September 1st, 2004

l

самокритика чистого разума


Идиоты бывают ладные и неладные. Ладные - какую бы чушь они ни пороли - непоколебимо уверены в своей правоте, они смело идут, размахивая руками, по своей дороге из желтого кирпича, прямо до самого обрыва.
Идиоты неладные - напротив - не успев открыть рот, начинают рефлексировать - "ой, что ж это я несу", "а вдруг это глупость" - поэтому ходят они, в-основном, по кругу небольшого диаметра, пытливо ковыряя в носу.
Неладным идиотам почему-то нравится задирать идиотов ладных, хотя результат получается абсолютно противоположным желаемому, то есть неладный идиот говорит ладному что-то вроде "Извините, но вы, кажется, еще раз извините, возможно, наверное, идиот".
Ладный это пропускает мимо ушей, потому что ЗНАЕТ, что он не идиот, а неладный, не дожидаясь ответа, с воплем "Да и я не лучше" упадает в бездну рефлексии.
Единственное, что объединяет оба этих биологических вида - неизлечимость заболевания.
Сам я, к слову, идиот неладный, к тому же у меня осеннее обострение.
В субботу, приехав в Бремен, я обнаружил, что обратный билет (который нельзя ни сдать, ни обменять) я купил не на вечер воскресенья, а на вечер понедельника, хотя с утра в понедельник я должен быть на работе.
Сегодня, осваивая немецкий Амазон, я вместо третьего тома моей любимой трилогии про пришельцев, заказал уже двукратно прочитанный первый. Перепутал названия "Entführt" и "Enthüllt".
Завтра я упаковываю оборудование для выставки (оно поедет своим ходом), но уже сейчас процентов на 90 уверен, что, прилетев в Амстердам, обнаружу в коробке вместо какой-нибудь жизненно необходимой запчасти собственные грязные кроссовки.
Похоже, меня сглазили нехорошие люди. Очень вероятно.
Кстати, в Бремене видел в русском телевизоре передачу, в которой медиум, поп и директор кладбища спорили о природе покойников.
И еще там ведущая сказала, что если включить телевизор на "пустой" канал и долго в него пялиться, то вы увидите на экране очертания лица и услышите голос!
И не надо материалистических хаханек.
Когда я переехал в Мюнхене на новую квартиру, я первым делом включил телевизор. На старой на крыше стояла тарелка, на новой был кабель. И там, и там в ассортименте был стандартный набор немецких программ, но настройки, понятное дело, не совпадали.
Итак, я воткнул штеккер в розетку и включил телевизор.
На экране возник Евгений Ваганович Петросян и тепло меня поприветствовал. По-русски. Я онемел от ужаса, Евгению Вагановичу тоже поплохело, сперва его скривило в пояснице, потом он пошел разноцветными полосами, зашипел и пропал навсегда.
С тех пор я верю в сверхъестественные силы.