Игорь Петров (labas) wrote,
Игорь Петров
labas

Categories:

партсобрание (5)

предыдущая часть


Поляков: К каждому собранию, тем более партийному собранию,нужно подходить с одной основной точкой зрения, это не только себя закалять большевизмом, но и окружающих учить большевизму .Здесь нуöно было тов.Титкину, когда он делал свой доклад, на этом и построить весь свой доклад и выступления товарищей.
Многие товарищи здесь говорят о том и мне здесь тов.Мануильский сказал эту мысль, что работа основная у вас в секторах, там вам придется учить большевизму людей, чтобы вы отсюда ушли действительно с правильным большевистским решением. И нужно показать это правильное большевистское решение и нужно отвести ряд выступлений, которые были у товарищей.
Я не согласен с рядом товарищей и в частности, с т.т.Владимировым и с т.Белкиным, насчет того, что доверие создается к руководству из следующих элементов. Вот например, доверяет районный комитет партии, на доклады посылают, в ЦК партии, в МК и т.д., поэтому мы доверяли.
Главное, почему, - вот давайте, положа руку на сердце скажем,- почему районный комитет партии доверял. Потому,что партийная организация, вы все доверяли, потому что вы нас обманули, когда ее выбирали в партийный комитет. И ее тогда не раздели так, как вчера ее раздели, до гола. А нужно каждого работника так раздевать,чтобы к нему в душу залезть в большевистскую, перевернуть у него все там и показать его всего...

В отношении Фадеевой. Я считаю, что тут в другую сторону ударяться не следует, что, мол она совсем невиновна. Не выйдет это дело. Мы проверять людей должны. Маленькая зацепка должна иметь для нас большое значение. Правильно сделали, что начали проверять ее. Может быть неправильно сделали в отношении этого решения, бить ее не надо было, но проверять нужно было. Зацепка есть, чтобы обсуждать вопрос о тов.Фадеевой. Реабилитировать ее здесь неправильно. Надо проверить тов.Фадееву, посмотреть как следует.
В отношении Кирсановой. Я считаю, что тов.Кирсанова не только скрывала,но она обманывала партию.

Кирсанова: В чем, тов.Поляков?
Поляков: А вот в чем, тов.Кирсанова, если бы ты на конференции одним словом заикнулась о своем 1917 годе, о том, как вы из вагона вышли со старым мужем, попрощались за руку и после не встречались с ним как с врагом, - едва ли бы районная конференция выбрала вас членом районного комитета партии. Я лично так смотрю на это дело. Это обман. Надо было показать себя всю, Кирсанова. Верно?
Кирсанова: Верно.
Поляков: Надо будет этот вопрос так прямо и квалифицировать, как обман партии.
Мне кажется в тех документов и всего того материала,которые товарищи дали, достаточно для Кирсановой,чтобы ее исключить из партии.
Я сейчас хочу перейти к вопросу о зажиме самокритики. Тов. Залман неправильно говорит насчет того, что Фадеева перегибает палку, когда говорит, что Титкин является соучастником Кирсановой. А я больше ставлю вопрос на партийном комитете. Что такое Титкин без партийного комитета? Ничего. Один он не мог ничего делать. Вы ему помогли. Здесь можно не только дорасти до соучастника, но и какой-то еще юридический термин можно привести, что было попустительство, даже больше - содействие зажима самокритики. А ведь это основной вопрос у нас сейчас в работе большевистской партии - развивать самокритику. Мы без самокритики не можем жить, как без воздуха. Все вы знаете об этом. Кирсанову можно было раньше разоблачить, это вне всякого сомнения, и нужно было сделать, но не сделали...

