Игорь Петров (labas) wrote,
Игорь Петров
labas

Categories:

зыковиана (2)


1.2. Из интервью для "Harvard Project on the Soviet Social System" (1951)

Решающую роль в создании русской организации в Германии сыграл Зыков, писавший немецкому правительству письма с предложениями учредить подобный комитет. Я хорошо знал Зыкова и в то время недооценивал его. Сейчас мне представляется, что он был ведущей фигурой всего движения. Он был достаточно искусен, чтобы оставаться в тени, поэтому многие никогда не слышали о нем. До своего исчезновения именно он писал речи Власову. После (июля 1944-го) Власов воздерживался от частых выступлений или говорил банальности. Власов не особо пекся о Зыкове, злословил за его спиной, но «подчинялся» ему. Можно предположить, что Власов приложил руку к его исчезновению.

Впервые я встретил Зыкова в редакции московских «Известий», тогда он был одним из заместителей Бухарина. Он происходил из семьи интеллигентов, социал-демократов по убеждениям, его отец любил политические дебаты и в целом придерживался либеральных взглядов. Зыков получил образование в духе «легального марксизма». Истории о его приключениях во время гражданской войны, которые он любил рассказывать, подвыпив, казались мне сомнительными. Потом он стал журналистом и преподавал в институте Герцена. Потом он был редактором в Ташкенте, молодой смышленный парень, разделявший взгляды «правой оппозиции». Его отправили в Магадан. Когда он вернулся, разразилась война, и он попал на фронт младшим политруком. Когда его взяли в плен, он написал то самое знаменитое письмо Геббельсу и через несколько дней был вызван в Берлин. Удивительно, что в отличие от множества других писем его письмо произвело немедленный эффект.

На Шлиффенуфер 7 в Берлине располагался спецлагерь для военнопленных всех национальностей, представлявших интерес для ОКВ. Именно там я встретил Зыкова в июле или августе 1942 г. Он немедленно выдвинулся на первые роли. С самого начала, в основном из-за его наружности, в нем подозревали еврея. Тем не менее он быстро добивался своего.

Первые усилия по формированию русского движения предпринял военный юрист Мальцев, который организовал из военнопленных Трудовую Национальную Партию, строго нацистскую организацию. Его поддержало несколько генералов. К примеру, генерал Благовещенский входил в центральный комитет партии... Мальцев служил немцам, помогая выявлять среди военнопленных евреев и политработников. Зыков, когда он добился некоторого влияния, немедленно упек Мальцева в концлагерь (некоторые видели в этом косвенное доказательство еврейского происхождения Зыкова).

Зыков пришел к «власти» до Власова. На Викторияштрассе сидели два человека, сочинявших примитивные листовки для ОКВ. Оба были настроены просоветски и взялись за эту работу, лишь чтобы получить теплое местечко. Очевидно благодаря кому-то из белоэмигрантов однажды они ушли с работы и больше не вернулись. Их заменила команда Зыкова: Зыков, Ножин, Малышкин, Благовещенский, Головин (и его брат), Ильинский. По его инициативе прислали несколько человек из Вульхайде. Потом подтянулось молодое поколение. Главную роль во всем играли Зыков и Штрик-Штрикфельд...

Зыков искренне служил тому делу, которое считал верным. Он продолжал числить себя правым оппозиционером. Но, конечно, он трудился и ради спасения собственной шкуры. Зыков настаивал на исключении из наших публикаций всех пронемецких и антисемитских материалов... После 33-го номера полковник Мартин, возглавлявший в ОКВ отдел [анти]советской пропаганды, интеллигентный и тактичный человек, но без четкой собственной позиции, вызвал нас к себе и возбужденно начал обвинять в измене. Он стучал кулаком по столу и угрожающе жестикулировал. Не понимавший по-немецки Зыков спросил Ножина: «Что он говорит?» Тот ответил: «Ругается». «Скажи ему», попросил Зыков, «что я тоже умею стучать кулаком по столу». И Зыков тоже начал махать руками. Мартин остолбенел и опустился на стул. Через несколько минут Зыков растолковал ему, что если бы мы были советскими агентами, то не нарывались бы на неприятности, продолжая гнуть собственную линию, а незамедлительно выполняли бы немецкие приказы. В конце концов Мартин сказал, что у него на руках список наших имен и что мы должны быть арестованы. Он пообещал попробовать спасти ситуацию... Злым гением всего предприятия был капитан Гроте, который считал всех нас предателями и требовал закрыть нашу лавочку.

