Игорь Петров (labas) wrote,
Игорь Петров
labas

Categories:

внешнеполитическое ведомство нсдап: взгляд изнутри

В архиве Ю.Торвальда есть документ, озаглавленный "Петр фон Глазенапп. Рассказ о моей жизни"1. Атрибуция верна только для первых семи страниц, которые действительно представляют собой рассказ генерала П.В.Глазенапа2 о событиях гражданской войны.
Остальные же 9 страниц, очевидно, были приписаны Глазенапу по ошибке, из-за того, что на первой из них есть карандашная надпись "Glasenapp" и упоминание о генерале. Из текста, однако, очевидно, что автором он не является. Пометки на рукописи принадлежат Хайнцу Данко Херре3, на первой странице его карандашный комментарий:
Прошу вкратце ознакомиться и с этим отчетом, так как Глазенап в имеющемся на сегодня материале возникает на заднем плане.
Упоминание Глазенапа в нашей
[sic! - ИП] книге считаю неправильным, так как относительно добровольческого вопроса он вел себя очень - и даже чересчур - сдержанно. Возобновление антибольшевистской деятельности Глазенаппа произошло уже в послевоенное время (С[оюз]А[ндреевского]Ф[лага])
Х[ерре] 12.4. [1951]
Но Херре никогда не служил во Внешнеполитическом Ведомстве НСДАП, поэтому вероятнее всего информация записана со слов Ойгена Дюрксена4, другого "соавтора" Торвальда, который несколько раз упоминается в тексте.


[первая страница отсутствует]
В начале восточного похода К е й т е л ь от имени ОКВ обратился к нему с вопросом каким образом можно было бы вовлечь русские силы эмиграции в антибольшевистскую борьбу. Гл[азенап] поставил условием
а) русская национальная армия
б) русское национальное правительство
Кейтель ответил, что эти условия неприемлемы, в результате чего Гл[азенап] отказался от участия в войне против России.5
Гл[азенап] стал генералом в ходе русской гражданской войны. Сначала он служил на стороне белых полковником. В 1919 он стал губернатором Ставропольской области. Там он особенно прославился тем, что в качестве наказания подозрительных деревень ввел массовую порку и обильно вешал большевиков на деревьях и телеграфных столбах. Во время ссор в мюнхенской эмигрантской группе после второй мировой войны ему всегда ставили в вину его ставропольские ошибки. До 1939-го Гл[азенап] жил в Польше (в Варшаве), где владел лесопилкой. Лишь после занятия Польши немецкими войсками он перебрался в Германию.6

В довоенные годы Л е й б б р а н д т в связи со своим патронажем берлинской русской газеты "Новое Слово" и тесными отношениями с ее главным редактором Д е с п о т у л и интересовался прежде всего русскими национал-солидаристами и по возможности поддерживал их, из-за чего уже в те времена имел неприятности с гестапо.
Люди в окружении Лейббрандта благодаря предварительной работе и информации, постоянно поступавшей от генерала Б и с к у п с к о г о и его людей, находились под постоянным подозрением. Особенно их подозревали в том, что в их рядах скрываются советские агенты.

Доверием Лейббрандта пользовались и отдельные представители украинских национал-демократов - УНР (люди Петлюры), к примеру сын национал-демократического президента украинского государства и преемника П е т л ю р ы    Л е в и ц к о г о7. Свою украинскую концепцию Лейббрандт создал в основном консультируясь с бывшим национал-демократическими членом украинской делегации на переговорах о брест-литовском мире Александром С е в р ю к о м8 и украинским журналистом К о ж е в н и к и в ы м9. Политические взгляды последнего были неясны. Он создал в Берлине собственное украинское объединение, но находился в тесном контакте с Александром С е в р ю к о м. Именно Кож[евникив] стал причиной нападок на Лейббрандта, особенно во время службы последнего в восточном министерстве, так как Л[ейббрандт] консультировался фактически исключительно с Кож[евникивым].
Кож[евникив] был человеком роста выше среднего, интеллигентным, с большой головой, длинным лицом и высоким лбом. Он всегда был скрытным, таинственным, в его облике было что-то от секретного агента. Он был талантливым журналистом, говорил по-немецки. Утверждалось, что он - советский агент.
У Л е й б б р а н д т а существовал фонд для политической работы на востоке. Его большая часть расходовалась на газету "Новое слово". Но также он поддерживал и людей вроде Кож[евникив]. и Севр[юк].
В связи с газетой "Новое слово" у него было множество конфликтов с министерством пропаганды (д-р Тауберт10), так как и последнее представляло в распоряжение газеты некоторые средства.

