Игорь Петров (labas) wrote,
Игорь Петров
labas

Categories:

партсобрание (3)

Продолжение стенограммы (предыдущая часть).
То, что удалось выяснить об участниках прений (за любую доп. информацию буду признателен):

Якопо - Джузеппе Берти (1901-1979) — член Итальянской компартии с 1921 г. 1926-1930 гг. находился в тюрьме и в ссылке. 1930- 1931 гг. — представитель ИКП при ИККИ. 1931-1934 гг. — член ЦК, Политбюро и Секретариата ЦК ИКП в Париже. 1934-1940 гг. — член узкого руководства ИКП. В 1940 г. выехал в США для работы среди итальянской эмиграции... Избирался в парламент Италии в 1948 и в 1953 гг

Ольднер - по всей видимости, чехословацко-венгерский коммунист Геза Гольдхаммер (Кашшаи) (1894-1961).

Владимиров - будущий глава компартии Болгарии Вылко Червенков (1900-1980), в 1954-м уступил пост Живкову. Червенков возглавлял МЛШ в короткий период между увольнением Кирсановой и окончательным роспуском.

Кириакиди Павел Саввич. В сети находится упоминание, что Павел Саввич Кириакиди был в 1939 году директором московской школы № 593.

Дашевский - в картотеке Коминтерна три Дашевских. Судя по отсылке к китайскому сектору, наиболее вероятно, что это Фу Цинхуа (псевдоним: Яков Михайлович Дашевский) (1904-1970), китайский коммунист, приехавший в Москву в 1925 г. и остававшийся в ней до 1953-го, работая в университете народов Востока, генштабе РККА, ИККИ и Международной Ленинской Школе (биографию указал buchwurm)

Белкин - В картотеке Коминтерна три Белкиных. Наиболее подходящим кажется Иосиф Давидович Белкин (1894-1955), вот его некролог из "Вопросов истории":
... после продолжительной болезни на 61-м году жизни скончался профессор Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова, доктор исторических наук Иосиф Давидович Белкин, крупный специалист по истории французского рабочего движения. И. Д. Белкин прошел большой жизненный путь революционера, советского деятеля, ученого. Будучи солдатом царской армии в первую мировую войну, он вошел молодым человеком в революционное движение, в феврале 1918 г. вступил в ряды КПСС... был бойцом и политработником Красной Армии в годы гражданской войны на Украине. С 1921 по 1932 г. И. Д. Белкин работал на ответственных постах в органах ВЧК-ОГПУ... В 1932 - 1935 т. И. Д. Белкин учился в Институте красной профессуры истории, по окончании которого посвятил себя научной и преподавательской деятельности в Московском институте истории и философии, в Международной ленинской школе.

Ланда - В картотеке три женщины с такой фамилией. Вероятно, Ланда Роза Георгиевна, никакой информации о ней я не нашел.

Залман Анна Яковлевна. В книге "Владимирская областная организация КПСС, 1892-1984 годы" упоминается ее другая фамилия Кулькова, с помощью которой находится постановление от 1978 г.:
За заслуги в борьбе за становление и упрочение Советской власти, активную общественную деятельность и в связи с восьмидесятилетием со дня рождения наградить тов. Кулькову Анну Яковлевну орденом Октябрьской Революции. Председатель Президиума Верховного Совета СССР Л. БРЕЖНЕВ.

Сун Шен ? - среди сотен Сунов в коминтерновской картотеке наиболее близкие по звучанию Сунь Жень и Сунь Шань.

Генрихсон Григорий Михайлович. Кроме ФИО информации я не нашел.

Титкин Иван Фролович, в 1922 г. политрук 264 стр. полка, награжден орденом Боевого Красного Знамени. Находится диссертация 1951 г. на соискание звания кандидата ист.наук "Партия большевиков - вдохновитель и организатор разгрома Деникина", кроме того указан в авторском коллективе 4 тома "Истории гражданской войны в СССР" (1957).

Ивановых, Петровых, Фадеевых и Никитиных в картотеке слишком много, чтобы можно было идентифицировать участников собрания.