Следующей нашей задачей стало превращение редакции с сопутствующим персоналом в движение, которое было бы чем-то большим, чем гольная пропаганда. Мы начали с образования «Смоленского Комитета», который не был ни комитетом, ни смоленским. Декларация этого комитета, содержавшая «13 пунктов», была написана Зыковым и подписана Власовым. Она должны была распространяться исключительно на советской территории, не затрагивая занятые немцами области СССР. Как-то (я не знаю точно, как) Зыков убедил немецких летчиков «потерять ориентировку в тумане» и сбросить листовки и пачки «Добровольца» и «Зари» над оккупированной территорией. Зыков был счастлив, выходя тем вечером из кино, он сказал мне: «Чертик вырвался из бутылки». Это было в феврале 1943-го. И затем немцы отступились от требования направлять пропагандистские усилия только на советскую территорию и начали вести пропаганду и в оккупированных областях.
Третьим человеком, сотрудничавшим с Зыковым и Штрикфельдом, была имевшая большое влияние г-жа Видеманн, бывший редактор «Aktion». Она считала Зыкова своим главным протеже. Они встречались у Штрикфельдов.

Различными путями мы пытались обойти немецкие политические директивы. «Заря» и «Доброволец» публиковали оттиски перехваченных писем советских граждан. К примеру, девушка пишет своему жениху-солдату, не выбирая выражений. Мы публиковали выдержки из письма как текст; но оттиск (который в отличие от текста цензор не проверял) содержал такие обороты как «эти чертовы немцы» и пр. Зыков говорил, что это должно показать, что мы вступили в «брак по расчету». Зыков любил объяснять мне свою стратегию: антисоветские силы должны сотрудничать с любым, кто в данный момент является непосредственным врагом советского режима. Если же немцы будут выбиты с советской территории мы должны переключиться и начать поддерживать англичан или еще кого-нибудь...

После 33-го выпуска в каждом номере принудительно появлялись одна пронемецкая и одна антиеврейская статья. Позже стали требовать и антибританские материалы, но вскоре Гроте, не стесняясь в выражениях, напал на нас и обвинил в «дискредетации» антибританской программы. С тех пор нам пришлось действовать более осмотрительно.
Популярность газеты заметно упала после 33-го выпуска. В узком кругу мы довольно резко обсуждали вопрос: не должны ли мы закрыться и вернуться в лагеря для военнопленных. Зыков убедил нас, что необходимо продолжать, лучше делать что-то, чем ничего. Возможно, то, что я слишком легко поддался аргументам Зыкова, было ошибкой...

Однажды, где-то летом 1943-го, нам сообщили, что нашу контору в Дабендорфе посетит Розенберг. Все были в восторге. Благовещенский кланялся, шаркал ножкой и никак не мог снять перчатку, чтобы пожать руку, омерзительное зрелище. Но Зыков вел себя весьма достойно. Наша контора располагалась в бараке. Зыков приветствовал Розенберга как равного. Розенберга окружали суровые эсэсовцы, мы стояли за Зыковым. Зыков обратился к нему «господин государственный министр», иронически подчеркивая титул. Зыков настаивал на «13 пунктах» и говорил с Розенбергом вполне откровенно. Даже «Волошин», который недолюбливал Зыкова позже отметил его смелость. Первым адьютантом Зыкова был Ковальчук, вторым - Самыгин...
Кое-кто из НТСовцев служил в гестапо. Я знаю, что этот вопрос оживленно дискутировался в их кругу. Правда то, что они предостерегали и спасли некоторых, кому со стороны гестапо грозил арест. Некоторые из них заплатили своей жизнью - Вергун, Кеппен и др. Среди них были идеалисты. Зыков считал их романтиками, потерявшими чувство меры, в политическом отношении несерьезными фигурами...
В «Винете» работало много русских. До Зыкова их работа была безграмотной дешевкой, услужением немцам. Мы пытались уменьшить их влияние. Мы получали от них множество пропагандистских материалов, но относились к нем отрицательно. Немцы в «Винете» не доверяли своим собственным русским работникам. Зыков послал меня в «Винету» на переговоры. Я сказал, что их пропаганда слишком груба, но они отвечали: «А что вы хотите? Разве Сталин не бандит?»...
У Зыкова были хорошие связи с Антикоминтерном. Заправлял там старый эмигрант, фон Домбровский. После знакомства с Зыковым и особенно после немецких поражений, его политические взгляды заметно пошатнулись...

