October 11th, 2006

l

к всемирному дню психического здоровья


А в Германию г-н Путин прилетел не просто так, а в рамках ежегодного форума "Петербургский диалог".
Одна из членов координационного комитета форума - Нелли Сергеевна Хрусталева, завкафедрой «Психология кризисных и экстремальных ситуаций » психфака СПГУ, основатель нового направления в отечественной социальной психологии и протчая и протчая - недавно попала в немецкие газеты совсем по другому поводу.

18 августа 20-летний берлинец Вадим Фрейнкман решил посмотреть кино "Возвращение Супермена". На пути домой из кинотеатра он (вместе с собственной машиной) был похищен двумя неизвестными. Уже через несколько часов мать Фрейнкмана - Н.С. Хрусталева - получила известие от похитителей. Они требовали выкуп в миллион евро. Контакты между похитителями (предположительно, русскими) и полицией осуществлялись "как традиционным, так и электронным" способами. 31 августа "шестизначная сумма" была оставлена похитителям в указанном ими месте невдалеке от городка Паузин к западу от Берлина. Вечером того же дня Фрейнкман был отпущен. Выйти на след преступников до сих пор не удалось.

Случай для Германии, прямо скажем, неординарный. Впрочем, биография матери похищенного - неординарна в квадрате.

В Советском Союзе карьера Н.С.Хрусталевой развивалась поступательно: университетский диплом (1974), кандидатская (1980), брошюры "Особенности реализации духовных потребностей личности в трудовом коллективе" (1983) и "Становление разумных потребностей личности" (1987). Затем, правда, наступило время перемен. Транзитом через Израиль Нелли Сергеевна (теперь Фрейнкман) попадает в Германию, где уже в 1991 г. читает цикл лекций на тему "Познай себя сам" в берлинском клубе "Диалог". В 1994 году ее диплом был признан "соответствующим немецкому диплому психолога" (чему способствовали два дополнительных обстоятельства: аспирантура и послабления, которые существовали в то время для аналогичных ГДРовских документов), после чего Нелли Сергеевна получила возможность официально работать по специальности. В 1995 году она защищает в СПГУ докторскую по теме "Психология эмиграции. Социально-психологические и личностные проблемы." (судя по оглавлению, работа кажется мне скорее социологической, но я не гуманитарий).

Дальше начинается самое любопытное. В 1997 году СПГУ подписывает контракт с частной фирмой из города Вупперталь, именующей себя "Институт социально-педагогического профессионального образования". Вот что об этом говорится в официальной биографии Нелли Сергеевны:
В период с 1997 по 2002 годы – руководитель программы по подготовке бакалаворов психологии Санкт-Петербургского государственного Университета в Берлине (Германия). Ею разработана концепция создания филиала Российского Университета в Европе и новый вид психотерапевтической помощи для эмигрантов – через участие в образовательных программах на родном языке.
В теории слово "бакалавор" звучит гордо. Практика же была следующей: раз в месяц в Берлин на несколько дней прилетали петербургские доценты. Они читали лекции и отбывали обратно. В сумме за все время обучения набиралось около 1000 лекционных часов, в то время, как очная учеба в СПГУ включает более 7000. Недостаток лекций студенты покрывали практическими занятиями. Они работали в организованной Нелли Сергеевной "Горячей линии", оказывая телефонную психологическую помощь на русском языке. За учебу они платили около 15000 марок. Через три года филиал насчитывал уже 29 выпускников. Накладные расходы были невысоки. В отличие от нормы прибыли. Тут, правда, выяснилось, что трест имеет слабое место. Диплом "бакалавора психологии", пусть даже с гордой печатью СПГУ, совершенно не котировался в Германии. "Не расстраивайтесь", - сказала Нелли Сергеевна опешившим выпускникам - "еще два года обучения по сходной цене, и вы получите диплом магистра". Выпустил ли филиал в итоге хоть одного магистра - неизвестно, да и не играет особой роли: и этот диплом в Германии можно было бы использовать лишь для оживления домашнего интерьера. В 2000 году, правда, вышла неприятность. Несмотря на клятвенные заверения Нелли Сергеевны. что она никому и не обещала, что диплом филиала будет признаваться в Германии, часть разочарованных "студентов" двинулась в суд, желая вернуть деньги за обучение. Их права взялся представлять берлинский адвокат Раймунд Кеслер. Неожиданно он выяснил, что со свидетельскими показаниями дело обстоит туго: большинство будущих психологов получали от государства социальную помощь, и были не в настроении объяснять социальной службе откуда они взяли 15000 марок на обучение.
Информация, однако, уже просочилась в берлинские газеты, и тогда Нелли Сергеевна пошла в ответную атаку. Явив глубокое знание человеческой психологии, она объяснила журналистам подоплеку действий 55-летнего адвоката Кеслера: дело в том, что он втюрился в одну студентку, а та ему дала от ворот поворот. Оскорбленный в лучших чувствах адвокат решил ответным ударом уничтожить целый берлинский филиал СПГУ. Кроме того "он кричал, размахивал бумагами, грозил пожаловаться правительствам Германии и России, его голос срывался, лицо пошло пятнами, а уши покраснели". Он психически ненормален, заключила доктор психологических наук. Тот же самый диагноз Нелли Сергеевна поставила гинекологу Попову, мужу единственной истицы, добравшейся до суда. Суд иск не удовлетворил: о том, чему приравнивается русский "бакалавор психологии", "студенты" могли сами узнать до начала обучения.