Якопо: Я слушал вчера внимательно выступление тов.Кирсановой и что меня больше всего поразило,это то,что ее речь была лишена политической основы. Она нам представила свои связи о врагами так, как будто-бы они ее обманывала и она не была их сообщницей. По ее словам выходит так,что она защищала Серебрянского упорно и до последней минуты, хотя она и чувствовала,что Серебрянский был чужой человек.Для меня совершенно не понятно, если она это действительно чувствовала,что Серебрянокий был враждебный элемент или предположим чужой человек,почему она его так долго держала на ответственном участке работы и почему она его защищала. Очевидно Серебрянокий вредил особенно по политической, по учебной линии и его враждебную линию должны были заметить люди,которые действительно стояли на линии партии.

Такая же картина с последним дедом Чугунова.С Чугуновьм тоже Кирсанова была связана несколько лет,она интересовалась внутренними делами китайской компартии, это значит,что по китайскому вопросу у нее была определенная политика и связь с Чугуновым,также как и связь с Серебрянским была не только личной связью, а политической; а сейчас мы узнаем,что этот Чугунов с кем она так долго переписывалась является троцкистом и японским шпионом. Значит эти политические связи шли в определенном направлении. Но что еще характерно,это то что Кирсанова отвечала в своей речи на второе и на третье обвинение, что это относится к делу Чугунова и Серебрянского, что касается первого обвинения, что она препятствовала в проведении в жизнь линии 7-го Конгресса КИ по партийной и учебной работе в школе,то она ничего не оказала. (Кирсанова дает реплику:"Дайте конкретные факты.")

Борьба началась с 1934г.,когда тов.Мануильский приходил не наши производственные совещания в школе и там иллюстрировал директивы Коминтерна относительно нашей работы,то он встретился с большим сопротивлением со стороны Серебрянского, Будвинского и со стороны самой Кираановой. И после VII-го Конгресса не смотря на совершенно ясные указания тов. Димитрова это сопротивление продолжалось и можно привести по этому поводу ряд и ряд фактов. Это значит,что у Кирсановой была политическая линия, но эта линия не была линией партии и Коминтерна. Дело Серебрянского и Чугунова являются очень серьезными сами по себе, но если к этому добавить ее сопротивление линии партии и КИ, то выводы которые мы должны сделать будут еще более серьезными. Естественно мы можем думать,что кадры, которые привлекались в школу, они привлекались не случайно.

Серебрянский, Суница - явные троцкисты, а его представили как сумашедшего. Уразов.Секерская, Будвинский и много других, с которыми пришлось вести борьбу.И сейчас товарищи вопрос стоит в ответственности каждого из нас, что каждый из нас сделал для того,чтобы предупредить партию и КИ. Что у нас дела в Школе были далеко не благополучны и может быть даже были между нами такие, которые это чувствовали но не сказали, а может быть говорили, но не сумела доказать и достаточно не боролись.Теперь относительно нашей партийной организации - всего парткома и тов.Титкина, чувствовали ли она и лично тов.Титкин, что у нас создалось такое положение?

Ходил ли он в РК или в ЦК в говорил ли он там об этом или нет? Если нет, то его вина большая и мы не можем ставить только так вопрос как стоит в резолюции, но нужно ставить вопрос о партийной ответственности тов.Титкина. Относительно Кирсановой, безусловно резолюция парткома об ее исключении из партии правильна.

Ольднер: Выступление тов. Кирсановой на вчерашнем партсобрании абсолютно неудовлетворительно. По трем причинам. Во-первых, потому что это была оправдательная речь, а не обвинительная речь против самое себя, к чему тяжелые отягчающие факты против Кирсановой давали более, чем достаточно повода. Во-вторых, потому что она не дала политического анализа и политической квалификации своих преступлений. И в-третьих, потому что она говорила не по всем важном вопросам, вследствие которых она была снята секретариатом Коминтерна со своего поста директора.

Секретариат Коминтерна принял решение о снятия Кирсановой с поста директора ЛШ на основе трех в высшей степени серьезных констатаций: во-первых, что Кирсанова не обеспечила подготовку и политическое воспитание слушателей ЛШ в духе потребностей и линии Коминтерна и УП конгресса Коминтерна. Во-вторых, что под руководством Кирсановой ЛШ превратилась в сборное место врагов народа. И в-третьих, вследствие ее отношений со шпионом Чугуновым.

