Игорь Петров (labas) wrote,
Игорь Петров
labas

Category:

нахальство города берет (2)

начало
Узнать имя респондента показалось мне задачей несложной - вряд ли немцам сдавалось так много контрразведчиков с Балтфлота в чине капитана. Оказалось, что действительно немного: я не нашел ни одного. Тогда я зашел с другой стороны: послевоенное пленение американцами и допросы в Оберурзеле, тут мне сразу сопутствовала удача:
в октябре 1945 г. военнопленных русских перевели в следственный лагерь Оберурзель, где представитель Военного министерства (или службы контрразведки США) г-н Сандерс дал им возможность письменно изложить свои познания о Советском Союзе. Тем самым генерал-лейтенант Жиленков смог написать то, что он знал о партии, генерал-майор Малышкин и полковники написали о сухопутных войсках, капитан Лапин — о внутренних войсках, капитан Денисов — о военно-морском флоте. (И.Хоффманн "Власов против Сталина")

Наиболее ценные сведения сообщил американцам В.А.Денисов, охарактеризовавший ряд советских военно-морских баз во Владивостоке, Мурманске и Архангельске. (Кирилл Александров "Армия генерала Власова")

Быстро нашлось и несколько версий биографии авторства того же К.Александрова. Ранняя (1996):
ДЕНИСОВ Вадим Андреевич. Капитан Красной Армии. Служил в разведотделе штаба Северного флота. В 1941 г. попал в плен к финнам, сотрудничал с финской разведкой и со службой «Цеппелин» VI-го Управления РСХА. С марта 1945 г. - в Разведотделе штаба ВС КОНР. Капитан ВС КОНР. В апреле 1945 г. под Мюнхеном пленен американцами. 6 мая 1945 г. помещен в лагерь Аугсбург, в августе 1945 г.- в Секкенхайм, а с октября 1945 г. находился в лагере УСС Оберуссель. 28 апреля 1946 г. бежал из лагеря. Дальнейшая судьба неизвестна.

и чуть более поздняя (2003):
Денисов Вадим Андреевич — старшина военно-морского флота СССР, капитан Вооруженных сил КОНР. Род. 10/23 марта 1917 г. в селе Устьвага Шенкурского уезда Архангельской губернии. Из крестьян, сын крестьянского учителя, члена партии эсеров. Окончил школу и Архангельский морской техникум, ходил в загранрейсы. По гражданской специальности — механик. Беспартийный. Мобилизован 19 июля 1941 г. и направлен старшим машинистом на Северный флот. 12 ноября 1941 г. осужден военным трибуналом Северного флота за «организацию пьянки и антисоветские разговоры» на 8 лет лагерей с отсрочкой исполнения приговора до окончания войны. 26 ноября 1941 г. направлен в 14-ю армию. В начале 1942 г. служил в штрафной части под Мурманском в составе 135-го стрелкового полка. 31 марта 1942 г. из боевого охранения перебежал к противнику. В мае военным трибуналом 23-го Ура заочно осужден к смертной казни, однако в июне ВК ВС СССР отменила приговор за недоказанностью состава преступления. В СССР считался пропавшим без вести. На стороне противника сотрудничал с финской разведкой, принимал участие в агентурно-политических мероприятиях «Цеппелин» проводившихся VI Имперским Главным управлением безопасности. В начале 1945 г. поступил на службу в ВС КОНР, аттестован как капитан. С марта 1945 г. — в разведотделе штаба ВС КОНР. В апреле 1945 г. под Мюнхеном пленен американцами и 6 мая доставлен в лагерь Аугсбург. Содержался вместе с генерал-майором В.Ф. Малышкиным и другими власовскими офицерами в лагере Секкенхайм и в лагере УСС Оберрусель. 28 апреля 1946 г. из Оберруселя бежал. Насильственной репатриации избежал и остался на Западе. Дальнейшая судьба не установлена.

После чтения второй версии становится ясно, почему мне не удалось найти следов Денисова в контрразведке Балтфлота: он в ней и не служил, начало интервью является таким образом выдумкой. Что, конечно, ставит под вопрос и рассказы о подвигах в советском тылу. Можно предположить, что в качестве капитана и контрразведчика Денисов рассчитывал сделать в плену лучшую карьеру, чем в качестве простого солдата. И его расчет оправдался, даже во власовскую армию он вступил в звании, которое присвоил себе сам.