Из случившегося г-жа Фрейнкман, которая с этого момента снова становится Хрусталевой, сделала два вывода
а) почва Берлина пока слишком камениста для посева зерен разумного, доброго и вечного
б) но если гора не идет к Магомету...

Чем сейчас занимаются остальные 28 свежеиспеченных бакалаворов и соответствует ли действительности оптимистическое утверждение "Полученное образование помогает этим студентам преодолеть еще одну из самых больших трудностей, а именно найти свое место на рынке труда" неизвестно, а бунтовщица Лина Попова, похоже, открыла косметический салон. Что касается Нелли Сергеевны то она пролетом через международные конференции, симпозиумы и доклады о проблемах эмигрантов, в 2002 году неожиданно оказывается во главе, ни много ни мало, Центра международных проектов и программ Министерства образования Российской Федерации. Одна из целей:... правильно - скорейшее признание на Западе дипломов российских вузов. "Российские дипломы скоро будут признавать в Европе." - рапортовали информационные агенства еще в мае 2002 года.
Скоро только сказка сказывается, поэтому о дальнейших результатах деятельности центра пока не сообщается, зато в 2006 г. Нелли Сергеевна неожиданно оказывается помощником председателя Государственной Думы РФ Бориса Грызлова и на немедленно вступает в непримиримую борьбу с молодежной ксенофобией в каком-то, так сказать, животном дискурсе: "Зоопсихологи объясняют, что все животные метят, борются за свою территорию. Такие сильные инстинкты существуют. Молодежь не хочет, чтобы приходили на их территорию".
Но и прежние планы не забыты, я бы даже сказал, достигли каких-то исполинских глубин: "Планируем возвращение репатриантов из ближнего и дальнего зарубежья. Надо будет думать, как вписать их в общество. Надо работать с иностранцами, с их общинами, чтобы они могли адаптироваться и раствориться, чтобы их поведение не вызывало у нас агрессии".

Возможно, терпеливый читатель, дочитавший до конца, захочет меня упрекнуть: зачем я иронизирую над человеком, всеми фибрами души пытавшимся и -ющимся облегчить тяготы эмигрантской жизни, да еще в такой непростой период - ведь с возвращения похищенного сына прошло чуть более месяца. Друзья мои, да я ничуть не иронизирую. Я честно пытался писать панегирик, просто это мой первый опыт в этом жанре, поэтому не обошлось без шероховатостей.
А общий мессадж, по-моему, очень позитивен. Любой эмигрант, даже распоследний получатель социальной помощи, на примере Нелли Сергеевны может увидеть, что при правильном настрое и подходе в этой жизни можно достичь всего чего угодно, к примеру, стать доктором наук, помощником Грызлова, а, если повезет, то и самим Грызловым.
Дерзайте!

(за наводку спасибо dodododo)
l

чтение: Айзенрайх


Сначала, правда, не про чтение. Быков в Москве напел замечательную песню. Но так как его версия, увы, не сохранилась, пришлось удовлетвориться исполнением автора (концертная запись, может, у кого-то есть лучше?). Я так раззадорился, что хотел написать стихотворение со строчкой "пел быков караулову цыбина щербакова", но потом вспомнил, что у меня творческий кризис и не стал. А вообще тому, как Щербаков работает со словом даже на таком "снижающем" материале, можно только завидовать.

По-русски читал "Правду" Чертанова-Быкова (забавно) и "Живого" (тяжело - отложил пока).
По-немецки продолжал штудировать Розендорфера. Повесть "Стефания или прошлая жизнь" (когда-то, по слухам, понравившаяся witkowsky) ужасно разочаровала. Привычная многословность и предсказуемый сюжет при полном отсутствии юмора. Современная немка во сне попадает в Испанию 18 века, где оказывается герцогиней, только что убившей своего мужа. В конце все многие умирают. Сборник рассказов "О целовании земли" напротив достаточно типичен для Р. От трех-четырех рассказов смеешься и дрыгаешь ногами, в еще трех-четырех - улыбаешься, от некоторых из оставшихся сводит челюсть.
Из пяти прочитанных мной сборников лишь в "Бале у Смерти" процент качественных рассказов существенно выше.

О "Смерти одного критика" Вальзера надо бы написать отдельно, больше даже не о самом романе (весьма слабом, на мой взгляд), а о показательной шумихе, поднятой до его публикации.
Еще dp порекомендовал австрийского писателя по имени Херберт Айзенрайх. Я наугад купил один из сборников рассказов ("Так сказать, любовные истории"), возможно, не самый удачный. Один рассказ мне очень понравился, один так себе, а три совсем нет. Пока отложил в сторону.
Зато кольцо замкнулось, потому что тут же у Розендорфера обнаружился анекдот об Айзенрайхе. Тот якобы был большим фанатом железных дорог и даже написал по этому поводу книжку. Друг Айзенрайха - художник П. приобрел участок земли недалеко от ж/д ветки Иннсбрук-Зальцбург, собственными руками построил на нем дом и разбил сад. Айзенрайх приехал к П. в гости и выйдя из дома на террасу стал наслаждаться чудесным видом. "Изумительно. Изумительно", - восклицал Айзенрайх. Счастливый П. стоял рядом, быстро наполняясь гордостью за дело собственных рук. "Изумительно," - повторил Айзенрайх.- "Это один из последних перегонов в Австрии, где еще можно увидеть фарфоровые изоляторы B-29/29."

Поставлю ссылку на ночной пост о киднэппинге и завидной психополитической карьере. Может, кто-то пропустил, а теперь заинтересуется.