Я хочу оказать несколько слов по поводу этих трех вопросов.
По первому вопросу, т.е. что Кирсанова не обеспечила в ЛИ подготовку в духе Коминтерна... Кирсанова требует конкретных фактов. Ну, имеется очень много конкретных фактов. Статьи, письма в учебную часть. В сентябре 1935 г. например я написал в письме в учебную часть: "Производственная конференция в мае прошлого года должна была внести решительный поворот, особенно тов. Мануильский с большим ударением и очень отчетливо высказал там, прежде всего на заседании комиссии, на что должна ориентироваться вся работа в такой специальной школе, какой является ЛШ. Надо наконец после VII конгресса от дискуссий и больших или меньших улучшений перейти к делу в духе этого конгресса".
В ноябре 1935 г. были переданы в учебную часть дальнейшие "Замечания о перестройке работы". Затем вспыхнула борьба из-за "докладной записки", которую руководство Школы передало Секретариату Коминтерна. Были предложены дополнения и изменении, при этом имели место большие дискуссии, и здесь также проявился метод Кирсановой. На одном совещании школьного актива по вопросу о докладной записке против товарищей, критиковавших Кирсанову, выступил некий Турковский. Кирсанова тотчас же взяла слово, приветствовала в длинной речи Турковского, что наконец он становится активным, предложила ему отныне принимать активное участие в работе школы и т.д. На том же совещании он был немедленно предложен и избран в редакционную комиссию докладной записки. С тех пор и вообще Турковский очень активизировался. Предложение Кирсановой было не напрасным.Но этот Турковский сидит сегодня в тюрьме как враг народа...
Я хочу привести несколько примеров, чтобы показать методы и приемы работы Кирсановой:
В Секторе "Н" мы обсуждали 27 апреля 1937 г. итоги учебного года. Вов студенты очень резко критиковали преподавателя Лусенко и констатировали, что он не знает решений VII конгресса Коминтерна, что он не разбирается в вопросах единого и народного Фронта - преподаватель ленинизма! - и т.д. Я составил по этому поводу письменный доклад и дал копию Кирсановой. Что последовало после зтого? Речь идет о том же Лусенко, который был привлечен к ответственности парткомом за распространение среди студентов контрреволюционных анекдотов. Я присутствовал на этом заседании партийной комиссии и поставил между прочим вопрос: От кого Лусенко слышал эти анекдоты? Мне казалось правильным узнать источник. На мой вопрос Кирсанова подала следующую реплику: "От кого же, конечно от контрреволюционеров!" И этим вопрос был урегулирован...

Лишь несколько слов по второму вопросу, поставленному в решении Секретариата Коминтерна, т.е. что школа превратилась в сборное место врагов народа. Конечно, поскольку руководство школы имело такую установку по принципиальным вопросам Коминтерна и его секций, постольку оно опиралось на таких людей, которые были заинтересованы в том, чтобы повредить Коминтерну. При этом недостаточно сказать, что пятьдесят процентов преподавателей проявили себя как враги или в лучшем случае должны были быть исключены. Недостаточно тоже констатировать, что около двадцати обнаружили себя как враги. Надо вопрос поставить и несколько иначе. А именно так: Кто были эти люди? Какие посты занимали они в школе? Это не были какие-нибудь второстепенные люди, а это было непосредственное окружение директора на руководящих постах: Серебрянский, Суница, Сегаль, Будзянский, Рейевич и т.д., имеется длинный список.

И вопрос стоит не так, что было недостаточно сигналов. Их было более, чем достаточно. Я приведу лишь следующие примеры: Разве не было известно, что Серебрянский молчал, когда был убит наш товарищ Киров? Да, это знали. Был поставлен вопрос о пересмотре книги Серебрянского? Да, он был поставлен. Было известно, что Серебрянский рассказывает контрреволюционные анекдоты? Было известно. Или возьмем Сегаля. Факт это или нет, что как только в порядке дня стояли вопросы борьбы против троцкизма, Сегаль сейчас же заболевал? Факт это или нет, что Сегалю, в связи с борьбой против троцкизма, было поручено сделать серию докладов перед школьным активом об истории ВКП(б)? Но он каждый раз заболевал, как только наступал день доклада; и в заключение он не сделал ни одного доклада, и доклады должен был сделать вместо него тов. Титкин.
Кирсанова же не только опиралась на этих людей, но и боролась за них. И они всегда были правы, а товарищи, которые критиковали Кирсанову, были всегда неправы...

