?

Log in

No account? Create an account
Игорь Петров

12.10.2020

12.10.2020
10:27

[Link]

допросы генерала туркула (9)
Допрос первый.
Допрос второй, часть 1
Допрос второй, часть 2
Допрос третий.
Допрос четвертый.
Допрос пятый.
Допрос шестой.
Допрос седьмой, часть 1
Допрос седьмой, часть 2
Допрос восьмой, часть 1
Допрос восьмой, часть 2



Допрос девятый.
30 сентября 1946 г., первая половина дня

Д: Поразмыслив, вы обнаружили что-то, что хотели бы нам рассказать?
Т: Мне пришла в голову одна мысль. Про ИРУ. Возможно - немыслимая вещь для меня, но возможно, он не полностью работал на большевиков, а имел информатора, который работал на них. Я много думал. Мне кажется совершенно немыслимым, что ИРА - стопроцентный большевик. Когда вы сказали мне, что он не участвовал в гражданской войне, я счел это совершенно немыслимым. Когда мы говорили о гражданской войне, мы говорили о боях так, что было ясно: он в них участвовал.
Д: Но он так и остался корнетом.
Т: В этом-то и дело. В нашей гвардии.
Д: Эта мысль как-то подтверждает вашу?
Т: Нет. Это только предположение.
Д: В последнее время мы провели несколько интереснейших бесед с ИРОЙ. Он сознался очень во многом.
Т: Это самый лучший подход. Если бы я мог поговорить с ним, он признал бы еще больше.
Д: Начнем с не очень важных вещей. Во-первых, он сознался, что никогда не служил в синем полку.
Т: Интересно.
Д: Знаете, сам ИРА, когда ему нечего сказать, говорит: "Очень интересно". Так что его фотографии в гвардейской униформе - постановка.
Т: Я видел фотографию с его крестной.
Д: Он также сознался в том, что не получил в Праге диплом юриста.
Т: Как... но он же был юристом?
Д: Он также сознался, что никогда не был адвокатом в Мукачево, он был...
Т: Делопроизводителем?
Д: Откуда вы знаете?
Т: Он должен был, он работал в этой сфере. Он мне много рассказывал о судебных делах.
Д: Вы знали об этих фактах или подозревали о них?
Т: Нет, узнал от вас.
Д: А до этого?
Т: Нет, никогда.
Д: Итак, ИРА все время морочил своему генералу голову насчет этого?
Т: Все время. Не только мне, всем. Я знаю многих людей...
Д: Но ведь довольно легко выяснить, был ли некто офицером в гвардейском полку, получил ли он диплом, работал ли он адвокатом.
Т: Я никогда не служил в гвардии и не был кавалеристом. Но офицеры-кавалеристы признавали его корнетом, никто не усомнился.
Д: То же справедливо и относительно адвокатской карьеры.
Т: Очень трудно обвести вокруг пальца офицеров-кавалеристов. Их очень немного.
Д: Но что насчет адвокатской карьеры? Вы никогда не пробовали выяснить, правда это или нет?
Т: Я слышал от людей из Чехословакии, что он - юрист.
Д: В 1938 или в начале 1939 года, когда ИРА присоединился к Вашей организации и сразу занял в ней ответственный пост, вы не проверяли его послужной список?
Т: Я никогда не слышал об ИРЕ ничего плохого.
Д: Но вы не только приняли его в организацию, вы дали ему весьма конфиденциальную должность.
Т: На тот момент в Мукачево почти не было русских. Это ведь не Париж.
Д: ИРА - изрядный актер, не так ли?
Т: Сейчас я понимаю, что это так. Он определенно привирал.
Д: Сейчас мы знаем, что появляясь на публике, корнет выказывал крайнее почтение перед своим генералом. Но если они, как им казалось, оставались одни, отношения были совсем другими.
Т: Это неправда.
Read more...Collapse )

Tags: , ,

6 comments | Leave a comment

TimeEvent
16:52

[Link]

допросы лонгина иры (5)
Допрос первый
Допрос второй
Допрос третий
Допрос четвертый