В целом советские беженцы не имели антисемитских настроений. Национальный вопрос как таковой никогда не ставился. Группу Зыкова можно считать воинственно анти-антисемитской.

Когда в "Заре" утвердилась новая редакция, Зыков и его команда должны были отправиться в Польшу. В первой партии на вокзале обнаружились все кроме Зыкова. Поезд уехал без него. Зыков остался в Рангсдорфе под Берлином по соседству с жилищем Штрикфельда. С ним были Ножин и зыковская «супруга», сербка, которую звали Евгения Петровна Андрич. В отличие от многих Зыков был преданным супругом, хотя его жена была та еще особа.
Зыкова вызвали по телефону в трактир по соседству. Он взял с собой Ножина, служившего переводчиком (мне об этом рассказал Ковальчук, который был в курсе немецкого расследования). По дороге Зыкова остановил автомобиль, в котором сидело двое. Один был немцем, второй очевидно нет, хотя и хорошо говорил по-немецки. Случился громкий спор, но в итоге Зыков и Ножин сели в машину и уехали. Позже немцы обнаружили, что следы шин ведут в лес , а затем возвращаются на дорогу. Зондерфюрер Шаберт, бывший лютеранский священник, работавший в абвере, один из самых придирчивых цензоров, спросил меня, как я объясню исчезновение Зыкова. Я ответил, что уверен в том, что его забрало гестапо. В нашем кругу эта версия преобладала. Ковальчук и [?] просили г-жу Видеманн помочь спасти Зыкова, и она обещала: «Если он еще жив, я спасу его». Возможно, немцы нашли доказательство его еврейского происхождения, возможно, им были не по душе его полумарксистские настроения. Позже один русский рассказывал о разговоре с двумя пьяными эсэсовцами, которые утверждали, что Зыкова убили на Александерплац.

После исчезновения Зыкова русское движение потеряло внутреннюю сплоченность... Многие власовцы жаловались, что без оглядки на членов НТС они не могли пробиться на руководящие роли в движении. В 1944-м, хотя в движении и существовали различные мнения, личность Зыкова была чересчур весома, чтобы допустить выход на передний план взглядов, противоречащих его. За его спиной люди могли оскорблять Зыкова («жид»), но никто не выступал открыто.

Перевод с английского мой.
Благодарю за оцифровку интервью HPSSS


1.3. Из книги "Как это началось" (статьи в газете «Голос народа»: 1952, публикация отдельной брошюрой: 1970)

Нас было в комнате 11 человек. Теперь в живых осталось трое. Погибли все по разному: кто в пути, во время бомбежки, кто на Восточном фронте, кто на Западном. Один пал славной смертью на поле боя, командуя батареей. Другие бесследно исчезли в застенках Гестапо или были казнены советами... Во всяком случае все погибли за одно дело.
Комната была не совсем обычная, находилось она в одном из особняков на Викторияштрассе в Берлине. В этой комнате были сделаны первые номера «Зари», «Добровольца“ и газеты «Боевой Путь», предназначенной для сбрасывания по ту сторону фронта... Были в этом же доме другие комнаты, и жили в них другие люди, имена которых стали теперь известны всему миру. Было их шесть человек. Если из нас трое все же уцелело, то из них не спасся никто. Это были генералы Власов, Жиленков, Малышкин и Благовещенский, а также главный редактор всей власовской прессы в то время Мелентий Зыков и его секретарь Ножин.
Первоначально власовское движение было задумана немцами, как чисто пропагандная акция. Это было то, что теперь принято называть холодной войной или психологической стратегией... Рабочий аппарат для новой акции подбирал Зыков. Стоит ли говорить о том, что, несмотря на голодное содержание в лагерях военнопленных, никто не хотел стать на положение кондотьера и не соглашался на участие в беспринципной пропагандной авантюре. К заверениям Зыкова о том, что это только начало самостоятельного национального и политического движения, относились скептически, но только до определенного момента. Зыков был опытным в политике человеком и главный козырь приберегал к концу. Когда он сообщал, что речь идет о деле, которое возглавляет герой обороны Москвы генерал Власов, положение, понятно, менялось.