Документы ОБД Мемориал рассказывают нам, что
1. кр-ц Денисов Вадим Андреевич, стрелок 3 с.р., род. в 1916 г. в с. Усть-Вага Архангельской области убит в бою в м. Тунтури 31.03.1942 г.
2. То же, но "убит" перечеркнуто, от руки вписано "пропал без вести".
3. В списке военнослужащих, осужденных Военным трибуналом 23 УР к высшей мере наказания... приговоры на которых приведены в исполнение Денисов В.А. значится как приговоренный 15-18.05.42 к расстрелу.

Но 4.:
МИНИСТЕРСТВО ОБОРОНЫ СОЮЗА СССР, начальнику отдела по персональному учету потерь сержантов и солдат Советской Армии:

25 ноября 1957 г. Вами направлено в наш адрес заявление гражданина Денисова Вячеслава Андреевича, разыскивающего своего брата Денисова Вадима Андреевича.
В Вашем письме указывается, что Денисов Вадим Андреевич значится осужденным военным трибуналом 23-го укрепрайона 18 мая 1942 г. к высшей мере наказания и приговор приведен в исполнение.
Эти данные о судьбе Денисова В.А. не вполне соответствуют действительности.
Из материалов уголовного дела на Денисова В.А. видно, что он действительно 15-18 мая 1942 года был заочно осужден военным трибуналом 23-го укрепрайона к высшей мере наказания, однако Военной Коллегией Верховного Суда СССР 30 июля 1942 года этот приговор отменен и дело производством прекращено за недоказанностью обвинения.
Данных о том, что Денисов был расстрелян согласно указанному выше приговору военного трибунала в материалах дела не имеется...
Председатель Военного Трибунала северного военного округа Абрамычев, 10 января 1958 г.

В книге П.Стефановского "Развороты судьбы" рассказывается о той самой школе абвера под Ревелем, о которой вспоминал Денисов. Более того, Денисов фигурирует в тексте! Правда, его там зовут Михаил, но другие детали (Архангельск, обучение в техникуме) совпадают. И, рискну утверждать, совпадает и психологический портрет:
Определили нас действительно в одну из разведшкол, которая находилась примерно в 20—25 километров от Таллина-Ревеля, в бывшем поместье какого-то русского графа или князя. Местечко это называлось Кейла-Иоа...
За полчаса до построения меня нашел мой напарник по Ладоге Володя и рассказал, что в школе старый курсант, уже побывавший на каком-то задании-проверке, Михаил Денисов, по кличке Дубравин, подыскивает людей в какую-то особую разведывательно-диверсионную группу. Нужны ему двое хороших радистов, шофер и кочегар (по довоенной специальности). Радистами он хотел бы взять нас — как хороших, надежных и прошедших уже определенную проверку.
На следующий день после обеда, в так называемый час сна, мы встретились с Денисовым-Дубравиным, и он посвятил нас в задуманную им разведывательно-диверсионную операцию, которую должна выполнить возглавляемая им «особая» группа. До войны Денисов окончил энергетический техникум в Архангельске, работал энергетиком на ТЭЦ, которая дает энергию на многие заводы Архангельской области, и в том числе на завод, изготавливающий подводные лодки для Северного военно-морского флота. Идея Денисова состояла в том, чтобы, устроившись работать на ТЭЦ вместе с кочегаром из этой «особой» группы, вывести ТЭЦ из строя всерьез и надолго. Эту идею он изложил в своей докладной на имя фрегатен-капитана Целлариуса, который одобрил ее и разрешил подбирать людей из курсантов школы...

И Денисов предложил мне войти в его диверсионную группу, которая должна была вывести из строя ТЭЦ, остановить производство подводного флота и ремонт неисправных подводных лодок. Заманчивая задача для немецкой разведки! Но... насколько она выполнима? Этот вопрос я задал Денисову.
— Вот это уже деловой разговор! — ответил он. — Это уже не болтовня пустая, а серьезное обсуждение вопроса. Это мне нравится. А то некоторые, еще совершенно не представляя себе серьезности задачи, говорят: «Давай, Миша, забирай меня отсюда!» Я понимаю, что многие уже хотят что-то делать, а не петь этот надоевший всем гимн о героическом «Варяге».
— Ты знаешь, Михаил, твое предложение не простое, оно и заманчивое, но и трудно выполнимое, опасное. Надо нам с Вовкой подумать, посоветоваться.
— И опять хорошо! Не с бухты-барахты, а подумать! Я только вот что еще хочу сказать: в докладной я не только изложил шефу довольно подробно все, но и сразу поставил вопрос о том, чтобы наша группа была изолирована от общего состава, пока хоть отдельной комнатой, и никаких занятий по расписанию нам не надо. Мы будем обдумывать варианты нашей легенды. Целлариус не только согласился с этим, а даже похвалил за предосторожность и определенную секретность. Договариваемся так: думайте, советуйтесь 24 часа, а завтра, в это же время встречаемся и решаем! Есть только просьба — никому ничего не рассказывать!

