December 28th, 2013

l

на 5 рублей больше

Продолжим разговор о карьере Л.В.Дудина, начатый здесь.
Сразу оговорюсь, что в этой части я использую документы, опубликованные в советской пропагандистской литературе времен холодной войны, что вообще-то делаю неохотно, так как
1) архивная легенда таких документов остается загадкой
2) нет возможности проверить, какого рода купюры сделаны при публикации и насколько точен перевод
Но в данном случае так как лучшего источника пока нет и кое-какие косвенные подтверждения аутентичности документов присутствуют, я делаю исключение.

Начнем, впрочем, снова с отрывка из мемуаров самого Дудина:
Редактор газеты ["Українське слово"], по нашему мнению и по нашему долголетнему опыту, являлся человеком, облеченным большими правами и полномочиями, пользующийся полным доверием вышестоящих властей и вполне посвященный в их цели и намерения. С таким именно мнением я переступил в первый раз порог кабинета главного редактора новой газеты. Первое впечатление от кабинета только подтверждало заранее сложившееся мнение. Большая и прекрасно обставленная комната была вся застлана огромным ковром, а стены ее были отделаны панелью под карельскую березу. Мягкая удобная мебель из того же материала, всюду цветы, посередине два больших стола, составленные «по-наркомовски» в виде буквы «Т», и на них последние номера разных немецких и украинских газет. Над креслом редактора — два больших портрета. На одном Гитлер в шинели с поднятым воротником, на другом — Петлюра. В первый момент я не поверил своим глазам: слишком диким и непонятным казалось это сопоставление. Гитлер и Петлюра. Что могло быть общего у этих двух людей и как могли их портреты находиться в кабинете редактора издаваемой немцами газеты для местного, еще так недавно советского, населения?
Навстречу мне поднялся из-за редакторского стола маленький человек лет тридцати на вид в пиджаке и брюках, заправленных в сапоги (так почему-то одевались все приехавшие с немцами украинцы). Это был редактор газеты Иван Рогач, в прошлом секретарь словацкого деятеля Волошина, а в то время, о котором я пишу, глава всех украинских экстремистов в Киеве и один из самых влиятельных людей на Украине (если, конечно, не принимать во внимание немцев). Он был чрезвычайно любезен и даже как-то непривычно для нас, советских людей, подчеркнуто предупредителен, и не верилось, что этот маленький, любезный человечек может пропускать и благословлять весь тот поток грязной клеветы, который переполнял страницы его газеты. А между тем газета писала возмутительные и гнусные вещи. Почти каждый номер и, во всяком случае, каждая передовая статья, принадлежавшая нередко перу самого Рогача, были наполнены оскорблениями и циничной руганью по адресу русского народа, его языка, истории, культуры и великих людей его прошлого. Основной мишенью этого, с позволения сказать, органа печати были такие священные для каждого русского человека имена и личности, как Пётр I, Пушкин, Суворов и Толстой.
1

12 декабря 1941 года И.Рогач и три его сотрудника были арестованы2. 14 декабря газета сообщила в обращении "До нашого читача!", что
З сьогоднiшнього дня україньска газета виходитиме в новому виглядi под назвою "Нове українське слово". Крайні націоналісти, разом з большевицьки настроєними елементами зробили спробу перетворити національно-українську газету на інформаційний орган своїх зрадницьких цілей. Всі застереження німецької цивільної влади про те, що газета має бути нейтральна і служити лише на користь українському народові, не були взяті до уваги. Була зроблена спроба підірвати довір'я, яке існує між нашими німецькими визволителями і українським народом. Щоб запобiгти загрозi закриття газети i зберегти для народу цiнний iнформацiйний орган, було проведено очищення редакції від зрадницьких елементів.3

Прежняя редакция попала под следствие. Вероятно, в рамках его был опрошен и Л.Дудин. Из протокола допроса:
СД-ЕК С. 5.
Киев, 18.12.1941 г.
В качестве свидетеля выступает украинец ЛЕВ ДУДИН, родился 31.1.10 в г. Вильно (Литва), проживает в Киеве, ул. Короленко, 18, кв. 16. Он заявляет:
- Сам я живу в Киеве с 1927 года. Олинек, Рогач и Чермеринский приехали из Западной Украины. Я знаком с ними с октября или ноября 1941 года. Познакомился с ними в издательстве « Украинское слово». Я был представлен главному редактору Рогачу господином Багзи
[так! правильно: Багазием - ИП] Господин Рогач задерживал мое назначение, постоянно замечая, что использовать меня они смогут лишь позднее. Наконец, меня зачислили с 7 октября переводчиком в переводческое бюро. В это время цензурой газеты занимался зондерфюрер Гансен, а позже зондерфюрер Бесдорф. Оба эти господина привлекли меня к работе по цензуре. При этом я заявил обоим, что направление газеты вредно для Германии.
Исходя из моего лояльного отношения к Германии, господин Рогач спросил, украинец ли я или раб Германии. На это я ему ответил, что нам пока нужно бороться вместе с Германией против ее врагов, а вопрос о свободной Украине пока еще не назрел...
Затем я заметил, что Рогач избегал печатать речи германских государственных деятелей. Когда речь фюрера Адольфа Гитлера была опубликована 3.10.41 г. в «Украинском слове», она была сокращена. Там не были указаны трофеи Германии в боях с Россией...
Протокол закончен замечанием Дудина, что другие подробности ему неизвестны, так как обвиняемые не оказали ему доверия, считая его предателем.
Гауптшарфюрер СС Андерс"
4
Collapse )