November 5th, 2017

l

"один из худших сотрудников и идеологов русского нацизма" в переписке р.абрамовича и с.мельгунова



Шарж из мюнхенского журнала "Сатирикон", изображающий представителей русской эмиграции на совещании в Штутгарте в августе 1951 г.
За столом ставит подпись С. Мельгунов, рядом с ним опирается на стол М. Соловьев.


Ниже публикуются выдержки из переписки Рафаила Абрамовича Рейна (Абрамовича) и Сергея Петровича Мельгунова, в которых речь идет о Михаиле Соловьеве (настоящая фамилия Голубовский, псевдоним во время и сразу после войны - Бобров). На тот момент Соловьев был фактически вторым лицом мельгуновского "Союза борьбы за свободу России" и активным сотрудником издаваемого Мельгуновым журнала "Возрождение". Триггером всей истории стало вот это интервью, которое Александр Даллин взял 15 мая 1951 года у Д.П. Кончаловского (использовавшего псевдоним Сошальский). Прямо в вводке упоминается полученная Даллиным от Сошальского машинопись "Русская национал-социалистическая партия, февраль-май 1944" (подписана Д. Степанов). Это рассказ о возникновении в Минске в начале 1944 года отделения так называемой Национал-социалистической трудовой партии России. Сама партия была создана еще в ноябре 1941 г. в Локте К. Воскобойником, но долгое время (из-за скептического отношения немцев к политическим инициативам русских коллаборационистов) пребывала в зачаточном состоянии. Наконец - уже после эвакуации бригады Каминского из Локтя в Лепель - Б. Каминскому было дозволено более активное политическое самовыражение, 17 декабря 1943 г. в газете "Голос народа" был опубликован манифест НСТПР. Увеличился приток членов, были созданы (в-основном на территории Белоруссии - за неимением иной) отделения партии. О судьбе минского отделения, и о роли которую сыграл при этом М. Бобров, и рассказывается в машинописи Сошальского.


I. Р.А. Абрамович - С.П. Мельгунову, июль 1951 г. [в архиве сохранился лишь черновик части письма, дата вписана сверху от руки]

Только на днях я, наконец, узнал тщательно скрываемый секрет. Оказывается во время своего пребывания в Минске Бобров был[?] одним из руководящих членов основанной там Группы Русских Наци и в качестве такового состоял в близких отношениях к Гестапо.
Не знаю, как Вы относитесь к подобным господам. Что касается нас, то мы уже при основании Лиги [борьбы за народную свободу], на особом заседании специально избранной комиссии в составе [В.А.] Кравченко, [А.Ф.] Керенский, [Д.Ю.] Далин, Ю.[Б.] Елагин и я, условились (и пленум Лиги это потом одобрил), что пребывание кого-либо из русских эмигрантов в составе того или иного движения во время войны само по себе не является достаточной причиной для его исключения из нашей среды, если он лично ничем предосудительным себя не запятнал, и если он не участвовал: в Гестапо, немецкой полиции, карательных или погромных отрядах и т.п., или если он не участвовал в нацистской пропаганде.
Бобров относится к последней категории. И я не думаю, чтобы такой человек имел моральное право участвовать в обще-эмигрантском центре. Между тем, судя по опыту Фюссена, Бобров будет один из В[аших] делегатов на предстоящем теперь "слете" четырех групп [в Штутгарте].
Меня нисколько не устраивает, что Б[обров] теперь левый: человек, бывший русским наци, не может быть, по нашему мнению, терпим в какой-либо российской демократической группировке или организации, тем более центральной. Я могу себе представить немца, который из фанатического наци превратился в искреннего демократа. Но я отказываюсь верить искренности русского человека, добровольно приставшего к нацистскому движению, то есть принявшему тезис о славянах и русских как о низшей расе, подлежащей уничтожению.
Даже бывшего немецкого наци ни одна демократическая германская партия не выставит своим представителем в общенациональный орган. А тут г. Бобров окажется одним из восьми, которым вверяется руководство российской демократией.
Я и мои друзья будут считать это величайшим скандалом, и мы будем вынуждены поднять против этого публичный протест. Вот потому я и пишу Вам, как лидеру группы, носящей Ваше имя. Уберите, пож[алуйста], этого господина из круга тех, кто будет участвовать в создании национального центра, [приписка: так же] тихо и незаметно, как Вы убрали [С.Л.] Войцеховского. Я думаю, Вы этим окажете большую услугу нашему общему делу.
Вы, конечно, знаете что мы возражаем и против всего НТС [приписка над абзацем: как полит. течения]. Но там речь идет о целой группе. В случае Боброва мы не возражаем против Вашей группы, но считаем компрометацией для Вас и для нас всех выдвигать такого человека на ответственный общественный пост.
Collapse )