Лейббрандт видел свою главную задачу в том, чтобы распространять свою идеологическую концепцию восточной политики среди всех слоев немецкого общества, но прежде всего внутри партии. В те годы он прочел бессчетное число докладов на нацистских учебных курсах перед всеми партийными и примыкающими организациями. В этих докладах на первом плане всегда стояла идея, что Россия должны быть расколота. Это можно сравнить с традиционной французской политикой по отношению к Германии.
Разумеется, Лейббрандт также поддерживал отношения с эмигрантами с Кавказа и из Средней Азии. Кавказцы, однако (так как речь шла о бывших социал-демократах), в основном ориентировались на представительства в Париже и Варшаве. Однако, эти люди часто посещали Лейббрандта. Необходимо, однако, заметить, что и со стороны Лейббрандта не было попыток создать организационные предпосылки. Это объясняется самой сутью Внешнеполитического Ведомства Розенберга, его идеологическими установками.
Туркестанцами Внешнеполитическое Ведомство и Лейббрандт занимались лишь вскользь. Более серьезную роль играли кавказцы, прежде всего азербайджанцы, и среди них особенно редактор М ю н ш и11, выпускавший в Берлине азербайджанский журнал "Куртулуш". Но и эти связи носили лишь идеологический или теоретический характер.
[часть страницы отсутствует]

За счет привлечения источников информации Л е й б б р а н д т пытался дать Розенбергу возможность произвести впечатление на Гитлера, чтобы показать целесообразность возложения на него задач на востоке. К примеру, некую роль здесь играли так называемые постановления Политбюро, которые годами через весьма таинственных посредников добывались из советского полпредства в Вене. Эти отчеты годами выглядели одинаково: один и тот же почерк, химический карандаш, одна и та же бумага12. Лейббрандт вовсе не считал их стопроцентно аутентичными. Существовали вполне обоснованные сомнения в подлинности. Но надо сказать, что Розенбергу очень редко представлялась возможность поговорить с фюрером. Так что можно усомниться в том, что Розенберг - даже если считать информацию подлинной - имел возможность как-то повлиять на фюрера в этой связи.

Конторы Розенберга и Лейббрандта враждовали с украинскими националистами (ОУН, позже группа Бандеры). Еще до 1933-го украинские националисты (группа Коновальца) поддерживались министерством рейхсвера. Украинские националисты устраивали акты саботажа в Польше и особенно в украинской Галиции, они организовали убийство П е р а ц к о г о (1934), в чем принимал участие Б а н д е р а. Абвер II не смог предотвратить того, что эта группа превратилась в политическое движение. Коллаборационистских уступок от этой группы ожидать было трудно, с одной стороны, из-за их позиции перед войной, с другой стороны, особенно после немецкой победы над Польшей и передачи Галиции Советскому Союзу, и наконец, после предотвращенной попытки захвата ими власти в Лемберге в 1941-м. Поэтому антипатия Внешнеполитического Ведомства к этим людям вполне объяснима. Дюрксен на основании собственного опыта считает, что украинский национализм в духе Бандеры кроет любой польский шовинизм как туз фоску.

Все эти – частично случившиеся уже до войны события – делают понятной позицию восточного министерства, в особенности Розенберга и Лейббрандта. Во Внешнеполитическом Ведомстве преследовали лишь одну цель: перекрыть все пути великорусскому империализму как в его большевистской, таки в его националистической ипостаси. Но твердого представления, какую же роль отвести стомиллионному русскому народу, там не было. Поэтому ведомство оказалось довольно беспомощно перед лицом новой ситуации – обозначения Сталиным войны как Отечественной и возрождения русс[ких] исторических традиций. Этим объясняются и проблемы с восточным министерством при запуске власовской акции. В целом Розенберг, да вероятно и Лейббрандт, занимали точку зрения Гитлера и Гиммлера: русские должны исполнять роль сословия рабов, трудящихся во благо немецкого управления, которое бы дополнялось из нерусских народов.

