September 5th, 2016

l

на ничьей земле (II)

начало

III.
Месяц скрылся за близким горизонтом невысоких холмов, бросая на их вершины синий, дрожащий полусвет. Зато у подножья холмов стоял такой густой туман, что трудно было различить предметы: будто деревья, будто животные, то мерещились какие-то странные силуэты людей, как бы топтавшихся на одном месте.
Мы с Касымом ползком прошли километра полтора по жнивью и пока добрались до холма, укутанного в туманной мгле, рассвет уже сменял на горизонте бледный свет луны.
Медлить было нельзя: с наступлением дня нас могли обнаружить немцы и пришлось бы очутиться в плену.
— Станем тут, — предложил я Касыму, безнадежно оглядываясь по сторонам.
— Зачем станем? — сразу насторожился он. — За это гора будет аул. Там отдохнем…
— А если в деревне немцы? — тревожно понизив голос, сказал я.
Черкес поглядел на холм, отрицательно покачал головой.
— Касым не боится немцев.
Мне даже показалось, что черкес при этих словах, насмешливо улыбаясь, поглядел на меня.
Мой спутник оставался до конца верен себе. Это был, повидимому, упрямый, своенравного характера человек. К тому же сила обстоятельств была на его стороне: от него — не раненого — зависело бросить меня в поле на произвол судьбы или тянуть меня за собой до места, где нас могли приютить.
"Но если за ночь эту деревню заняли немцы, — думал я, — то оттуда уже должны доноситься звуки разгула пьяных фашистов, крики женщин и детей… Должен быть слышен визг поросят… Или что-нибудь подобное, о чем я не раз читал в наших газетах…" Но кругом нас и за холмом стояла полная тишина. Лишь изредка откуда-то издалека долетали до нас звуки глухих, одиночных выстрелов, словно что-то набухало и лопалось в густом тумане, силившемся подняться над холмами.
Collapse )