November 6th, 2016

l

"дело бунескула-дринкера"


4 января 1942 года в "Известиях" был напечатан фельетон известного советского писателя Владимира Лидина, посвященный оккупации (к тому времени уже освобожденной) Калуги немцами.

"Реклама — двигатель торговли"

Немцы поселились в Калуге всерьез и надолго. Для того, чтобы все выглядело, как в лучших домах, решено было издавать еженедельную местную газетку на средне-русской языке. Для настоящего русского языка не хватало сил. В качестве редактора газетки было приглашено нечто румынское под фамилией Бунескул.
Газетка вышла в городе Калуге в количестве четырех номеров. Дальше деятельность Бунескула прекратилась, так как город Калуга был отбит частями Красной Армии. Но и четыре вышедшие номера свидетельствуют об интенсивной хозяйственной жизни недолговременных хозяев города Калуги.

"Реклама — двигатель торговли", — сообщается в отделе объявлений этого печатного органа. "Открыт прием объявлений в газету "Новый путь". Принимаются объявления о розыске лиц, пропавших без вести".
Признаться, до сих пор мы не знали, что лица, пропавшие без вести, могут быть двигателями торговли. Но на горизонте торговли появляются уже мощные предприятия, в роде "Мехового магазина Л. М. Дринкера" по Кутузовской улице, д. 45. Мы охотно, из чисто зоологического интереса, делаем бесплатную рекламу этому предприятию: какими мехами мог торговать Л. М. Дринкер, когда даже тощих калужских кошек драли на наушники для германской замерзающей армии? Но, впрочем, Дринкер и не сообщает о продаже меховых изделий, он главным образом взывает о "покупке всевозможных мехов и сырья", что больше соответствует интересам представляемой им фирмы в лице германского командования.

Далее, очевидно, в помощь Бунескулу, кто-то с чисто румынским интересом к этому виду деятельности хочет купить "хорошую скрипку и смычок. С предложениями являться в канцелярию по Пушкинской ул., 25 от 15—16 часов". Но что — скрипка! Скрипка — нежный инструмент,— в крайнем случае для пополнения очередного румынского оркестра. Но вот самой редакции "Нового пути" требуются гораздо более прозаические вещи. "Купим портфели, письменные приборы, настольные лампы", — взывает редакция, в которой вышеупомянутый ранее — Бунескул является и "главным" редактором, и сборщиком объявлений — "купим вечные ручки". На что столько вечных ручек, портфелей и письменных приборов Бунескулу? Газетка маленькая, выходит раз в неделю, в одном портфеле можно унести и весь материал, и "главного" редактора со всеми его убогими пожитками.

Ведь за плечами Бунескула — Германия, ей бы. казалось, снабжать и снабжать его вечными ручками и письменными приборами. Но многое ли от нее ныне получишь — от Германиию. Немецкая армия тащит все, что попадется ей под руку, и продажный бульварный листок чистосердечно пробалтывается в своих объявлениях, которые являются "двигателем торговли". "Купим срочно по высокой цене патефоны, гитары. часы, швейные машины, велосипеды (старые, ломаные и все части к ним). Все домашние, кухонные вещи, посуду, одежду, меха, обувь" — уже с полной откровенностью взывает другое объявление в газетке. "Предлагать в  л ю б о е  время. Адрес: Театральная ул., д. 62".

Все на потребу, все нужно, найдется веревочка — давай и веревочку. Позади, за плечами Германия — обнищавшая, обносившаяся, босая и голая. Впрочем, он не виноват — Бунескул. Он добросовестно известил читателей, что "Следующий номер "Нового пути" выйдет в четверг, 1 января 1942 года". Он известил, что "Принимаются объявления в праздничный новогодний номер", не думая, что в лучшем случае ему, Бунескулу, позволят вскочить на подножку автомобиля с бегущими из Калуги немцами, а в худшем — по старой калужской дороге добираться за свой страх и риск куда-нибудь подальше от Калуги на запад. Прощай портфели и вечные ручки, и меховой магазин Л. М. Дринкера. и надежда на русские меха, и теплая квартирка в Калуге. Все позади, точно снилось, и только бы вытащить ноги из снега, пробираясь вместе с отступающим и закутанным в ворованное тряпье своим немецким хозяином...
1

В тот момент ни действительно бежавший из Калуги вместе с немцами Евгений Бунескул, ни оставшийся в ней и оказавшийся на советской стороне Леонид Дринкер не могли знать, что, по всей видимости, этот фельетон в "Известиях" прочитает некий весьма предприимчивый чекист, и это будет иметь фатальные последствия для них обоих.
Collapse )