June 27th, 2005

l

(no subject)

Мнение о том, что дискриминационная оговорка в объявлении о приеме на работу допустима и "будем честными, мы сами так зачастую думаем, просто не говорим вслух" высказывается людьми, способными к мыслительной деятельности (о других я сейчас не говорю), с этакой кафедры независимого судии.

Точно также, наслаждаясь домашним покоем, мы с полным основанием считаем, что маленькие порожки между комнатами в нашей квартире совершенно функциональны: не тянет по ногам, мусор из прихожей не попадает в комнаты и т.д.
Мы находимся во власти рацио ровно до тех пор, пока в один прекрасный день не соударяемся с этим самым порожком мизинцем ноги: о! в этот самый момент до рацио нам нет никакого дела, мы, жалобно скуля, прыгаем на непострадавшей конечности и разрабатываем планы уничтожения всех без исключения порожков, по крайней мере, в радиусе ста-ста двадцати световых лет... Боль утихает минут через пять.

Практически каждый из нас в своей жизни хоть раз да испытал реальную дискриминацию по национальному признаку. Это и есть тот самый случай соударения с порожком. Так вот, наряжаясь в мантию независимого судии, об испытанных в тот момент чувствах неплохо бы помнить...

Ну и в качестве наглядного примера иллюстрация "метода бумеранга" из комментариев к предыдущей записи:

marat_ahtjamov: Помнится, в советские времена в роту почетного караула Кремля брали только юношей чисто славянской внешности.
Интересно, это была дискриминация или нет?


labas: В этой дискуссии участвуют благородные доны со славянскими фамилиями, поэтому инородцам вроде Вас лучше молчать в тряпочку.
l

es war ein Land


Мы совершенно не ожидали обнаружить в исконно баварском дворце Шляйсхайм, куда мы поехали вчера отдохнуть и выпить пива, выставку об истории Восточной Пруссии.

Посетителей было немного, точнее сказать, кроме нас - никого. Некоторое время нам удавалось бежать впереди смотрителя - трогательного дедушки со старческим неровным дыханием, но на середине экспозиции он нас нагнал.

- Это дворцовая капелла (из окна был виден потолок, минималистски украшенный лепниной). Ее начал строить Вильгельм Пятый, а довел до ума уже Максимилиан Первый. Американцы разбомбили ее, как и весь дворец. Знаете, здесь неподалеку был аэродром люфтваффе, поэтому они особенно не следили за точностью... Восстановили все кроме мозаик. Остались только черно-белые фотографии, поэтому сложно...

В следующей комнате продолжался рассказ про Восточную Пруссию. Ее украшала витрина с янтарем.
- Считается, что раньше на месте моря, омывающего..., - рассказывал старичок. Я вспомнил свой давний вояж в поселок Янтарный. Эти две страны - виденная нынешняя и рисованная прошлая - никак не складывались в моей голове в единое целое.

Мы прошли дальше в комнату, посвященнную восточнопрусским ученым и писателям. Коперник, Кант, Шопенгауэр... Старичок разъяснял:
- Дрыгальски был полярным исследователем. В Мюнхене есть улица, названная в его честь. Гильберт... я пытался читать его книгу, но я слишком плохо разбираюсь в математике...
- Он представил в начале прошлого века свой знаменитый список 23 нерешенных математических проблем, - сказал я, - Кажется, сейчас остались только две или три...
- Вы математик, да? - заинтересовался старичок.
Я малодушно кивнул.
- Или вот Вернер фон Браун, тот который придумал Фау-2. После того, как русские запустили свой спутник, американцам пришлось танцевать под его дудку. Без него у них бы ничего не вышло.
Я опять кивнул.
- А вы и физику в университете учили? - переспросил старичок.
- Ага, - ответил я, - и физику, и математику. Только должен сказать, что это было в России.
- А! - сказал старичок, - тогда в следующей комнате я лучше помолчу.
- Почему? - запротестовал я, - Рассказывайте, пожалуйста...
- Слава Богу, все это в прошлом, - вздохнул старичок, - а рассказывать... чего тут рассказывать... тот случай с кораблями... те два судна, которые вывозили из Кёнигсберга гражданских... их торпедировали русские подлодки...- его голос задрожал - почти все погибли... конечно, командиры могли не знать, что там гражданские... но я думаю, что они знали...

Об Изгнании 45-го повествовалось без картинок. Несколько колонок мелкого текста. На гитлеровское правительство возлагалась частичная вина (пропаганда, необеспечение своевременной эвакуации).

- У курфюрста Макса Эммануила было десять детей,- на выходе из комнаты старичок попытался сменить тему.

Выставка называлась "Была такая страна".