Допрос пятый.
30 сентября 1946 г., вторая половина дня

Read more...Collapse )Д.: Причина вашего пребывания здесь заключается в том, что мы, в наших собственных интересах, хотим достичь ясности в самом первом вопросе, который мы задали, когда вы прибыли сюда: расскажите нам правду о донесениях Макса и Морица. Как только мы ее установим, наша заинтересованность пропадет.
ИРА: Так я и думал, но вы - англичане, и у вас собственные интересы. Но сейчас я должен сказать, что никогда в своей жизни я не был ничьим агентом до 1940 года, пока КЛАТТ не попросил моей помощи в борьбе против коммунизма.
Д.: И вы предоставили КЛАТТУ эту помощь? А до 1940 года не были ничьим агентом?
ИРА: Нет. Я и с иностранцами-то никогда не разговаривал.
Д.: Хорошо, так что же произошло после встречи с КЛАТТОМ?
ИРА: От КЛАТТА я узнал, что Германии требуется помощь против Советов. Я спросил, что им нужно, на тот момент они интересовались лишь военной авиацией. Затем последовала беседа с МАРОНЬЯ[-РЕДВИЦЕМ], как я вам рассказывал. Немало русских работали на немецкие службы в качестве переводчиков и пр. Я довольно рано осознал, что в момент, когда немцы соберутся напасть на Советскую Россию, им понадобится буквально каждый белоэмигрант, который предоставит себя в их распоряжение. Но затем я увидел их секретный приказ - который, я предполагаю, вы захватили - о том, что белоэмигранты не должны приниматься на службу в немецкую армию. Я подумал, что дело тут нечисто. Люди РОЗЕНБЕРГА совершали в России преступления, мол, русские - недочеловеки и тому подобное. Некоторые немцы, высокопоставленные, обратились к видным белоэмигрантам, чтобы обсудить возможности сотрудничества. Лица, впоследствии отобранные немцами, были довольно одиозными людьми, которые в наших глазах гроша ломаного не стоили. Вот ЖЕРЕБКОВ, они сделали его главой русских эмигрантов в Париже.
Д.: Но что вы хотите этим сказать?
ИРА: Что при таком отношении немцев моя антисоветская деятельность смещалась в сторону антирусской. И потом началась война. Один мудрый человек посоветовал мне, что если я хочу служить идее антикоммунизма, мне надо прочитать их книги, книги Троцкого и так далее. Я прочитал книгу о последней мировой войне, в которой было рассказано, что Троцкий и Ленин объединились с немцами против русских интересов. И мне показалось, что я оказываюсь в том же положении.
Д.: Но все это не объясняет, почему вы много лет продавали немцам донесения Макса, которые были совершенно точными. Вы можете смеяться!
ИРА: Это алогично. Зачем НКВД будет давать мне донесения, которые нанесут ущерб русским войскам?
Д.: Нет, мы не алогичны. НКВД посылал вам эти донесения. Мы дословно знаем каждое отдельное донесение, которое вы передали немцам, и донесения Макса, и донесения Морица. Если мне захочется, я могу их все завтра перед вами разложить.
ИРА: Хорошо. Это то, чего бы я хотел.
Д.: И мы уже говорили вам: если вы хотите нас убедить, что каждое донесение было сфабриковано в вашей голове, позвольте нам сообщить, что либо вы полный идиот, полагающий, что мы на это клюнем...
ИРА: Идиот? Это вопрос философский...
Д.: Вовсе нет, мы знаем, что донесения Макса были верны.
ИРА: Когда вы говорите "верны", вы имеете в виду правдивы?
Д.: Да, почти все. 90%. А ведь вы не пророк и не ясновидящий. Единственное лицо, которое знает, что планируется в определенном месте, это лицо, которое там находится. И у этих лиц там есть своя причина посылать материал вам. Причина - что вы можете укрепить свои позиции в глазах немцев и как агент будете у них на хорошем счету. Поэтому вам и давали эти донесения - вот что мы хотим знать. У нас нет сомнений, что все так и было. Мы хотим узнать лишь технические детали. Мы хотим установить, как вы получали эти донесения и как передавали их немцам.
Read more...Collapse )Д.: Как вы думаете, какой отчет мы можем представить Военному Министерству о деятельности организации ТУРКУЛА во время войны, если нас спросят, работала она на немцев или нет?
ИРА: Я шесть лет работал для России в постоянной опасности быть повешенным абвером, но может наступить день, когда в России меня признают национальным героем.