Ну, теперь несколько слов по третьему вопросу. Дружеские отношения Кирсановой с организатором шпионов Чугуновым являются конечно ее самым тяжелым преступлением. И она защищала его еще и после того, как решение партии о строгом выговоре и т.д. должны были бы явиться предостережением. Это неверно, что Кирсанова не знала, что это означает. В школе мы каждый день объясняли студентам, что такое бдительность, и Кирсанова тоже очень хорошо знала, что если она борется против тов. Ван Мина, то это есть борьба против Коминтерна и против коммунистической партии Китая...

Тов. Мануильский говорил здесь о том, что Коминтерн опоздал в деле Кирсановой. Я должен сказать по этому поводу, что отдел, с котором я работаю в Коминтерне, несет за это большую ответственность. Мы не представили в распоряжение секретариата Коминтерна своевременно достаточно материала, хотя в первую очередь это было задачей как раз нашего отдела, чтобы на этой основе секретариат мог бы своевременно, без запозданий принять меры. Надо сказать, что мы повинны в этом.

В заключение, теперь надо основательно навести порядок. Секретариат не только принял постановление, но и принял конкретные меры. Он назначил такую авторитетную комиссию, как т.т. Мануильский, Москвин и Флорин, что является гарантией того, что теперь будет наведен порядок и что Ленинская Школа превратится наконец в такую школу, какая нужна Коминтерну и его секциям.

Владимиров: Товарищи, я хочу указать прежде всего на свою ответственность во воем деле Кирсановой. Я являюсь членом парткома и заместителем секретаря Парткома.
Вы слышали вчера доклад тов.Титкина. Речь идет о том, что наша школа, благодаря покрытию врагов народа со стороны Кирсановой, была засорена чуждыми элементами, врагами народа, что наша школа оказалась гнездом этих врагов. Таково было заявление т.Мануильского на заседании партийного комитета . Это основное обвинение против руководства Школы. Я думал, что простой перечень фактов, о которых говорил т.Титкин в докладе, подтверждает это.

Где был партийный комитет? Сумел ли наш партийный комитет взвесить факты, которое изобличали Кирсанову как человека, которому больше доверять нельзя и которого надо устранить из Школы? Сумел ли наш партийный комитет поставить так дело, развернуть так критику в нашей организаций, чтобы мобилизовать всю нашу партийную организацию вот на это дело? Нет, не сумел. Это надо сказать откровенно: не сумел.

Поэтому я был неправ на заседании партийного комитета, когда я заявлял, что партийный комитет не относился примиренчески к ошибкам Кирсановой. Был глубоко неправ.
Когда я вдумался в то, что говорил т.Мануильский, я понял, что я был неправ с этим своим заявлением. Неправ я был также, когда попытался спрятаться за так называемые директивы. Речь шла о том, что будто бы была директива сверху, чтобы не ставить вопрос об оргвыводах по отношению к Кирсановой.

В чем правда? А правда в том, что партийный комитет не находился на необходимой большевистской высоте при решении вопроса о Кирсановой. Когда пришло сообщение об ее связи с Чугуновым , с этим злейшим врагом народа, партийный комитет не понял, что уже чаша переполнена и что Кирсановой больше доверять нельзя. Этого партийный комитет не понял. Для него этот вопрос не послужил действительным сигналом к тому, что партийного доверия к Кирсановой больше иметь нельзя. Я считаю, что это было нашей основной ошибкой, основной слабостью...

Если бы мы правильно оценивали прошлое ошибки Кирсановой, мы долины были бы, в связи с этим заявлением о связях с Чугуновым, пересмотреть весь вопрос в целом, с начала и до конца, начиная со снятия Кирсановой в 1931 г., с Суницы, Серебрянского, Сегаля и т.д. и поставить вопрос в целом. Мы так не поступили, это ясно. Почему?

Я для себя так это дело объясняю. Я скаку прямо, что авторитет Кирсановой для нас, для меня, - я буду говорить о себе лично, - не был уже таким, как он был раньше. Я не скрою, я относился с большим уважением к Кирсановой. За последний год этот авторитет может быть уже не был для меня таким, он был поколеблен. Но с точки зрения деловой, с точки зрения политической он не был разложен до конца. Поэтому получилась у меня половинчатость такая...

Я испытал на себе это неправильное отношение Кирсановой к людям, - этот метод задабривания, этот метод восхваления. Я сторонился, я держался в стороне, я боялся подходить так близко к Кирсановой. И она может сама подтвердить, что я очень редко ходил к ней, ибо я усматривал в этом непартийный подход. Я об этом говорил и на заседании партийного комитета и лично Кирсановой, но я не сделал как полагается: по-большевистски поставить этот вопрос ребром, не развернул, в связисо этим, как полагается, критику этого непартийного метода. А это был метод.

У нас не хватило большевистского мужества - поставить полностью вопрос о Кирсановой и это для меня лично очень большой урок. За эти три дня я очень многое понял. Я не могу не пересмотреть свое отношение к ряду вопросов. Речь идет о том, что были сигналы, об этом идет речь.
Разве правильно мы поступили... после решения партийного комитета о Кирсановой? Речь шла о защите Серебрянского со стороны Кирсановой. Неправильно поступали.
Разве мы правильно поступили, когда поставили вопрос о Фадеевой? Нет, неправильно поступили, потому что превратили вопрос в вопрос о Фадеевой, вместо того, чтобы превратить вопрос в вопрос о Кирсановой...
А Сегаль? Сегаль говорил, что Кирсанова советовала ему, как выступать во время чистки. А как мы отнеслись к этому вопросу? Сегаль гнилой элемент и барин, я не знаю, может быть он враг народа. О Сегале другой разговор. Он в ПК говорил, что Кирсанова его учила, как выступать во время чистки. Ухватились мы за это? Нет. Вот почему л должен был говорить об этом...

Кирсанова аппелирует к партийному собранию - оказать ей в последний раз доверие. Нет, товарищи, не выйдет, почему еще раз? Чтобы были новые Чугуновы? Нет. Нет.
Ведь говорили тут товарищи о том, что Кирсанова получила серьезное предупреждение в 1932 г.. Она этого предупреждения не поняла. Я могу доказать, что была тенденция свести все дело к тому, что Кнорин ее из Школы выжил. Была такая тенденция. Правильно это? Нет, глубоко не правильно.
Значит не поняла предупреждения, значит не оправдала этого высокого доверия. Тов. Мануильский говорил, что нет более высокого доверия, чем доверие партии. Это верно. Но верно и то, что Кирсанова этого доверия не оправдала и она не может получить последней возможности...
Нам надо всей партийной организации говорить, надо помочь, чтобы вскрыть этот корень до конца. Речь идет о том, чтобы очистить школу от кирсановщины. Ибо она нас тут всех заела. Об этом идет речь.

Кириакиди: Мне кажется, что то замечание, которое сделал товарищ, Якобо вначале, заслуживает особого внимания, - заявление о том, что вчерашнее выступление тов .Кирсановой было безусловно неполитическое выступление, непартийное выступление. Само выступление ни в какой степени не сводит концы с концами, а наоборот, у нее есть попытка замазать, прикрыть свои собственные преступные ошибки, и преступную работу, чтобы в какой бы то не было степени сохранить хотя бы малейшее доверие к себе, для того, чтобы оставаться в рядах нашей партии.

Я думаю, что тов.Владимиров очень остро поставил вопрос, что она это доверие потеряла. В самом деле, как это можно понять, как можно увязать концы с концами, когда она говорит, что Серебрянского, врага народа, она чувствовала, чти он - чужак, и чувствуя, что он чужак, оно идет в партийную организацию для того, чтобы отстаивать его в рядах партии...
Тов.Кирсанова, ведь трудновато бывает поверить, чтобы Кирсанова ездила к какому-нибудь из других работников, попробуйте найти другого работника, к которому тов.Кирсанова ездила домой. Однако, она находила возможным часто посещать, под видом обсуждения вопросов Школы, этого Серебрянского. Она старается его защищать вместо того, чтобы разоблачить этого врага. Разоблачение этого врага происходит помимо Кирсановой , хотя она и пытается сказать, что тут была известная доля ее участия. Какая же доля? А эта доля заключается в том, чтобы вводить в заблуждение органы НКВД, приходить к Ежову и передавать ему материалы, документы с положительной характеристикой.
Но товарищи, неужели этот Серебрянский не имел своих собственных ног и рук для того, чтобы самому доставить эти документы Ежову? И вдруг за это берется Кирсанова.
Она говорит, что она не ходатайствовала за него, а просто принесла документы с положительной оценкой. Нет, тут не выходит. Вы ввели органы Наркомвнудела в заблуждение, вы прикрывали врага перед органами НКВД и в частности перед Ежовым.

Вопрос о Чугунове. Вчера она всячески старалась как-то выгородить себя. В чем хотите обвиняйте меня, но я не согласна с тем, что я по существу боролась против линии китаиской коммунистической партии.
Тут логика у вас хромает в этом вопросе. Ведь она прекрасно знала, что Чугунов редактировал эту газету, пиша там свои статьи, направленные в результате против китайской коммунистической партии. Она всячески считала необходимым что делать? Поддерживать с ним переписку под видом партийной критики этого человека. Ведь она умела с некоторыми людьми рвать. Почему она не поставила перед собой вопрос: Чугунов проводит враждебную идеологию в этой газете. Как быть? Разоблачить его конкретно, порвать всякие отношения с ним и поставить ребром вопрос перед соответствующей организацией...

Оказывается, что благодаря именно отсутствию руководства со стороны Кирсановой, в школе имела хождение контрреволюционная идеология. В чем она заключается? Я не случайно поставил ем такой вопрос: Знает ли она о том, что есть перевод контрреволюционный по существу. Она говорит: Не знаю.
Но тов.Кирсанова, вы прекрасно помните дело Луценко. Когда мы выгоняли Луценко из партии, говорили о том, что Луценко ликвидировал Ленинизм и Историю Партии, что он давал преступную литературу, о Луценко разбирали вопрос месяц тому назад, а до сих пор ничего не сделали и эта литература до сих пор имеет хождение, несмотря не категорическое указание, что эту литературу студентам давать нельзя. А благодаря бесконтрольности получается такое положение, что эта литература имеет хождение.

Чтобы провести линию Коминтерна и нашей партии, нужно было ухватиться прежде всего за преподавательский состав и воспитывать преподавательский состав, за перестройку работы с преподавательским составом. Но это только было на словах... Значит, это есть саботаж, объективный или субъективный саботаж в духе перестройки работы Школы.

Дашевский: Товарищи, вчера тов. Кирсанова, говоря о Чугунове, изображала дело таким образом, что Чугунов- это человек, который боролся против руководства кит. компартии. Это совершенно неправильно. Факты показали, что Чугунов и его банда долгое время орудовали на дальнем Востоке. Они вместе с русскими троцкистами проводили по указанию японцев разведывательную контрреволюционную, шпионскую и вредительскую работу на Дальнем Востоке против партии, против страны социализма, в интересах фашизма. Таким образом Чугунов и его банда - это не только враги кит. компартии, китайского народа, но и враги ВКП/б/, советского народа и всего мирового, революционного движения.

Вчера я задал Кирсановой вопрос: Кроме связи с Чугуновым, этим японским шпионом, имела ли она еще связь с другими троцкистами, китайцами, врагами народа. Она на мои вопрос не ответила. Это понятно, потому что факты - упрямая вещь. Если бы она назвала факты, она пошла бы против себя.
Китайские товарищи знает много пактов о ее связи с контрреволюционными троцкистами...
Если говорили о засорении аппарата Школы, то я должен заявить, что китайский сектор был больше засорен врагами народа, нежели другие сектора. Я знав о таких сотрудниках нашего сектора, как троцкист Сенчюк, Мартов , Адуев, Позин, Хабаров, из преподавательского состава такие фамилии, как - Кразин, Кутюмов, Дурчик, Сегаль, Джонсон и др. Эти враги народа работали на нашем секторе. Ясно, что эти враги народа навредили нам очень много. Ясно, что тов.Кирсанова несет полную ответственность за это. Можно было привести несколько таких примеров.
Эти факты говорят о том, что случай с Чугуновым - не случайная ошибка. Эти факты указывает, что она пособничала врагам народа неслучайно, а закономерно. Тут фактов много...

Факты говорят о том, что тов.Кирсанова не оправдала доверия партии, поэтому я считаю, что абсолютно правильны выводы Секретариата ИККИ и орг.выводы партийного комитета, что она должна быть снята с работы в Ленинской Школе, что она не должна иметь места в партии, потому что она не проводила линию партии в жизнь, а наоборот, пособничая врагам народа, она шла против линии партии по существу, хотя формально считалась членом партии...

Товарищи, я думаю, что действительно перед нашей партийной организацией стоит большая задача, о которой говорил в частности тов.Владимиров. А именно - очистить нашу Школу от тех врагов, которые тов.Кирсанова насаждала в Школе. Без этого наш организм не будет здоровым. Для того, чтобы наша Школа могла выполнить свою задачу по подготовке кадров для братских партий, для коммунистического рабочего движения, наша партийная организация должна ускорить работу по очищению своих рядов.

Белкин: Товарищи, нельзя суживать тему и говорить, что в деле Кирсановой мы должны разобрать только вопрос: оставить ее в партии или нет. Если Исполком КИ говорит о том, что он запоздал, то наша организация в первую очередь должна подчеркнуть то, что мы просто проспали. Нужно было, чтобы Исполком Коминтерна подтолкнул нас, чтобы мы это дело разобрали как следует. Это вывод для всей нашей организации, что мы проспали...

Возьмем вопрос о Кирсановой. Мы только говорили относительно Серебрянского и Чугунова, а если говорить относительно Сегаля, - это разве не то же самое? Сегаль говорил, что когда он был больной, Кирсанова приезжала к нему на квартиру. Сегаль был самым приближенным человеком к Кирсановой.
Кто такой Сегаль? Сегаль - враг народа. Он говорил о том, что он Кирсановой рассказывал целый ряд случаев из своей жизни, но почему он не пришел прямо в партийный комитет и не заявил об этом...
Следовательно, здесь идет вопрос не только о двух людях, а вообще об отношениях к контрреволюционерам, к этим лицам, и здесь надо подчеркнуть, что вообще подход к этому вопросу действительно был личный. Кто льстится, к тому отношение хорошее, а у кого видит, что он не совсем тебя одобряет, отодвинет его. И конечно, это приводило к тому, что враг будет влезать, льстить, подходить ближе, чтобы быть впереди.
Здесь преступление Кирсановой не имеет никакого оправдания у нас. Это было абсолютно неполитическое выступление. С таким выступлением ставить вопрос о дальнейшем доверии партии абсолютно нельзя. Это была абсолютная защита себя, а не вскрытие того, что было в политической значимости этого.
Вытаскиваются письма 1933 года. Какое значение оня могут иметь сейчас, что было в 1933 году ? А сейчас. Все-таки связь у нее до последнего времени, связь с врагом народа, человеком, который оказался шпионом, который, как сама тов. Кирсанова говорит, имел целую антипартийную, антисоветскую, контрреволюционную агентуру и она говорит, что она думала, это какие-то интриганы подстроили...

Вы знаете мою вину в отношении провала ......... Я говорил, когда разбирали вопросы февральско-мартовского пленума,что здесь у меня было ложное отношение к сектору, что я благодаря своей вине не говорил относительно того какие обстоятельства и кто еще виноват и т.д. Вы помните, тов.Кирсанова заявила: Я говорила в ЦК, я заявила и т.д. Моя вина в том, что я не ставила вопрос о снятия Белкина. Но тов.Кирсанова не говорила относительно того, что Белкин тоже поставил вопрос...
Когда я поставил вопрос относительно того, что я прошу меня снять и говорил тов.Кирсановой, что я не справлюсь с прорывом, она говорила - будет прорыв, мы все сделаем для того, чтобы этот прорыв ликвидировать. И у нас работа была от прорыва к прорыву. А если работа таким образом разваливается, что дальше уже ехать некуда, то надо было себя прикрыть...

Значит вина моя в этом вопросе, что есть райком, а я туда не пошел. Я готов отвечать, почему я не пошел дальше, чтобы показать, насколько это руководство не оправдывало линии партии и линии ЦК. Мы не пошли в райком и в Коминтерн и это привело к тому положению, которое имеется. Вместо того, чтобы поставить вопрос по-большевистски, мы этот вопрос промазали,проспали, а сейчас его нужно выправлять. Коминтерн нас сдвинул с места, подтолкнул и сказал свое слово, и сейчас нужно сделать выводы, чтобы выправить свою работу.

Сун-Шен: Из выступлений и информации о решениях ИККИ ясно, что Кирсанова потеряла бдительность на сегодняшний день. Это уже давно и это неслучайно, она уже давно потеряла партийную, классовую бдительность. Она не только не признает свои ошибки. Например, после пленума ЦК, полгода тому назад обсуждался вопрос не только о Чугунове. Все мы пригласили Кирсанову на заседание. Все мы, как один выступали и говорили. Она помогала классовым врагам, чуть ли слезы не лила. Она оказывала врагам помощь. Выходит, что она больше заботится о человеке, чем советская власть. Она не признает своих ошибок...

Чугунов был в Ленинской Школе, всегда выступал против партии, против Ван-Мина и т.д., и фактически против ЦК китайской компартии, против линии партии, против Коминтерна. Чугунов - враг народа. Он организует группки против партии, нелегальные собрания. Я не думаю, чтобы всего этого Кирсанова не знала.

Кирсанова: Я этого не знала и вы этого не знаете.
Сун-Шен: Секция знает, а почему вы не знаете. Вы имели связь с врагом, а оторвались от членов партии. Здесь уже перечислялись несколько фамилий врагов народа. Я уверен, что классовые враги пользуются всем этим. С секторами тесной связи нет. Она не принимает самокритику, она не связана с массами. Тов.Владимиров говорил, что партком должен напомнить это в отношении Чугунова, сделать ударение на Чугунове. Это неверно.

В отношении пропаганды, китайский вопрос, проблемы Китая. Давно требовал весь коллектив нашей школы сделать доклад о положении в Китае. Этот вопрос ставится из месяца в месяц и не находит своего разрешения, до сих пор докладчика нет. В отношении этого вопроса и в отношении позиции Кирсановой партком не поставил вопрос.
Я считаю, что решение парткома совершенно правильно. Тов. Кирсанова не заслуживает доверия партии.

Ланда: Если бы тов. Кирсанова имела бы какую нибудь связь с работниками Школы, она могла бы слышать все это, что сегодня говорится. Она могла бы в другой обстановке, в товарищеской обстановке это слышать, о всех этих ошибках . Об этом нас учит мартовский пленум ЦК, что тот, кто руководит бюрократически, тот, кто управляется улюлюйщиной, тот, дает возможность врагу всюду лезть.
У нас такой маленький факт, подтверждающий то, чему учит нас партия. Тов.Кирсанова не считала нужным говорить с членами партии, слушать голос масс, несмотря на то, что ей было дано предупреждение со стороны партийного коллектива Поэтому получилось такое положение. Поэтому всюду сидели враги народа.

Я буду говорить о своем австрийском секторе... У нас сидел враг, сидел Браун, сволочь, враг народа. Разоблачили его с помощью партийного комитета, а не с помощью тов.Кирсановой. Правда, может быть его можно было раньше разоблачить, потому что сигналы были в Отделе Кадров и в партийном комитете у тов.Кирсановой по этим вопросам и конечно, его можно было раньше разоблачить...
Меня сняли с ударничества за то, что я не разоблачила врага, .а тов. Титкина сделали ударником за то, что он поддержал политику Кирсановой в Школе и полностью поддержал.
Почему это так товарищи? Нельзя допустить такого явления в Школе. В чем же была борьба на секторе. Конечно, поздно, это верно, но мы разоблачили и наш актив с полным большевистским здоровым духом выступает против этого.

Вы посмотрите что делает троц­кисты. Чугунов был шпион, Серебрянский - враг народа и т.д. Наши враги действует очень тонко, они создаст своими методами недовольство среди студенчества. Студенты должны были видеть в лице руководящих товарищем образцы большевиков. А что они видят. Возьмите Отдел Кадров. На секторе было нарушение конспирации. Вместо того чтобы на секторе крыть и греть, поставить вопрос по-большевистски, поставить вопрос относительно 4-5 товарищей, у нас на секторе начинают такие факты приводить, которые являются совершенно ложными, совершенно недоказанными. Среди них нет ни одного факта действительного нарушения конспирации...

Некоторые товарищи играют у Кирсановой роль инструмента. Я привожу это для того, чтобы показать, что и наш партком подпал под влияние этих методов зажима самокритики, методов оторванности в работе, которые проводила тов.Кирсанова.

следующая часть
Tags: документы: КИ
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 17 comments