоком, небольшой домик, сад и пчелиные ульи.
Тимофей зарабатывал, продавая мюнхенцам цветы и мёд.
Натурально, у святых людей не было никакого разрешения на застройку от мюнхенских властей. Впрочем городскими коммуникациями они не пользовались, зимой топили печь, воду носили из протекавшего невдалеке ручья.
В середине 60-х годов, после того как во время всемирного церковного конгресса многочисленные епископы и кардиналы посетили жилище еремита, Тимофей приобрел известность.
Мюнхенские власти даже платили ему некоторое время социальную помощь, пока не выяснили, что пожертвования, которые Тимофей получает от туристов, в несколько раз превышают их собственную зарплату.
И тут наступил 1972 год. И на по-прежнему ничейном Обервизенфельд было решено разбить Олимпийскую деревню и построить стадион для будущей Олимпиады. На месте церквушки должен был разместиться велотрек.
Тимофей категорически отказался переезжать и тем более разрушать церковь. Его единодушно поддержали все мюнхенские газеты, ну и, конечно, Богородица.
У олимпийского оргкомитета не нашлось такого мощного лобби, поэтому велотрек пришлось строить в другом месте.
В 1976 году Наташа умерла, но (согласно пословице про свято место) в домике вскоре поселилась переводчица Паулина.
В 1997 году футбольный клуб Бавария, в свою очередь, задумался о постройке нового стадиона в том же Олимпийском парке, но получил решительный отпор чиновников. К тому времени жилище батюшки Тимофея получило статус достопримечательности, охраняемой государством. В этом качестве оно и фигурировало в официальном отказе.
Мюнхенский бургомистр Уде посещал Тимофея раз в год, поздравляя его с очередным днем рожденья.
Увы, год назад с батюшкой случился апоплексический удар, и последнее дни жизни он провел в доме для престарелых.
Покойся с миром.