Д.: Какая часть вашей работы помогла хоть кому-то, если исключить немецкое верховное командование?
ИРА: Она помогла России и Англии.
Д.: Покамест мы не заметили выгоды.
ИРА: Да. Смысл от вас ускользает. Я предоставлял немцам ложные донесения.
Д.: Но немцев так просто не провести.
ИРА: Я не знаю, что они делали с донесениями. Я никогда не имел дело напрямую с ОКВ.
Д.: Немцы смеялись над донесениями Морица, но не над донесениями Макса.
ИРА: Почему же они тогда не отказались от них?
Д.: Донесения Морица были настолько плохи, что если бы донесения Макса не были настолько хороши, вы бы ощутили, как плохи первые.
ИРА: Но ничья реакция не доходила до меня, ни от кого.
Д.: Однако вы прекрасно знали, что донесения Макса правдивы.
ИРА: Нет, нет. Я никогда этого не знал. Я могу доказать, что они возникали в одной и той же голове.
Д.: Хорошо, сойдемся на том, что они возникали в одной и той же голове, но не в вашей.
ИРА: Я докажу вам, что они возникали в одной и той же голове и посмотрим тогда, кто будет смеяться - вы или я. Однажды я попытался в течение шести недель не предоставлять донесения Морица, но пришел запрос из Берлина через КЛАТТА: "Почему нет донесений Морица?" Они не могли быть настолько плохи, если немцы так настойчиво их требовали. Я повторю еще раз: не знаю, что делали с донесениями КЛАТТ и МАРОНЬЯ[-РЕДВИЦ]. Однажды они обратились ко мне, желая выяснить, что случилось с британской 41 дивизией. Я не знал, что ответить и установил раз и навсегда, что не буду принимать никаких запросов.
Д.: Я знаю о вашем отказе принимать запросы, но есть и иная причина.
ИРА: Многие говорили мне... например, КЛАТТ давал мне опросный лист, но... я обычно обдумывал все в то время когда был один, без компании.
Д.: Как бы то ни было, до сего момента вы не лишились головы.
ИРА: Нет, слава Богу.
Д.: Вы помните случай, когда в донесении Макса сообщалось, что в ходе бомбардировки нефтеперерабатывающий завод в Майкопе загорелся и все еще горит в момент отправки донесения?
ИРА: Да, помню.
Д.: Вы не думали, что возможно какой-то немецкий самолет может направиться туда и посмотреть, продолжается ли пожар?
ИРА: Я считал минуты, ожидая реакции на это. Во-первых, я сделал это потому что знал, что это место обязательно заинтересует немцев. Это недалеко от места моего рождения. Во-вторых, я сказал себе, что они должны атаковать нефтеперерабатывающий завод с воздуха.
Д.: Но знали ли вы, что они атакуют его именно в этот день?
ИРА: Нет.
Д.: Итак, вы могли биться об заклад, что ваше донесение ложно и это может быть обнаружено.
ИРА: Да, но это ведь верно и для любого схожего донесения. Потому-то все это время я ставил на кон свою голову, ведь возможность [разоблачения] существовала для каждого отдельного донесения.
Д.: Но ведь вы рисковали не только собственной головой, но и головой ТУРКУЛА, его семьи и всех членов организации.
ИРА: Да, это мой великий грех.
Д.: И что же это за белоэмигрантская лояльность и энтузиазм?
ИРА: Но ведь мы побратимы тех в России, кто работает против Советов в концлагерях. Мы тоже должны рисковать своими жизнями.
Д.: Вас удивит, если вы услышите, что на нефтеперерабатывающем заводе в Майкопе действительно был пожар?
ИРА: Да. Но не это важно для меня. Конечно, были случаи, когда донесения можно было проверить и они оказывались верными. Но мое главное удовлетворение проистекает из факта, что я остался невредим и поэтому большая часть донесений, которые я схожим образом придумал и которые не могли быть верны, никогда не были проверены и их ложность не была установлена. Это большая служба, которую я сумел сослужить русским людям.
Д.: Итак, вы каждый день ставили на кон жизни ваших друзей-белоэмигрантов и в течение четырех лет выиграли все партии?
ИРА: Нет. Но в России это могло стоить миллионы жизней, а за рубежом лишь единицы.
Д.: Возможно, мы скоро вернемся, чтобы послушать еще ваших сказок. Или возможно это будут не сказки?
ИРА: Вы думаете, я запуган и рассказываю сказки? Но я-то знаю!

Tags: ,

8 comments | Leave a comment

Previous Day 12.10.2020
[Archive]
Next Day
My Website Powered by LiveJournal.com