Оставшись с Вовкой вдвоем, поразмыслив и обдумав, решили — даем согласие, а дальше будет видно, что делать. Во всяком случае, переброска через линию фронта обеспечена, а уж когда приземлимся на родную землю, сразу решим, что делать — в зависимости, конечно, от места приземления и всей окружающей обстановки. Особенно важно, чтобы в ближайшем населенном пункте был телефон.
Через несколько дней нам было предоставлено другое местожительство. В стороне от главного здания — усадьбы находился небольшой одноэтажный домик, в котором когда-то, вероятно, жила прислуга. До революции усадьба-дворец принадлежала важному сановнику. В этом маленьком домике было три комнаты и кухня с настоящей русской печью. Кухня пустовала, а в комнатах стояли застеленные кровати. Скорее всего, этот домик служил гостиницей. Пока же его заняли мы — пять человек «особой» группы: Михаил Денисов-Дубравин, Владимир Фомин-Борисов, Петр Борин-Морозов, Алексей Федоров-Абрамов и я...

Несколько дней мы все, кроме Денисова, перечерчивали карту Архангельска по несколько раз в день, так что могли по памяти ее воспроизвести со всеми достопримечательностями, кроме дальних мелких улиц и переулков. Мы изучили Архангельск, как будто мы родились там и жили всю жизнь, разгуливая каждый день по его улицам. Кроме самого города, вычерчивали его окрестности: Соломбалу, Цигломень, Исакогорку, Бакарицу и др.
Денисов в школе был на особом счету, имел справку-папир о разрешении быть в Таллине ежедневно, и он эту возможность использовал на все сто. Остальные курсанты увольнительные получали два раза в месяц, иногда и один раз, а так как в любых организациях всегда есть нарушители, то постоянно были и взыскания...

Нашу группу перевезли в другую школу, которая размещалась в бывшей помещичьей усадьбе «Гумна-Мыза» также не далеко от Таллина... Наш «фюрер» Денисов, как мы его в шутку называли между собой, частенько оказывался в самоволке и получал взыскания.
Вероятно, поэтому или по определенному плану обучения нашу группу через месяц перебросили совсем в другую школу, примерно в 60-ти километрах от Таллина на восток, недалеко от небольшого городка Раквере, в глухой лесистой местности в небольшой деревушке Вихула, опять в старинной помещичьей усадьбе.
Основное командование осуществлял фельдфебель... Раньше фельдфебель служил в Берлине, в особом отделе гестапо, в чине обер-фельдфебеля «СС», но чем-то очень не угодил начальству и был отчислен из войск «СС» с переводом в чине общеармейского фельдфебеля в структуру Абвера... Наш «фюрер» Денисов с фельдфебелем не очень ладил, хотя и пытался доказать ему, что наша группа «особая» и что мы должны заниматься своим заданием самостоятельно. Фельдфебель от таких заявлений «русиш швайн» (русская свинья) становился еще злее, и наш «фюрер» невольно становился тихим рядовым...

В начале апреля 1943 года нашу группу направили в Таллин... Грандт выдал нам удостоверения-увольнительные с правом отлучаться по деловым и личным вопросам до 23.00, предупредив, что лучше увольнением не увлекаться, обо всех знакомствах докладывать письменно унтер-офицеру Вальтеру, который каждый день будет приходить в девять, а уходить по его усмотрению. Всех нас переодели в новую французскую униформу, и мы начали новую жизнь — активную подготовку к возможному заданию.

Наш «фюрер» Денисов, имея уже несколько знакомств в городе, после ухода Грандта и Вальтера сразу же улетучился. Оставшись вчетвером, мы начали обмениваться разными мнениями, особенно о поведении Денисова. Нам уже было известно, что он очень любит выпить, погулять с бабами и что деньги у него не от нашего жалованья, довольно скромного, а от каких-то темных делишек с казенными вещами, которые он неизвестно где достает и, естественно, продает. Два дня «фюрер» наш приходил почти в одиннадцать, и оба раза навеселе.