... Свою большую речь генерал Власов закончил анализом военной и политической обстановки.
- Меня часто спрашивают, кто выйдет из этой войны победителем. На этот вопрос я могу ответить совершенно точно: победит тот, то сделает меньше политических, военных и хозяйственных ошибок.
Эта часть его речи была не совсем ясна для многих из нас, в том числе и для меня. Свои сомнения по этому поводу я высказал в тот же вечер Зыкову.
- Вы неправильно поняли генерала. - сказал он. - Сейчас время для прямых заявлений несколько неудачное. Мало иметь уши, надо иметь еще и голову, чтобы не только слышать, но и понимать. Мы заключаем с Германией брак не по любви, а по расчету. Точнее мы видим в немецких вооруженных силах единственный реальный шанс, с помощью которого мы сможем изменить политический порядок на нашей Родине. Если завтра весы военного счастья качнутся в сторону Англии, мы будем работать с англичанами и ориентироваться на Англию, с которой нам вообще по многим причинам больше по пути, чем с Германией.
Когда я попытался поставить точки над и, Зыков остановил меня и холодно заметил, что по его мнению, он сказал достаточно.
Воспитанные на диалектическом и историческом материализме мы не мыслили себе общественной организации без теоретической, философской базы. Нам казалось, что такая философская база должна быть и у немецкого национал-социализма... С этими наболевшими вопросами обратились мы в то время к Зыкову, человеку, возглавлявшему власовскую прессу. Зыков был подлинным начальником штаба идеологической войны. Работал он как начальник штаба в армии, оставаясь в тени, и неутомимо облекая в конкретные формы идеи командующего...
- Вы спрашиваете, какая у них идеология? - переспросил он. - Как бы это вам в популярной форме объяснить. Я могу ответить одной поучительной историей, которую прочел в детстве. Некий древнеегипетский жрец, умирая, должен был передать религиозные тайны своему ученику. Последний робел н боялся этого момента. Когда же час настал, старый жрец объявил, что тайна заключачется в том, что никакой тайны нет. Нет у них, нацистов, никакой идеологии в современном смысле этого слова! Это кучка безграмотных авантюристов, захватившая власть, и, как это не прискорбно, это дорого обойдется немецкому народу. Впрочем . . . вот можете почитать: это бред Розенберга на съезде в Нюрнберге. Можете и не читать: тоже ничего не потеряете...

„Правый уклон" был широким политическим движением, борьбой за демократические свободы, в котором приняли участие десятки миллионов людей из всех общественных классов, особенно из крестьян... Мы не являемся ни правыми уклонистами, ни бухаринцами, но многие пункты, за которые боролись правые, стоят и в нашей программе, многие бывшие правые стали власовцами,
даже вождями этого движения. Самым значительным из них является бывший сотрудник Бухарина, руководитель власовской прессы, Мелентий Зыков. Близко к правой оппозиции стояли в СССР генералы Благовещенский и особенно Малышкин и Жиленков.

1.4. Из книги "Communist Party Officials: a Group of Portraits" (1954)

Мелетий Александрович Зыков является одной из интереснейших фигур антисоветского движения. О нем существует довольно разнообразная литература. Здесь мы дадим краткую сводку того, что нам известно об этом человеке.

Чтобы вкратце охарактеризовать его личность, скажем, что в России он был одним из преподавателей литературного института в Доме Герцена при группкоме советских писателей, потом близко стоял к Бухарину и был его заместителем в редакции газеты Известия . Несколько лет провел в концлагере в Магадане, во время войны был комиссаром одной из частей Красной армии и, попав в плен, выступил как организатор и фактический создатель так называемого Власовского движения.
Лично я встречал Зыкова еще в Советском Союзе в редакции газеты Известия, но в то время не обратил на него внимания.
Отрывочные биографические сведения о личности Зыкова известны мне, главным образом, с его слов. Зыков родился в Екатеринославе в семье интеллигента социал-демократа. Как мне позже рассказала госпожа Видеман, близко стоявшая к власовскому движению в 1943-44 гг., Зыков будто-бы признавался ей, что он по национальности на половину еврей.
Это заявление проливает некоторый свет на бесплодную, но в гитлеровские времена весьма острую дискуссию о происхождении Зыкова. С первых дней революции Зыков пошел на фронт в качестве добровольца Красной армии. По его собственному заявлению, он был еще политически не зрел в то время и сражаясь за завоевания октябрьской революции думал, что он защищает достижения февраля.
Свое политическое мировоззрение Зыков достаточно хорошо сформулировал в начальный период власовского движения, т.е. осенью и зимой 1942-43 гг, когда приходилось вырабатывать основные принципы.
- Мы боремся, - писал он, - за достижения народной революции, шаг за шагом отнятые большевиками. Можно ли сказать, что Зыков целиком стоял на позициях февральской революции и отвергал октябрьскую? Этого сказать нельзя. Зыков считал, что основные завоевания сделаны в феврале 1917г. но не отрицал некоторой положительной роли октябрьской революции и даже последующего периода советского строительства (например, НЭП). Кроме того Зыков считал неверным тактически абсолютное отрицание положительной роли октябрьской революции. В многочисленных беседах с сотрудниками газеты Заря, Зыков неоднократно высказывал следующую точку зрения: - Так или иначе, нужно считаться с тем, что советский строи создал несколько поколении людей, которые хотят строить жизнь по- новому и по-своему. Незачем навязывать им старые образцы вроде монархии. А отрицательные стороны большевизма они и сами видят. Какие формы примет новый политический строй в России сказать трудно. Во всяком случае его должны выработать люди нашего поколения. Лично мне кажется, что в основу его лягут некоторые принципы правой оппозиции, я представляю себе экономический строй будущей России, как улучшенную редакцию НЭПа. Свобода частного капитала и частной инициативы, но до известного предела и под контролем государства. Назовите это, если хотите организованным капитализмом. Не в словах дело. Единственный приемлемый для меня политический строй - демократическая республика. Эту конечную цель мы не можем теперь выставлять на первый план, иногда вынуждены даже скрывать, но я надеюсь, что все мы думаем одинаково.

Интересно соображение Зыкова о реальности предлагаемой им экономической программы. (Излагать все взгляды Зыкова экономические и политические подробно следовало бы, но в настоящей работе невозможно из-за недостатка места. Поэтому мы ограничимся только некоторыми общими замечаниями).
- Не нужно думать, что получив в руки власть, мы автоматически сможем обеспечить безбедное существование населения. Надо считаться с тем, что мы встретимся с огромным числом самых разнообразных трудностей. Я буду считать нашу цель достигнутой, если на первых порах нашей политикой будут довольны 60 % населения. Из этого скромного стремления я исхожу, при разработке конкретных мероприятий.
Многие из мыслей Зыкова не потеряли своего значения и сейчас. Мне даже кажется, что русские эмигрантские политические организации могли бы принять их, если не к руководству, то хотя бы к сведению. Возьмем, например, такой жгучий вопрос, как национальный, на котором споткнулись многие партии на совещании в Тегернзее летом 1953г. Вот образец рассуждения Зыкова по этому поводу:
- Вы меня спрашиваете: как быть с самоопределением народов? Безусловно, мы должны предоставить всем народам, всем без исключения полную свободу самоопределения. Это вас не устраивает, так как болезненно бьёт по вашему национальному чувству. Вы привыкли видеть Россию огромной могущественной страной, пусть даже за счет благосостояния других народов. Вы не монете примириться с ощипанной Россией. Я тоже. До сих пор мы мыслим одинаково, но дальше из того же самого делаем совершенно различные практические выводы. Не следует забывать, что в борьбе с большевизмом и в содружестве народов России русский народ имеет все шансы занять ведущее положение . Но шансы это еще, выражаясь диалектически, не действительность, а только возможность. Так вот эту возможность надо превратить в действительность. За это надо бороться. Вот в чем прежде всего состоит основная задача нас русских. Я сам мечтаю о Российской федерации на манер Соединенных Штатов или лучше сказать, на манер Британской империи. Мало того, что я мечтаю, я предполагаю бороться за это всеми доступными мне средствами. –
Тут Зыков понизил голос и продолжал:
- Но средства средствам рознь. Я имею в виду демократические средства, а не средства принуждения. Не нужно забывать, что мы боремся за свободу, а не против неё. Иначе вся наша кутерьма ни к чему.

В 194Зг. было очень много споров о возможной форме правления в первый период после захвата власти. Большинство генералов, Благовещенский, Малышкин и сам Власов склонялись к диктатуре. Зыков отвечал на этот вопрос следующим образом
- Тяжелые периоды в истории государства всегда требуют централизации руководства. Однако, от этого до диктатуры одного лица еще очень далеко. И Соединенные Штаты и Англия централизовали свое руководство в борьбе с Германией, но не перестали от этого быть демократическими государствами . Ходить бывает скользко по камушкам иным. Обратимся лучше к истории. Национальный конвент, Великая французская революция. Как будто классический пример. Почему бы нам не поучиться у французов подчинить все силы страны одной цели, не подменяя голоса народа голосами вождей. Вы скажете: а Наполеон! Прекрасно! По крайней мере мы знаем чего следует опасаться. Кстати, по линии бонапартизма идет мысль некоторых военных и у нас. Будет очень жалко, если Андрей Андреевич (Власов) когда нибудь станет на эту точку зрения.
Часто мысли Зыкова были смелыми, даже дерзкими.
- Главное не давать себя гипнотизировать никакими образцами, никакими готовыми рецептами. Монархизм, национал-социализм, фашизм, фалангизм, я извиняюсь за выражение, солидаризм и т.д. Сами с усами! Не боги горшки обжигали. Разберемся и мы как-нибудь в вопросах общественного устройства. Главы современных государств тоже не кончали специальных университетов по управлению народами. Важно не танцовать от каких то догм. В политике нет аксиом. Там все истины нуждаются в доказательствах и притом не в кабинетных, а в практических. Кроме того политические теоремы доказываются весьма трудно.
С отношением Зыкова к философии, вероятно, многие не согласятся, но я приведу его, чтобы дать полную картину этого человека.
- Я не специалист в этой области. Но философия не есть область только специалистов. Каждый человек философ, даже если он не только не имеет высшего образования, а вообще не умеет ни читать, ни писать. Это надо понимать в том смысле, что каждый вырабатывает свое собственное отношение к внешнему миру. Наши отношения к внешнему миру и есть, собственно, то, что обозначается словом личность. Из тех систем, с которыми мне удалось познакомиться, мне больше всего импонирует диалектический материализм. Я имею в виду не официальную доктрину и не деборинскую диалектику, а ту систему взглядов, которую защищают наши механисты. Я чувствую, а иногда и вижу недостатки и этой системы. Она страдает известным упрощенчеством, вульгаризацией некоторых явлений и т.д., но всё же я считаю эту систему наиболее совершенной из тех, с которыми я знаком.

В личной жизни Зыков был человеком уравновешенным. Он мог подолгу объяснять своим подчиненным их заблуждения. Он обладал большим терпением и имел удивительный дар убеждать людей. Логику его доводов невозможно было разбить. Зыков признавал спор только как спокойный обмен аргументами. Когда он замечал, что его собеседник уже составил свое мнение и согласен защищать его любыми средствами, Зыков прекращал спор или даже выходил из себя.
- Пойдите и продумайте вопрос сначала для себя. Потом продолжим разговор, - говорил он. Зыков был хорошим семьянином. В смысле женщин он был весьма постоянен в своих привязанностях и сохранял верность своей жене, старой эмигрантке из Югославки. Какие-либо легкомысленные похождения были не в его духе . Был он умерен и в других своих потребностях. Он курил с удовольствием, но не больше, чем всякий средний курильщик. Не отказывался от выпивки, но и не предавался излишествам. К еде был равнодушен. С удовольствием и весьма рискованно играл в покер, но картежником не был. На деятельности Зыкова во власовском движении я не хочу останавливаться подробно. Это заняло бы слишком много места. В конце концов нас интересуют не биографические детали, а строй мыслей этого человека. Работая с немцами , Зыков открыто заявлял всем, что это брак не по любви, а по расчету.
- Если борьба немцев с советами пойдет неуспешно, мы должны будем начать ориентироваться на Англию, - говорил он близким друзьям. - Нам с немцами не детей крестить. Мы только вынуждены воспользоваться их вооруженными силами для свержения большевизма, потому что другой реальной силы для этого сейчас в Европе нет. Вынужденные обстоятельствами демократические страны должны были пойти на временное соглашение с советами.
В качестве примера и оправдания своей совместной работы с немцами Зыков любил приводить деятельность Ивана Калиты:
- Ведь Иван Калита для собирания Земли русской не брезговал поклониться татарам, использовал их вооруженную силу в русских междоусобицах. Казалось бы действовал довольно подло, выдавая своих противников татарам, даже клевеща на них, а ведь с него то и началась настоящая русская государственность. Умный был мужик. Хитрый. Изворотливый и злой. Вот еще Талейран и Макиавелли. Это люди, у которых следует многому поучиться . Понятное дело, что с такими мыслями Зыкову было трудно работать с немцами в то время. Его конец был неизбежным. Роковым образом он был ускорен его собственными товарищами, и понимавшими его или относящимися к нему враждебно. Генерал Благовещенский говорил прямо :
- Дело освобождения русского народа не должно находиться в жидовских руках.
Когда мы спрашивали его, почему он считает Зыкова за еврея, он отвечал:
- Если вы все ослепли, то я еще нет. Посмотрите на него и на его поступки.
Прямых обвинений Зыкова в еврейском происхождении от Власова я не слышал. Но Власов ненавидел Зыкова лютой ненавистью. Причина этой ненависти заключалась в том, что Власов, задуманный и созданный Зыковым, пожелал играть самостоятельную роль. Летом 1944 г. Гестапо разыграло комедию похищения Зыкова. Теперь можно считать установленным, что похитителями Зыкова были не сотрудники НКВД и тем более не агенты Интеллидженс Сервис, а сами гестаповцы. Желая обезопасить себя и обезглавить власовское движение гитлеровцы со своей стороны поступили правильно. Они достигли того, что движение в значительной мере утратило свою самостоятельность и его стало легче направлять в нужное русло. Подобного эффекта, конечно, нельзя было бы достигнуть даже уничтожением десяти власовских генералов.

Благодарю за оцифровку книги GoogleBooks
Tags: зыковиана, самыгин
Subscribe

  • возвращая лица (выпуски 1 - 22)

    В соавторстве с Олегом Бэйдой. Еще одна серия публикаций из фейсбука. В самом фейсбуке найти что-то с каждым днем все затруднительнее, поэтому…

  • зыковиана (15)

    Несмотря на то, что нам удалось, наконец, ответить на главный вопрос жизни, вселенной и всего такого, в биографии М.А.Зыкова все еще остается немало…

  • следователь гестапо по русским делам (2)

    начало Впрочем, Дедио посещал Париж и до лета 1942 г. В частности, об этом после войны вспоминал И.В.Завадский-Краснопольский 23: 12.12.1940 я…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 15 comments

  • возвращая лица (выпуски 1 - 22)

    В соавторстве с Олегом Бэйдой. Еще одна серия публикаций из фейсбука. В самом фейсбуке найти что-то с каждым днем все затруднительнее, поэтому…

  • зыковиана (15)

    Несмотря на то, что нам удалось, наконец, ответить на главный вопрос жизни, вселенной и всего такого, в биографии М.А.Зыкова все еще остается немало…

  • следователь гестапо по русским делам (2)

    начало Впрочем, Дедио посещал Париж и до лета 1942 г. В частности, об этом после войны вспоминал И.В.Завадский-Краснопольский 23: 12.12.1940 я…