March 4th, 2005

l

все, что движется...


Уважаемая Мари.

Я ознакомился с выкладками, которые Вы обнаружили в ходе Вашего виртуозного поиска доказательств того, что "советские солдаты насиловали всё, что движется"
(замечу, что мой гугль показывает 346 ссылок, а не 493, но это, наверно, капиталисты напортачили).

Прямо на указанной Вами странице находятся любопытнейшие ссылки на
военные дневники Бабеля и рассказ о чеченских событиях.
Боюсь, однако, они уводят нас в сторону от обсуждаемой темы.
Поэтому ограничимся ссылками, которые выбрали Вы сами.

Открываю первую попавшуюся и читаю:
Одним из величайших преступлений этого столетия, и, возможно, одним из величайших преступлений против женщин во всей истории, были массовые изнасилования женщин завоеванной Европы после юдокоммунистической победы в 1945 году.
В будущем я бы посоветовал Вам более внимательно относиться к подбору источников.
Авторы, использующие слова вроде "юдокоммунистический" не вызывают доверия у читателей.
Слова, видите ли, забываются, а запах остается.

Открываю другую ссылку.
Возможно, размышления Дмитрия Хмельницкого о психическом состоянии советских солдат и имели бы какую-то ценность, если бы упомянув о том, что

"молодые солдаты выросли в обстановке непрекращающихся террористических кампаний с миллионами жертв - против крестьян в 1929-1933 гг, против интеллигенции в 1930-35 гг, против партийного аппарата в 1935-38 гг, против всех слоев населения в 1937-39 годах. Их родители и родственники были либо жертвами, либо участниками террора"

он не забыл одну крохотную деталь: психическое состояние советского солдата, в первую очередь, определялось тем, что на его страну напал враг, что его родной дом был разорен, что его родные бежали или пропали без вести и что его друзья каждый день гибнут рядом с ним в окопах от фашистских пуль и снарядов. Эти факты Дм.Хмельницкий стыдливо забывает сообщить. Я думаю, ему впору прислушаться к собственным словам: "Что происходит с его психикой - судить опять же психиаторам." (правописание Дм.Хмельницкого)

Следующая статья радует нас занимательной статистикой. Видно, что автор провел немало времени со свечкой в руках:
По данным последних публикаций немецких исследователей, до 2 миллионов немецких женщин и девушек были изнасилованы советскими солдатами с начала боев в Восточной Пруссии до осени 1945 года, из них 500 тысяч — на территории советской зоны оккупации, то есть будущей ГДР.
Оставим в стороне эти вечные ссылки в никуда (выражение "по последним данным" несколько попахивает эксгумацией). Просто чисто арифметически интересно, где были изнасилованы остальные полтора миллиона? Носили ли их под покровом ночи в американскую зону оккупации для того чтоб вконец запутать статистиков, демографов и Владимира Перепадю?

Довольно для начала.
Поговорим теперь о другом. Вы изучали в школе вот это стихотворение Наровчатова?

Я проходил, скрипя зубами, мимо
Сожженных сел, казненных городов,
По горестной, по русской, по родимой,
Завещанной от дедов и отцов.

Запоминал над деревнями пламя,
И ветер, разносивший жаркий прах,
И девушек, библейскими гвоздями
Распятых на райкомовских дверях.

И воронье кружилось без боязни,
И коршун рвал добычу на глазах,
И метил все бесчинства и все казни
Паучий извивающийся знак.


Это 1941 год. Или вот почитайте дневник из оккупированного Таганрога.
Или даже то, что цитированный вами же знатный статистик Перепадя замечает, что Обеспокоенный рейхсмаршал СС констатировал в своей докладной записке, что, по его данным, 3 миллиона немецких солдат имели добровольные интимные отношения с женщинами оккупированных территорий СССР.

И попробуйте понять две вещи.
1. Квантор всеобщности навроде "насиловали всё" - очень плохой помощник в любой дискуссии кроме кухонной свары.

Было по-разному.
И мародерство было (чаще), и изнасилования (реже).
И есть гораздо более достоверные источники информации, чем падкие до красного словца журналисты.
К примеру, показания очевидцев.

2. К тому времени, когда советские войска вошли в Восточную Пруссию, за их плечами было три с половиной года войны. Три с половиной. "Без отпуска", как справедливо замечает Хмельницкий, какой тут отпуск, когда на твою страну напал враг, речь идет о жизни и смерти, да и дом родной, в который можно возвратиться, зачастую стерт с лица земли или находится на оккупированной территории .
Так вот ни Вам, ни мне, ни британскому историку с жопой в форме головного мозга, к счастью, не понять, что значит три с половиной года войны. Что значит, когда ничего неизвестно о судьбе близких, что значит, когда родных угнали в немецкий плен, что значит, когда на наших глазах убивают боевых друзей и что значит, когда ты входишь в покинутый немцами город или село и видишь, что от него осталось.
Так вот, пока нам не дано этого понять, мы не имеем права заниматься морализаторством, какими бы зверями некоторые из тех солдат не казались нам сейчас, с этой стороны экрана.
И уж ни в коем случае в такой развязной и огульной манере, как это делате Вы или автор, приведенной Вами статьи.
Мы должны помнить. Но мы не вправе судить.