На третий день он ночевать не пришел вообще. Мы, посоветовавшись, решили с ним резко поговорить или доложить Вальтеру. Но ни говорить с ним, ни докладывать Вальтеру нам не пришлось. В середине следующего дня к нам приехал сам Целлариус и, усадив нас за столы в классе, а сам усевшись за стол преподавателя, повел такой разговор:
— Ваша группа уже несколько месяцев работает самостоятельно, готовясь к выполнению определенного задания. Скажите мне откровенно свое мнение об этом задании. Считаете ли вы его реально выполнимым? Способны ли вы его осуществить? Или оно вам видится туманным и неопределенным? Как каждый из вас видит себя в действии при его выполнении?
— Откровенно говоря, — начал Петя Борин-Морозов, — в голове больше тумана, чем ясного представления, что и как делать. И потом, ведь главным и основным исполнителем плана является Денисов. Это его идея. И он единственный исполнитель, повторяю — единственный! А если с ним что-нибудь случится — ну мало ли что может произойти? Ведь предусмотреть все невозможно. Что мы без него? Пустое место. Поэтому вся операция зависит от одного-единственного человека, а значит, она очень сомнительна. И еще, сам главный исполнитель очень сомнителен. Вот он сегодня не ночевал...

— О нем поговорим отдельно. Чуть позже, — перебил Петра Целлариус. — Вы все согласны с рассуждениями Петра? — обратился он к нам.
— Да! — ответили мы хором.
— Это хорошо! Люди, мнения которых совпадают, называются единомышленниками. Теперь о вашем Денисове. Я уже имел сведения о его недостойном поведении и о поступках, за которые надлежит строго наказывать. Вчера военная комендатура застала его за неблаговидным занятием — он пытался продать казенные военные вещи. Откуда они у него? Будущее покажет. Во всяком случае, я отстраняю его от занятий в вашей группе.

Теперь о послевоенной судьбе Денисова. В Советский Союз он не вернулся ни легально, ни нелегально. Еще один документ Мемориала сообщает:
По данным, полученным из Комитета Государственной Безопасности по Архангельской области... от 25/VI-1957 года Денисов Вадим Андреевич, 1916 года рождения, уроженец д. Усть-Вага... является изменником Родины, невозвращенцем и по состоянию на ноябрь м-ц 1954 года проживающем в Западной Германии, работающем на американском военном строительстве.

Перу Денисова совершенно точно принадлежит рукопись "История пребывания в плену у американцев генералов Василия Федоровича Малышкина, Георгия Николаевича Жиленкова и группы офицеров штаба ВС КОНР" (ВА-МА, архив Позднякова 149/52), и почти наверняка - статья "Массовые акции КРУ и СПУ НКВД" ("Народная правда", Париж, сентябрь 1950).

Кроме того некто Вадим Денисов опубликовал в 1951 г. в мюнхенском журнале "Литературный современник" стихотворение "Противник, отходя, пустырь оставил голый..."

Неплохое стихотворение, в принципе, единственное, в чем можно упрекнуть автора, это то, что оно написано Евгением Долматовским и напечатано в 1940 г. в журнале "Знамя" и в книге "Три времени года".

Следующие данные о Денисове датируются 1960-м годом, когда в Мюнхене случился небольшой локальный викиликс. Тамошний американский резидент Мельбардис собирал информацию о местных русских эмигрантах, связанных с советской разведкой. Так как все стучали на всех, получилась практически перепись населения. Доброжелатель выкрал эти документы у Мельбардиса и послал их в советский "Комитет за возвращение на Родину", который опубликовал их отдельной брошюрой.
Для пущей систематизации Мельбардис использовал такие сокращения
A - Alcoholic
CC - Convicted Criminal
CPC - Convicted in political case
CT - Criminal Type
SP - Sexual Pervert


В брошюре мы в частности встречаем нашего старого знакомого А.Г.Каракатенко, который характеризуется как A и SP. Есть там и
Вадим Денисов, CC [вписано от руки], русский, живет в эмигрантском поселке в Людвигсфельде.

И наконец, К.Александров сообщает, что Денисов
умер в Дюссельдорфе в начале 80-х гг. Его судьбу удалось выяснить благодаря запросу в службу розыска Красного Креста в ФРГ. Правда, ответа пришлось ждать почти 7 лет.
Tags: гарвардский проект, денисов
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments