June 6th, 2012

l

квест

Я стоял напротив кинотеатра «Байкал», в руках – огромный бесформенный сверток, а в глазах – решимость берсерка, способного голыми зубами перегрызть до пяти метров проволочных заграждений, прежде чем упокоиться в объятиях валькирий.
Сверток содержал две картины, замотанные в большое пуховое одеяло. Если Вы сейчас начнете придирчиво расспрашивать, каким образом я оказался у кинотеатра «Байкал», да еще с такими экстравагантными аксессуарами, я брошу на вас взгляд, полный презрения. В минуты, когда прошлого нет, будущее под вопросом, а настоящее падает на вас чем-то вроде балкона, не до пошлой рефлексии.
***
На противоположной стороне улицы висела покосившаяся вывеска «Фотография». Я бросился к подвалу и, с наскока преодолев отделы канцтоваров и металлоремонта, ворвался в каморку фотографа.
- У Вас есть нож? – задал я резонный вопрос.
Фотограф испуганно покосился на меня, но нож дал. Я разрезал бечевку и достал из одеяла картины:
- Мне нужно по три фотографии этих картин. Какой у Вас максимальный размер? 8 на 13? Значит шесть фотографий 8 на 13.
- И эт-то в-все? – поинтересовался фотограф.
- Нет, - сварливо ответил я, - мне еще хочется иметь фотографию одеяла в натуральную величину. На память. Но так как оно несколько больше, чем 8 на 13, я обращусь с этим заказом в другое фотоателье.
Фотограф ушел ставить свет, а я задумался об одеяле. Шутки шутками, но с ним надо было что-то делать. Человек, идущий по улице с картинами подмышкой, вызывает уважение и доверие. К нему без конца подбегают трепетные девушки и интересуются, как лучше класть сурик на охру. Тот же человек, но шествующий с огромным одеялом под другой мышкой, вызывает интерес совершенно в иных слоях населения, а именно среди бестрепетных бабушек, которые охотно делятся с компетентными органами соображениями о том, что именно завернуто в одеяло и в каких целях.
К счастью, не успел я выйти от фотографа, как подъехал автобус, следовавший к метро «Дмитровская». После серии акробатических упражнений, в которых я играл пассивную роль, а автобусный турникет и одеяло активную, я прорвался в салон, где, к моему удивлению, шла оживленная дискуссия за еврейский вопрос. Похмельный пенсионер в драном ватнике упрекал фраппированную пенсионерку в шубе в том, что она то ли продала Россию, то ли купила – по лицу же видно. Я вздохнул и забылся тревожным сном.
Collapse )