Как идеологическую основу в этой связи следует назвать публикацию книги Сандерса (псевдоним грузинского проф. Алекс. Н и к у р а д з е)13.
Н[икурадзе] был профессором в Берлинской высшей технической школе, занимался исследованием электронов и ионов. Он был старым знакомцем Розенберга, еще по мюнхенским эмигрантским кругам. Н[икурадзе] был одиночкой, держал дистанцию от эмигрантских организаций своих соотечественников, контактируя лишь с отдельными лицами. Он был советником Розенберга и Лейббрандта и при поддержке Розенберга создал при высшей технической школе Институт исследований континентальной Европы14. Его физический институт сейчас присоединен к высшей технической школе в Мюнхене. Н[икурадзе] удалось вовремя эвакуировать физический институт из Берлина в Шварценфельд/Оберпфальц. Что сейчас делает Н[икурадзе] в политическом плане – неизвестно, но было бы уместно не клеймить его сейчас за старые связи с Розенбергом. На этого человека благодаря его огромным знаниям в области европейской истории еще вполне можно возложить важные консультационные функции. Его концепция: континентальная Европа с учетом всех древних исторических связей (вплоть до индогерманского периода) на оси Германия – Кавказ. Его новая историческая концепция предполагала исключение московского империализма любого рода.

В 1933-34г.г. было ощущение, что гауляйтер К о х если не поощряет, то по крайней мере симпатизирует людям, изучающим восточные вопросы и кругу Оберлендера. Видимо, его негативный настрой в восточных делах прогрессировал с расширением его власти.
В 30-е годы Лейббрандт крайне отрицательно относился к д-ру Петеру Клейсту15. Главным образом это объяснялось исключительно научным подходом Клейста в вопросах, касающихся Советского Союза и в его диссертации о признании Советского Союза с точки зрения международного права, в которой отсутствовали привычные антибольшевистские пропагандистские штампы. Такую негативную оценку Клейста, да и всего окружения Гетча16, разделяли, кстати, и антикоминтерновцы д-ра Тауберта (особенно д-р Герман Грайфе17). Внешнеполитическое Ведомство почти всегда с враждебностью следило за деятельностью немецкого общества по изучению Восточной Европы (Гетч, бывший министр иностранных дел К у р т и у с) и почти наверняка участвовало в смещении Гетча и заменой его проф. Гансом Ю б е р с б е р г е р о м18. Но и Юберсбергер не пользовался полной поддержкой со стороны Розенберга и Лейббрандта. Генеральным секретарем немецкого общества по изучению Восточной Европы был Клаус М е н е р т19, которого в районе 1934-го сменили за его просоветские настроения д-ром Вернером М а р к е р т о м20 (из лейпцигского восточноевропейского института). Полагаю, что Менерт был учеником Гетча. Он родился в Москве. Но и Маркерта, специалиста по Польше, из-за его сугубо научного подхода к восточноевропейским вопросам оценивали скептически. Однако, его защищали его прежние связи с Абвером II.

Лейббрандта и Бройтигама связывали дружеские отношения. Лейббрандт был среднего роста, худощавый, но в то же время коренастый. Он носил очки и по виду походил на типичного ученого. Темно-русые волосы. Он всегда подчеркивал свое швабское происхождение. Не женат, крайне эгоцентричен, сконцентрирован на собственной выгоде. Ему со временем удавалось использовать работу своих сотрудников для собственной рекламы, доказательством чему его труды (собрание Лейббрандта: материалы и исследования о фольксдойчах в России). Он был очень инициативен в исследованиях о фольксдойчах России, почти постоянно жил в Берлине на Кейтштр. 22 в маленькой холостяцкой квартирке. Ему была присуща известная туманность в мышлении и беседе. Речи только по бумажке. В организационном плане некомпетентен. Лейббрандт часто упоминал свою верность Розенбергу. У него был очевидный комплекс на почве этой верности. С Шикеданцем Лейббрандт был в плохих отношениях. Но Розенберг оставил работать обоих. К примеру, когда в коридоре перед дверью Шикеданца стояли Бискупский и Скоропадский, мимо них проходили их смертельные враги Деспотули и Кожевникив, чтобы двумя этажами выше быть принятыми Лейббрандтом.