Затем замечание Кирсановой насчет того, что дайте мне тяжелый участок работы, я с ним справлюсь. Этот участок был самый тяжелый, Кирсанова.
Кирсанова: Я не сказала "тяжелый". Я сказала "трудный, низовой".
Поляков: Очень трудный и здесь,но ты не оправдала доверия.
Вот ты вчера говорила и по моему все обратили внимание: Я готовила себя для работы на Востоке, а не на Западе. И тут создается впечатление и можно с уверенностью сказать, что и кадры ты для Востока готовила, свои кадры, для себя. Ты никак не отделишь одно от другого. Я говорю факты, Кирсанова,т.е. твои же слова привожу, что готовила ты кадры, того же прохвоста Чугунова, Для чего? Для того, что вот я приеду в Китай и буду иметь там его под рукой.
Кирсанова: Я не собиралась ехать в Китай.
Поляков: Как же ты не собиралась, когда ты прямо сказала об этом. Так я одно могу сказать. Тебе не место быть в партии. И последнее замечание насчет партийного комитета. Я бросил реплику, что и сейчас не поняли решения пленума. Ну что, записали резолюцию. Пишут, пишут, 2 страницы написали, и в результате сказали: партком постановляет т.Титкина как не обеспечившего большевистской решительности в деле Кирсановой и не возглавившего партком на последнюю борьбу в этом вопросе,- снять с работы секретаря парткома.
Что это значит? Это значит- оставить его членом парткома, дать ему возможность дальше в партийном комитете работать.Как же так, где же у нас тут логика? Если довести, так довести до конца. А если не хотят доводить до конца, так надо так прямо записать.
Я предлагаю такую формулировку: снять, это безусловно и отвести из членов партийного комитета немедленно.
Голос с места: Распустить партком.
Поляков: Насчет роспуска,- стоит ли это дело делать? У нас парт.комитет есть. Я сейчас этот вопрос не ставлю, потому что я хочу предложить 3 пункт, которым я так формулирую; " Проверить всю деятельность парт.комитета и в разрезе этого решить вопрос,т.е. поставить отчет партийного комитета. Через 3 мес. сделать отчет"...
Нужно,чтобы все время у нас пульсировало это дело, чтобы все время были в райкоме и наоборот. В этой части у нас с Ленинской Школой был небольшой разрыв. К нам Кирсанова приводила как в гости, Титкин по делам.
Сейчас мне кажется, правильно решили насчет того, чтобы сейчас прекратить прения, выслушать тов.Мануильского, решить этот вопрос, а после разовьем самокритику так, что она поможет исправить работу Ленинской Школы.

Мануильский: Здесь было произнесено много, поэтому распространяться не имеет смысла, но есть один основной вопрос,
на который надо обратить внимание и надо ответить сегодня партийной организации. Это вопрос, которым был поставлен парт.комитетом. Вопрос об исключении тов.Кирсановой из партии. Правильно ли это решение или неправильно.
Голоса: Правильно.
Мануильский: Вот на этот вопрос надо ответить. Я думаю, что это решение правильно. Я слушал вчера выступление тов.Кирсановой. Она апеллировала к тому, что партийное собрание должно еще раз оказать вам, тов.Кирсанова доверие, оказать потому, что вы, несмотря на то, что ряд сигналов был, вы не учли эти сигналы,но это послужит вам, дескать уроком на будущее время и вы сейчас возьмете самый тяжелый участок работы.
Я думаю товарищи, что это заявление было сделано т.Кирсановой после того отклика, который мы имели в течение ряда лет. Я думаю, что мы не можем в данный момент оказать этого доверия, потому что ведь в сущности, если бы речь шла только о тех отдельных упущениях, о критике метода преподавания, о механическом перенесении методов ВКП/б/ в братские партии и методов отдельных партий в другие партии, - это все дело такое, которое может быть исправлено.
Что здесь основное, товарищи? Вот это основной вопрос, который вы будете обсуждать и со студентами и с партийным аппаратом.
Основное здесь есть вопрос о том хвосте, которым на протяжении ряда лет тянулся за тов.Кирсановой. А это хвост - большой хвост. Это хвост врагов, это хвост антипартийный, это хвост, который закончился тем, что возглавил этот хвост шпион.
Вот в чем дело тов.Кирсанова, вот в чем опасность. Если вы посмотрите на протяжении ряда лет на развитие этого хвоста, начинает этот хвост тянуться несколько лет тому назад в лице всяких троцкистских элементов, которые проникают в Ленинскую Школу и группируются. Тогда партия делает правильный вывод, снимает тов.Кирсанову из Школы.
Я думаю, что тов.Кирсанова до сих пор, после того,как ее вернули в школу, думает, что она была права, а не партия была права.
Кирсанова: Я этого не думала.
Мануильский: Сняли вас не потому, что против вас Кнорин выступал.Сняли вас потому, что этот хвост в Ленинской Школе троцкистский хвост очень глубоко сидел здесь и нужно было его выкорчевывать. Партия сделала это. Это было то большое предостережение,тов.Кирсанова, из которого нужно было сделать выводы и большие выводы.
Тов.Кирсанова возвращается после этого. Мы ей доверяем. Исполнительный Комитет доверят, ЦК доверяет. Большое доверие вам,тов.Кирсанова было. И лично вам я оказывал это доверие.
Но после того,как вы возвращаетесь в Ленинскую Школу ,начинается целая полоса провалов. Провал за провалом идет. Кто это, враги партии Суница, Серебрянский, Сегаль, Секерская и т.д. Можно прозевать одного, можно прозевать другого. У каждого было кое-что,что было прозевано, у многих партийцев. Но товарищи, когда это тянется изо дня в день в когда это уже превращается из количества в качество, - тут приходиться задуматься.
Ну хорошо, проходит это дело с Серебрянским, с Суницей и т.д. Остается дальневосточное дело Чугунова. Казалось бы после всех этих уроков т.Кирсанова должна была учесть эти уроки и понять, что если между китайской компартией и группою Чугунова идет борьба, - надо посмотреть с большевистской лупой, что там делается.
Тов.Кирсанова все время изображала это, как личный конфликт, что тов. Ван-Мин не ужился с Чугуновым. А между тем за этим скрывалась по существу борьба врагов, шпионов против коммунистической партии.
А как т.Кирсанова защищала Чугунова? Здесь мне передали стенограмму ее речи на политсекретериате, где обсуждался этот вопрос. Вот что тов.Кирсанова говорила. Это было в 1932 году 23 марта;
" По этому пункту я должна сказать во-первых, что целиком и полностью отвечаю за все политическое поведение Чугунова и его группы, потому что ни один шаг, ни одна статья, ни одно слово на собраниях и в резолюциях не делаются Чугуновым, не делал он и не говорил он без моей санкции. Я руководила сектором и в смысле общего руководства, наблюдая за тем, что там делается.... "
Видите товарищи,как Кирсанова в 1932 году солидаризировалась целиком и полностью с Чугуновым.

Товарищи, наступает теперешнее последнее время, когда тов. Ежов растряс наши государственные, партийные, советские, кооперативные и профсоюзные организации, и вот началось тогда вскрытие врагов. Казалось бы, что в этот момент должна была сделать тов.Кирсанова. Тов.Кирсанова должна была, учитывая эту многолетнюю борьбу, сейчас же отмежеваться от группы Чугунова, написать об этом, сказать, написать в ЦК, в Коминтерн, тем более, что были сигналы, да, товарищи, были сигналы..
Первый сигнал: появляется гнусная,подлая, отвратительнейшая статья в редактируемой им газете. Мы, Коминтерн, узнали о ней позже. Когда речь шла об этой статье, как рисуется это тов.Кирсановой? Произошла небольшая опечатка. А мы знаем,что таких опечаток в вашей печати, в советской печати было много, они делались врагами ежедневно и сознательно, когда раскрылся целый ряд дел, вскрыли, что такая система была...

Товарищи, я спрашиваю, о чем же здесь речь идет? Тов.Кирсанова, не за то, что у тебя в Шкоде были дефекты, не за кирсановщину, о которой говорилось здесь, бьем мы вас, а вот за этот проклятый хвост. Тянется этот хвост на протяжении многих лет и этот хвост по существу оставлен.
Я должен сказать,что мы запоздали с этим решением. Если бы тогда, когда в 1932 году Кирсанова выступала с этими речами, старое руководство Коминтерна заняло бы решительную линию и одернуло бы Кирсанову,- может быть сегодня мы не обсуждали бы вопроса о Кирсановой. Мы пропустили этот случай, старое руководство Коминтерна прозевало этот случаи и дело разворачивалось и дошло до того конца, на котором мы сейчас присутствуем.
Вот товарищи, каждому из нас, когда приходиться выступать по таким делам, каждый из нас делает очень ответственное заявление и делает их не с легким сердцем. Но там, где идет вопрос о здоровьи партии, - там это верховный закон.
Тов.Кирсанова я слушал вас, когда вы говорили: "Тяжело мне говорить". Верно, тяжело говорить, но знаю, видел, что когда исключат, тяжело говорить. Но не это сейчас решает, что вам тяжело. Партии становится легче, когда вычищают грязь, когда партия сейчас выгоняет шпионов, когда партия наводит порядок в своем собственном доме. Тогда партии становится легче.
Вот почему мы должны сказать, что за эти ошибки вы должны ответить перед партией.
Вот почему я лично думаю, товарищи, что т.Кирсанова заслуживает исключения из партии.

Титкин: Товарищи, я считаю, что здесь критика, которая развернулась, совершенно правильная, хотя она и довольно острая и глубокая.
Почему эта критика правильная? Я продумал здесь целый ряд вопросов, которые раньше не связывал и целый ряд фактов, как они представляется в новом свете.
Здесь товарищи говорили относительно связи т.Кирсановой с Чугуновым и тут вопрос стоит так,что эта связь начинается еще с того времени, когда Чугунов был в Школе в 1931 году,что эта связь содействовала Чугунову в его вражеской работе.
Чугунов что из себя представлял тогда? Чугунов был на китайском секторе. Он вел работу так, чтобы кадры, которые мы воспитывали, воспитывали так, чтобы они были против руководства кит.компартии. Нам партия поручает подготавливать кадры. Она отбирает людей из своей страны на это и дает нам воспитывать. Кирсанова предоставила воспитывать кадры на секторе этому мерзавцу шпиону. И не только предоставила, но когда делегация начала разоблачать Чугунова на его этой работе, Кирсанова всегда становилась на сторону Чугунова и готова была его защищать. Это особенно развернулось в Коминтерне, потому что эти вопросы косвенно проходили... У меня другой вопрос. Это вопрос относительно гнезда. Здесь это не просто гнездо, но такое гнездо, которое захватило все важные участки в нашей работе.
Кто у нас несколько лет тому назад возглавлял в Школе так сказать научный совет? Там были Суница, Серебрянский, Сегаль, Рудаш. Это были люди, которые предрешали все вопросы. Это было по существу какое-то неофициальное руководство Школой и они предрешали вопросы, которые должен был решать парт, комитет...

Наша ошибка состоит в том, что мы к этому вопросу не подошли с точки зрения правильной расстановки сил, с точки зрения того, кто группировался тогда вокруг Кирсановой. Если бы вопрос так поставили, то перед вопросом о Кирсановой встал бы не только вопрос о Серебрянском, о Чугунове, но о целом так сказать окружении, целом гнезде. К этому нужно добавить,что это гнездо было организовано так, что оно заправляло у нас.
Несколько слов относительно методов. Почему мы в этом отдельном случае не сумели быстро реагировать. Возьмите вопрос о Чугунове. Это самый последний вопрос. Я приехал из отпуска, когда этот вопрос разбирала комиссия и партком, и в парткоме по существу подготовляли вопрос. Но что получилось. Когда вопрос о Чугунове встал,то т.Кирсанова сказала, что мнение тов. Димитрова такое,что этот вопрос нужно прекратить в Отделе Кадров,поскольку этот вопрос настолько серьезен,что стоит его ставить во всю ширь. Когда секретарь цеха хотел поставить вопрос о т.Кирсановой в связи с дедом Чугунова, т.Кирсанова намекнула, что товарищи, которые хотят ставить доклад, чтобы они согласовали вопрос с т.т.Мануильским и Димитровым. Это использование очень авторитетных наших людей и органов, для того, чтобы ввести в заблуждение.
Кирсанова: А вы бы спросили Димитрова и Мануильского.
Титкин: Вместо того, чтобы это проверить, вместо того, чтобы связаться с т.Мануильским и Димитровым, Москвиным и др., мы считали,что раз т.Кирсанова говорит, - а тов.Кирсанова не может обманывать, она старый большевик, - то поверили этому и связали себе таким образом руки...

Теперь в отношении отдельных людей. Возьмите Грозберг. О Грозберг мы знали,что это человек незаслуживающий доверия, но фактов кроме того,что ее старого мужа арестовали, никаких нет. За эти факты мы ее исключать не могли и в Школе оставлять тоже не могли и мы договорились о том, чтобы просто снять с работы. Ошибка заключалась в том, что мы этот вопрос с себя свалили и Отдел Кадров в этом отношении не помог.
В отношении Лазо. За что Лазо вынесли строгий выговор,за то,что она имела связь с двумя мужьями, которые оказались врагами народа. Один застрелился, а второй арестован. Мы не учли того, что тов.Лазо старый партиец, не имела ничего в прошлом, но факты такие, которые, заставляют задуматься.
Также и с Раевичем, мы настаивали, чтобы не выдавать ему партийного билета, а комиссия его восстановила, а потом его
арестовали,как врага народа.
Отсюда говорить, что мы не боролись против врагов народа, нельзя. Наша вина очень большая, а моя вина,как секретаря парткома,особенно велика.Но когда товарищи хотят сослаться на авторитет тов.Кирсановой, я считаю, что это является производным. Основное это то, что мы не поняли решении мартовского пленума о развитии самокритики ,не поняли,что бдительность - это вопрос основной, что бдительность - это есть защита партии от врагов народа, это борьба против тех, которые прикрывают врагов народа. Третье,что мы не поняли из решений пленума ЦК, это то, что лозунг овладения большевизма является основным лозунгом, и отсюда,то, что мы не довели до конца нашу критику и бдительность, которую партии требует, отсюда то,что мы не сумели сделать надлежащие выводы в отношении Кирсановой.
Я считаю, что решение и дополнительное предложение тов. Полякова совершенно правильно относительно вывода из парткома и снятия с работы секретаря.

Председатель: Слово имеет тов. Кирсанова. 15 минут.
Кирсанова: Я думаю, что я думаю даже короче, чем срок, который вы мне даете, 15 минут. Почему? Потому что критика моих преступлений против партии мне показала всю глубину этих преступлении.
Я могу только об одном еще раз просить: о том, чтобы не исключать меня из партии, чтобы дать мне возможность работать в рядах партии. Не потому, тов.Мануильский, что я справлюсь с работой, хотя бы подобной, или похожей на эту работу. Нет, я в рядах партии могу работать, потому что я - преданный член партии. Преданный.
У меня много хвостов. У меня много преступлений, много. И тов.Мануильский очень прав, когда он говорил, что от всякой мрази надо очищаться. Это верно.
Но я - не мразь. Об этом только я хочу говорить, я ни эта мразь, не та мразь, от которой надо очищаться.
Вы говорите, какую работу вам можно дать после всех этих преступлений в рядах партии.
Товарищи, работы имеется много. Какую работу можно дать? Какую угодно. Рыть канавы, - но только оставить меня в рядах партии.
И почему я еще прошу об этом? Потому.что я боролась с врагами. Боролась. Боролась я с врагами. И этого нельзя зачеркнуть.
Оказались хвосты. Оказались. Преступление мое велико в связи с делом этого гада Чугунова. Велико. И с Серебрянским, и с Суницей и со всеми.
Но я боролась и конкретно. Если взять Суницу, - он долго ютился здесь. Но дошло до меня наконец, что этого типа надо выгнать из партии. Не забывайте, что все-таки это было мое предложение.
Вы сейчас склонны рассматривать это, как маскировку, как какую-то страховку. Это неправильно, товарищи. Неправильно.
Вы очень хорошо понимаете, что очищаться от врагов нужно, и я вижу, какие требования вы предъявляете к члену партии, я их, эти требования, понимаю. Но ведь нельзя же зачеркивать того, кто предложил выгнать Суницу из партии, не ради маскировки какой-то своей враждебной, партии работе.
Меня тогда партийный комитет не поддержал. Не поддержал. Я настаивала на этом. Я неуклонно настаивала на этом.
Возьмите вопрос с этим, как в резолюции написано: Из 24-х человек, выброшенных из Школы, 12 чел.разоблачены.как враги народа.
Товарищи, моя доля в этом была большая. Я представляла эти данные и партийному комитету и соответствующим органам со всей искренностью, со всей последовательностью я боролась против этих лиц.
Я не буду занимать вас долго, возьму только самые острые случаи, которые здесь приводились.
Возьмите Брауна. У меня не было настойчивости, чтобы не допустить его до руководства сектором, Да, этой настойчивости у меня не было, но в первый же день,- и тов.Титкин это знает,- с первых же дней я требовала от партии,чтобы его сняли. Я настаивала на этом. У нас было совещание специальное по этому вопросу. Совещание при авторитетнейших товарищах. Я говорила об этом. Товарищ секретарь Коминтерна согласился, что нельзя Брауна оставлять, я доказывала,что нельзя этому человеку выполнять такую работу. Это было? Было. Товарищи, я очень медлила с этим, что нужно было? Вопрос эадерживается, нужно было перенести в высшую инстанцию и там развивать всю аргументацию против того или иного типа. Вот были такие соображения,что по мнению представителя партии, руководства партии еще можно подождать, еще можно повременить. Это же факт. Я просто не имею возможности показать с документами в руках, что все эти выявленные и разоблаченные, за исключением отдельных типов, все это с моим участием, с моей инициативой во многих случаях...

Я товарищи, во всех этих случаях с 12 чел. исключенных, во всех случаях,за исключением Серебрянского, я принимала самое активное участие и партийное участие. Этого нельзя сбросить со счета.
В отношении Чугунова прав тов.Мануильский, что я здесь, в этом вопросе преступно вела себя. Преступно вела себя до самого последнего момента, до момента, когда мне на заседании, после выступления тов.Мануильского стало ясно.что с этим типом надо покончить,надо рвать. Но я не сделала политических выводов.
Я не буду повторять того, что я говорила, но я говорила об одном: о том, что не поднялась я выше того, что расценивала этот вопрос, как персональную борьбу. Не поднялась я выше, не увидела я там ничего. Это преступление перед партией.
Товарищи, тов.Титкин здесь бросил очень тяжелое обвинение, что я в разговоре с ним намекнула на то, что существует такое мнение, что не надо ставить этот вопрос, Я сказала: Товарищ Титкин, согласуйте этот вопрос. Это я сказала. И Титкин должен был итти согласовывать, Я настаивала на этом. Для чего согласовывать? Для того, - я даже сказала Титкину,- для того,чтобы не поставить перед фактом, что здесь ставится вопрос, который может быть нельзя еще ставить. Это было так. Это совсем не было то, что говорит тов.Титкин.
Я вижу теперь, что мне нельзя было ждать, пока комиссия и Коминтерн разберут этот вопрос. Нельзя было ждать, а наоборот, надо было подвергать во всяком случае тов.Титкина и сказать; ну что же, согласуйте этот вопрос и ставьте. Скорей расчистили бы этот вопрос,или как говорит тов.Поляков, скорее разоблачили бы Кирсанову. Разоблачили бы,конечно. Не с таким запозданием увидели бы это преступление.

Преступление то, что под моим покровительством действовал враг. Но товарищи, под моим покровительством враг не потому, что я была вместе с ним, сообщником его. Я это отвергаю и я докажу,что это обвинение неправильное. Я смотрю прямо в глаза вам, тов.Поляков, и я докажу, что это неправильное ваше подозрение меня в том, что я была сообщником врага. Это неправильно и я отвергаю это обвинение.
Товарищ Поляков говорил: за обман партии, за обмен партийной конференции, партийной организации Краснопресненского района, Кирсанова должна нести ответ.
Товарищи, я не обманывала никого. Ведь есть стенограмма партийной конференции. Посмотрите мое заявление. Здесь кто-то говорит,что тов.Титкин сомневался, сказала ли я о себе хоть что-нибудь, я сказала о себе и начала с того, что Серебрянский не разоблачен мною. С этого начала.
Председатель: Время истекло.
Кирсанова: За 30 лет вы первый раз исключаете меня из партии. Разрешите лишние 5 минут задержать вас.
Я с этого начала. О левом коммунизме я говорила. Мне был после этого задан вопрос: была ли я в троцкистской оппозиции; Я говорила: нет, не была.
В связи именно с другим мужем мне задавали этот вопрос. Я не обманывала никогда партию. Ни в чем, нигде, ни одним словом.
Теперь вопрос о том, что у меня был муж меньшевик и я об этом не сказала.
Товарищи, ну я скажу об этом, что этот муж был в течение нескольких дней моим мужем. И вопрос стоял таким образом тогда, перед Февральской революцией, в ссылке, что я ни на одну минуту политически не колебалась в своей большевистской позиции. И эта случайная связь, совершенно случайная связь, она мне так стоила, - я не знаю, как это назвать, - встала в памяти сегодня только. Даже в памяти ее не осталось, этой случайной связи.
Если говорить о моем партийном облике в этом отношении, то я за эту случайную связь очень жестоко поплатилась тем, что человек, которого я уважала всегда и уважаю, человек, с которым я связана 23 года, - я поставила его в очень тяжелое положение, но политически я никогда не уходила, ни на одну минуту я не колебалась.

Товарищи могут подумать, что эта женщина, которая имеет двух мужей сразу. И этого не было сразу. Товарищи, вопрос быта имеет огромнейшее значение. Я понимаю вашу требовательность и в этом вопросе. Ни на одну минуту я не обманывала тов.Ярославского. Я ему сказала об этой связи и он вместе со мной пережил эту связь. Мне не о чем было говорить, тов.Поляков. Я никого не обманывала. Это случайная связь разделила нас настолько,что во время этого иркутского митинга я говорю, что я последний раз утром подала ему руку, потому что я уже видела, кто он. И тут уже никакого разговора не могло быть. Хотя я уже перед этим не жила и не была с ним. Я вообще не жила с ним. Мне не о чем было говорить. Случайная связь на несколько дней, и я не обманывала никого. Никого не обманывала. И с меньшевиком этим я вела самую ожесточеннейшую борьбу. Ну спросите, есть свидетели, товарищи из Якутской ссылки, которые знают мою борьбу против этого меньшевика. За эту случайную связь я не отвечаю, тем более перед партией.

Товарищи, я считаю, что этот вопрос должен быть исчерпан этим заявлением,потому что была только вражда к этому человеку.
Товарищи, я считаю, что я заслуживаю этои жестокой меры - исключения меня из партии, заслуживала бы всей этой критики, какую я здесь слышала, если бы я не была предана партии, я предана и я за эти месяцы, за последний год прошла такую школу, что я сейчас вооружена для работы так, чтобы быть достойным членом партии.
И в этот момент я прошу, в этот момент, когда я выросла до этого, меня хотят выбросить,как мразь из партии. Это будет неправильно.Неправильно.
Я прошу оставить меня в рядах партии. Сознаю все свои преступления, но никогда борьбы против Коммунистического Интернационала, против китайской коммунистической партии, против других партий, никогда никакой борьбы не вела. Никогда. Это обвинение неправильное.

Богомолов: Разрешите мне одну существенную справку. Я о деле Чугунова узнал 15-го числа, до этого она меня не информировала по этому вопросу. Она мне заявила, что сейчас в Коминтерн подано заявление Ван-Мином по обвинению меня в связи с Чугуновым. Тогда она мне заявила, что по этому вопросу знает и тов.Шкирятов. Когда шла проверка лиц, исключенных из партии, то тов.Кирсанова была оставлена несмотря на то, что она не является членом КПК. Тут же она мне оказала, что этот вопрос на парткоме уже разрешался и что по этому поводу были даны указания из Коминтерна.
Кирсанова: Нет, не говорила я этого.
Богомолов: Что представлял из себя Чугунов, я не знал. Но это заявление было сделано 15-го числа. Я спросил Волкова: ты знаешь об этом факте? Он говорит: Да. Тут стали решать вопрос, как с этим делом поступить. Потом я узнал, что вопрос решен в Секретариате ИККИ днем, а мне было оказано часа в 3. В этот момент тов.Кирсанова звонила тов.Мануильскому по поводу австрийцев, а позже вечером, часов в 12 ночи, я узнал, что вопрос о "хозяйке" решен.
Кирсанова: Товарищи, я об этом говорила. Я сама пришла к т.Титкину и заявила о том, что на меня поступило заявление к тов.Шкирятову. Я об этом говорила тов.Богомолову, говорила о том, что я дала свои объяснения. Говорила после того, как меня оставили на комиссии по аппеляции, что вопрос этот исчерпан. Я изложила вою фактическую сторону, так, как она есть. Товарищ Богомолов, почему я сказала об этом? Товарищ Богомолов,приготовляйте списки всех сотрудников и я вам скажу по отношению к каждому, с чего нужно начать проверку, и мы за это дело засядем. Это было 15-го числа. Мы за это дело засели. Товарищ Богомолов начинает с учебного отдела, минуя меня. Я тов. Богомолова вернула к вопросу о себе и говорю: "Товарищ Богомолов, имейте в виду, что против меня, не меня написано такое-то заявление. Вопрос идет гораздо глубже того, что имела какую-то личную связь с Чугуновым. Здесь вопрос идет о том, что я вела борьбу против китайской коммунистической партии. Я товарищу Богомолову говорила, чтобы он начал с меня, и все существо этого вопроса рассказала ему.

Затем дальше. Когда товарищ Мануильский меня вызвал и заявил мне о том, что создана комиссия, для того, чтобы разобрать этот вопрос, я пришла и передала тов. Титкину о том, что создается комиссия. И тов.Титкин сказал: по разбору вопроса о поддержке вами шпиона. И я рассказала тов.Титкину подробно этот пункт обвинения , выдвинутый против меня. Это я делала для того, чтобы держать секретаря парткома в курсе дела. Меня никто к этому не обязывал. Я могла бы сослаться, что дело будет разбирать комиссия. Я пришла к тов.Титкину и честно ему обо всем рассказала.

Титкин: У меня есть еще маленькое заявление, которое надо сделать. Тов. Кирсанова мне действительно сообщила, что есть на нее заявление в КИ и у тов.Шкирятова, и по целому ряду инстанций, чуть ли не до Сталина эти заявления и т.д.. И несмотря на это и тов.Шкирятов заявил, что она должна работать в тройке. Затем было ее заявление, когда тов.Мануильский ей сообщил, что она снимается с руководства Школы и что вопрос ставится о создании комиссии, после этого мы о тов.Богомоловыи поговорили и реагировали. А через два дня товарищ Мануильский сделал у нас сообщение.

Председатель: У нас есть по делу тов.Кирсановой одно предложение, это - постановление Парткома. Разрешите его зачесть (зачитывается постановление Парткома).
Какие будут другие предложения?
Других предложений нет.
Есть предложение принять это решение за основу.
Голосую. Кто за исключение Кирсановой из партии, прошу поднять руки.
Против нет? - Нет.
Воздержавшихся нет? - Нет.
Принято единогласно.
Tags: документы: КИ
Subscribe

  • служба утерянных цитат - 16

    В службу утерянных цитат поступил запрос относительно цитаты Гитлера, использованной В.В. Путиным в своей статье " 75 лет Великой Победы: общая…

  • к вопросу о панталонах фисташкового цвета

    Уваж. berezin спрашивает об источнике документа о похождениях маршала Булганина: Маршал Булганин в ночь с 6 на 7 января 1948 года,…

  • служба утерянных цитат - 15

    Цитата. "На патриотизм стали напирать. Видимо, проворовались." Вариации. "Когда начинают часто говорить о патриотизме – значит опять, сильно…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 29 comments

  • служба утерянных цитат - 16

    В службу утерянных цитат поступил запрос относительно цитаты Гитлера, использованной В.В. Путиным в своей статье " 75 лет Великой Победы: общая…

  • к вопросу о панталонах фисташкового цвета

    Уваж. berezin спрашивает об источнике документа о похождениях маршала Булганина: Маршал Булганин в ночь с 6 на 7 января 1948 года,…

  • служба утерянных цитат - 15

    Цитата. "На патриотизм стали напирать. Видимо, проворовались." Вариации. "Когда начинают часто говорить о патриотизме – значит опять, сильно…