July 17th, 2006

l

просто так


А вот песня, которую я уже целый год слушаю, слегка потрясая поджилками.
Брассенс, перевод Марка Фрейдкина.
А вот другие песни Фрейдкина, которые постоянно вертятся в "коротком плэйлисте" моего наладонника.
Сквернослов
22 сентября
Эта песня
Песня про жопу
Как полный кретин
Амур пердю
Наш учитель

По приезде в Москву собираюсь непременно приобрести его последний альбом.
Вдруг еще кому-то понравится и заинтересует.

Ну и ясности для. Самого Фрейдкина я не знаю и никогда не видел, просто испытываю по отношению к нему разные чувства, среди прочих, приязнь, благодарность и зависть, и считаю необходимым их как-то выразить.

Кстати, может быть и видел. В девяностые он был владельцем книжной лавки "19 октября", а я там купил немало умных книжек. Многие из них и по сей день стоят в моем шкафу, а две или три я даже читал.
Еще вспоминается, как в 95-м году мы устраивали промоушн-тур моей первой книжки стихов. Кроме меня участвовали ДК, rach_d и, кажется, Серега Хозяинов. Я составил карту московских книжных магазинов, а ДК придумал правила. После посещения каждого магазина мы выпивали по глотку водки, а по дороге к следующему - по бутылке пива. Помню, в магазине Финстер-Фенстер прием осуществляла богемная женщина, плотно усыпанная пеплом графоманских надежд. Б.ж. открыла мою книжку на середине, прочитала какую-то дурацкую строчку и скривилась так, что ее мэйкап дал трещины. Мы в панике бежали. К слову, этот метод оценки чужого творчества я взял с тех пор на вооружение. Помогает сэкономить кучу денег в книжных магазинах. В Доме Книги и раскрывать ничего не потребовалось. Работница прилавка доходчиво объяснила нам, что неизвестный автор не имеет никаких шансов быть проданным. А чтобы сделать автора известным, надо проводить чтения, встречи с публикой, презентации... "Мы готовы", - сказал ДК. "К чему готовы?" - испуганно спросила продавщица. "Провести презентацию! Прямо сейчас!" - воскликнул ДК. Но дыхнул при этом он слишком сильно.
Так вот, лавка "19 октября" была единственной, в которую книжку удалось пристроить, возможно потому, что мы ее посетили первой. Там был такой специальный загончик, в котором стояли, уныло прислонясь к стенке, труды не Байронов, а других. Коммерческого успеха книжка не снискала и через пару месяцев мне позвонили и попросили забрать "остатки". Я был как раз в трудовой запарке и отказался, попросив пустить ее на самокрутки. Искусство должно служить народу, я считаю.

К Фрейдкину, впрочем, вся эта история отношения не имеет.
Он отличный, послушайте сами.