З и в е р т21 был балтийским немцем, студенческим товарищем Розенберга и Шикеданца. Как бывший царский офицер он держался монархистской линии Бискупского и ненавидел Лейббрандта. Зиверт олицетворял тип мелкого сыщика. Сам Розенберг был человеком нерешительным, как организатор абсолютно некомпетентым.
Внешнеполитическое ведомство располагалось в небольшом доме (Маргаретенштр. 17), прежде частном владении или конторском здании. Атмосферу внутри определял управделами К н а у э р22, пытавшийся всем привить строгую партийную дисциплину. Лейббрандт не был старым партийцем. Однако, чтобы придать ему авторитета, добились датировки задним числом. Во всех кадровых решениях Розенберг позволял Кнауэру собой помыкать.
Шикеданц был мутным человеком, болезнь (проблемы с желудком) определяли его характер. На его столе все время стояло лекарство, часто он пребывал в плохом настроении. Дюрксен получил во Внешнеполитическом Ведомстве очень плохое место. Его оклад составлял вначале лишь 150 рейхсмарок. Лейббрандт было пообещал его увеличить, но Кнауэр решил иначе. Тогда Дю[рксен] хотел принять предложение немецкой новостной службы, на что Шикеданц заявил, что у Дю[рксен], если он уйдет, возникнут проблемы, ведь он не член партии. Дю[рксен] остался во Внешнеполитическом Ведомстве.

У Внешнеполитического Ведомства не было никаких функций, его не принимали всерьез, тем не менее министерство пропаганды. а позже и Риббентроп боролись с ним. Часто речь заходила о его роспуске. В итоге оно превратилось чуть ли не в придаток ведомства по контролю за общим духовным и мировоззренческим воспитанием НСДАП. Практическое использование начальников отделов и референтов в духовном и политическом партийном обучении. Существенными во Внешнеполитическом Ведомстве были разве что дипломатические приемы, которые Розенберг регулярно устраивал в отеле Адлон. Целью этих приемов было знакомство находящихся в Берлине дипломатов и иностранных журналистов с выдающимися деятелями НСДАП. На них бывал и Геринг. Приемы устраивались раз в несколько месяцев. Число присутствующих – около 150. Приглашения рассылал Розенберг. Приходили и представители советской прессы, почти все они были евреями из ТАСС, Правды и Известий. Бывали и полпреды, но не все. В первые годы (35-36) этим приемам нельзя было отказать в известном влиянии вовне. Когда Риббентроп в 1938-м пришел в министерство иностранных дел, значение этих приемов уменьшилось.
На Подбельски-аллее Розенберг затеял внешнеполитическую школу, которая была организована невзирая на траты и должна была готовить молодое поколение партийцев для дипломатической службы. На открытие приезжал лично Риббентроп. Но впоследствии школу не принимали всерьез. Здесь восточной концепцией занимались особо. Преподавали начальники отделов министерства иностранных дел. Но практически эта школа была холостым выстрелом.

В Англии Розенберг проявил себя не с лучшей стороны. Вообще он был замкнутым и "повернутым" человеком, хотя без сомнения обладал яркими способностями. Речи для партийных съездов он готовил хорошо. Он был ученым. Приятен в обхождении, мягок, как организатор некомпетентен. Он был человеком без пробивных способностей, который тем не менее умел таить в себе злобу и преследовать обидчика, как, к примеру, Геббельса. Это сильно отражалось на его ведомстве. Переписка Розенберга и Геббельса вызывала ужас. Розенберг был бесхребетным человеком, он не вступался за своих людей.
Было ясно, что Геббельс при устройстве своего министерства не оставит без внимания проблему антикоммунистической пропаганды. В 1934 г. был создан отдел Восток под началом д-ра Тауберта. В первое время роль помощника играл там д-р Адольф Э р т23, ранее связанный с церковными вопросами.
Антикоминтерн должен был стать инструментом этой пропаганды. Аппарат состоял из 8-10 референтов на полной ставке.
Институт исследования Советского Собза был основан уже во времена договора о ненападении, Антикоминтерн тогда был закрыт. Они выпускали журнал "Aktion" (редактор: Видеманн24)
[на этом текст обрывается]


1 - Peter von Glasenapp "Bericht über mein Leben", IfZ ZS A-3/1, перевод мой
2 - Петр Владимирович Глазенап (1882 - 1951) - Генерал-лейтенант. Окончил Первый Московский кадетский корпус, Николаевское кавалерийское училище, Офицерскую кавалерийскую школу. Работал в этой школе инструктором. Участник мировой и Гражданской войн, двух Кубанских походов. Генерал-губернатор Петрограда, затем оккупированных Северо-Западной армией областей.
В 1920 вместе с генералом Н.Н. Юденичем прибыл в Лондон, оттуда в Париж. Занимался поисками во Франции средств для создания новых формирований для борьбы против большевиков. Предложил французскому военному министру план создания подобной армии в Венгрии. К началу 1921 организовал в Будапеште Русский контрреволюционный легион, был его комендантом. В 1922 переехал в Германию, в 1925 в Данциг. После второй мировой войны обосновался в Мюнхене, возглавил Союз Андреевского флага. (Источник)
3 - о роли Херре в подготовке книги Ю.Торвальда см. "сильно помогли в финансовом плане"
4 - об Ойгене Дюрксене см. "зыков: немецкий взгляд"
5 - эта информация, очевидно, приводится со слов самого Глазенапа, поскольку практически дословно совпадает с отрывком из его письма И.Солоневичу («Часовой», №303, декабрь 1950г.):
Летом 1941 года ко мне обратилось германское ОКВ в лице ген.-фельдм. Кейтеля с предложением об использовании русских в борьбе против большевизма. Я поставил условием создание русской армии и национального российского правительства. Когда мне было сообщено, что эти мои условия приняты быть не могут, я написал Кейтелю письмо, в котором отказывался от участия в войне против Советов на иных условиях и высказывал уверенность в том, что ведя войну против России иными методами немцы ее проиграют
6 - комментарий Херре на полях: [нрзб] автобиографию Глазенапа, которая также содержит комментарий о ставропольских событиях и пр.. Очевидно, речь идет как раз о предшествующем документе.
7 - Андрей Николаевич Ливицкий (1879-1954) – украинский политик, глава Директории УНР после убийства Петлюры, его сын Николай Андреевич Ливицкий (1907-1989) – политик и журналист.
8 - Александр Александрович Севрюк (1893-1941) – украинский общественный и политический деятель
9 - Петро Кожевникив ( ?-1980) – основатель Союза Украинских Фашистов (1925), в 1929-м член провода ОУН, из которой был затем исключен. После войны в советских тюрьмах и лагерях. В конце жизни возвратился в Германию. См. подробнее.
10 - Эберхард Тауберт (1907-1976) – начальник восточного отдела министерства пропаганды
11 - Хилал Мюнши (1899 - 1994) – азербайджанский публицист, один из лидеров азербайджанской эмиграции в Германии.
12 - комментарий Херре на полях: [нрзб] Артур В. Юст в своей книге о России смеется над этим "источником". Лейббрандт тогда интересовался его мнением, насколько я могу припомнить. Вероятно, речь идет о книге "Russland in Europa. Gedanken zum Ostproblem der abendländischen Welt" (1949)
13 - Александр Никурадзе (1900-1981) - немецкий физик и геополитик грузинского происхождения, после прихода к власти нацистов тесно сотрудничал с А.Розенбергом
14 - комментарий Херре на полях: Кажется, он назывался "Континентальная Европа" или что-то в этом роде.
15 - о Петере Клейсте (1904-1971) см "клаус или сотворение мира за восемь дней"
16 - Отто Гетч (1876-1946) - немецкий историк, публицист и политик, нацисты считали его воззрения пробольшевистскими.
17 - Герман Грайфе (1902-1945) - род. в Москве, член НСДАП с 1932 г., член СС с 1938г., один из главных нацистских советологов, автор книг "Zwangsarbeit in der Sowjetunion" (1937), "Ist eine Entwicklung der Sowjetunion zum nationalen Staat möglich?" (1939), "Bolschewismus und Staat" (1942)
18 - Ганс Юберсбергер (1877-1962) - немецкий историк.
19 - Клаус Менерт (1906-1980) - немецкий политический журналист и публицист.
20 - Вернер Маркерт (1905-1965) - немецкий историк и советолог.
21 - о Харальде Зиверте см. "особенная стать или вопросы финансирования"
22 - Эрвин Кнауэр (1907-?) был уволен Розенбергом с поста управделами Внешнеполитического Ведомства в начале 1938г.
23 - Адольф Эрт (1902-1975) - руководитель Антикоминтерна с 1933 по 1937гг. См. подробнее.
24 - о Мелитте Видеманн см. "ее борьба"
Tags: бискупский, глазенап, деспотули, документы: IfZ, никурадзе, розенберг
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 21 comments