?

Log in

No account? Create an account
Игорь Петров Below are 20 entries, after skipping 20 most recent ones in the "Игорь Петров" journal:

[<< Previous 20 entries -- Next 20 entries >>]

13.01.2018
13:35

[Link]

от коричневых к зеленым: штрихи к портрету мелитты видеман
В мемуарах советского разведчика Анатолия Гуревича наткнулся на любопытный пассаж (дело происходит в начале апреля 1945 г.):
Однажды нам навстречу попалась уже немолодая немка. Оказывается, она была хорошо знакома с Паннвицем. Мы провели целый день вместе. Она возглавляла геббельсовский журнал «Актьон». Должен признаться, что эта встреча осталась у меня в памяти, видимо, до конца моей жизни. Мы познакомились. Я запомнил ее фамилию – Видеман. Из разговора я мог понять, что она дочь бывшего в царской России посла Германии. Именно поэтому владела неплохо и русским языком. Правда, ее отец был переведен на работу, сейчас уже точно не помню, то ли в Иран, то ли в Афганистан. Одно время она целиком и полностью поддерживала идеологию и политику гитлеровской Германии, но постепенно изменила свои взгляды, и, возможно, это было замечено Геббельсом и его окружением. Именно поэтому она оказалась на нелегальном положении, то есть пряталась от возможного преследования. Ей повезло, в это время уже у полиции, да и у гестапо было слишком много других забот, чем розыск мадам Видеман.
Мне казалось, что Паннвиц уже до нашей встречи с мадам Видеман чем-то ей помог, чтобы избежать преследования не только со стороны Риббентропа, но и гестапо. Во всяком случае, они во время нашей совместной встречи держались очень дружелюбно. Мне даже показалось, что у них появилось отрицательное отношение к гитлеризму. Чувствовалось и то, что они расставались по-дружески и не надеялись на новую встречу.

Это в некотором смысле эпилог к истории с многочисленными обращениями, которые Мелитта Видеман направляла Гиммлеру и его секретарю Брандту, пока в октябре 1944 г. начальник главного управления СС обергруппенфюрер Готтлоб Бергер не пресек эту деятельность радикально:
...в приложении возвращаю оба письма госпожи Видеман. Невероятно, как женщина ставит всё с ног на голову. Если она где-то появляется, жди беды.
1. Она состоит в связи с русским офицером.
2. Она неделями пыталась добиться разговора с Власовым, наконец, она поймала его на прогулке и втолковала помимо прочего, что сотрудничество с главным управлением СС не должно его устраивать, единственным его партнером по переговорам должен быть рейхсфюрер СС. Кроме того она так разукрасила перед ним наши отделы, что сделала почти невозможной дальнейшую работу с Власовым.
Тогда я позвонил группенфюреру СС Мюллеру, который дал приказ об аресте госпожи Видеман.
Благодаря заступничеству друзей через некоторое время из-под ареста ее выпустили, тогда и случился описанный Гуревичем эпизод. Впоследствии Хайнц Паннвиц утверждал, что идея посеять раздор между союзниками, для чего он якобы и отправился в Москву, родилась именно в разговорах с Видеман.
Read more...Collapse )

Tags: ,

Leave a comment

12.01.2018
12:44

[Link]

трагическая история одной игры в наперстки
Дав месяц назад в фейсбуке ссылку на этот материал, я сопроводил ее риторическим вопросом, как же теперь западные, в частности, немецкие мэйнстримные масс-медиа будут утилизировать тот прискорбный факт, что Океания что-то все-таки обещала Евразии.

Ответ был немного предсказуем: никак. Поиск по гугльньюс на "Оsterweiterung" дает разве что статью в NZZ, автора которой вновь опубликованные материалы "не убеждают". Бэкграунд, надо сказать, объясняет некоторую подслеповатость автора.
Впрочем, Цюрих находится за пределами Германии. Немецкие же СМИ решительно и сплоченно... молчат. И действительно, их можно понять: уже освоены бюджеты, снят целый фильм, автор которого прямо заявлял: "Der Wortbruch ist eine Legende" ("нарушение данного слова это легенда"), что ж теперь воду мутить.

В отличие от них в оппозиционных российских СМИ какая-то реакция была, например, статья на Republic, что Запад "не обманул, а переиграл Горбачева". Аргументация автора не столь интересна (она сводится к известному анекдоту "Во-первых, не брала, во-вторых, вернула целым, в-третьих, он уже был разбит"), сколь его личность. Судя по всему, именно его в 2001 г. отозвали из США в связи с тогдашним шпионским скандалом. Спецслужбы США подозревали его тогда в работе на российскую разведку.

Понятно, что прошло 15 лет, и этого более чем достаточно, чтобы вырасти из свитера Дзержинского превратиться из Савла в Павла. Но этот случай помог мне вербализовать ощущение, которое у меня возникает при чтении чуть не половины статей в оппозиционных российских СМИ: человек, переобувшийся в прыжке, рассказывает безногим о прелестях хождения босиком.

(ссылка на Republic via alwin)

Tags:

82 comments | Leave a comment

07.01.2018
13:44

[Link]

хайнц паннвиц: дорога в москву (II)
Первая часть

Беседы с АБАКУМОВЫМ, 7-8 июня 1945 года.
8. Кроме генералов, сидевших на оттоманке, и АБАКУМОВА в комнате находились мой первый охранник подполковник СОКОЛОВ,31 и переводчик капитан К., чье полное имя я никогда не узнал. Переводчик был евреем и служил в 1933 году в советском посольстве в Берлине. Он говорил на немецком как на родном, лишь с легким балтийским акцентом. Переводчик задавал мне вопросы.
Вопрос: "Генерал-полковник хотел бы узнать, кто Вы".
По званию ( генерал-полковник) я предположил, что этот человек АБАКУМОВ. Но когда я назвал свое настоящее имя, звание и должность, они по-прежнему пребывали в неведении.
Вопрос: "Генерал-полковник спрашивает, являетесь ли Вы главой гестапо во Франции или мы Вас неправильно поняли?".
Я детально объяснил суть "Зондеркоманды Красная капелла", рассказал, каковы были ее функции и как шла двойная игра против Москвы с участием советских агентов.
Тут же резкий вопрос: "Как долго?" (относительно двойной игры)
Я ответил: "Более двух с половиной лет". АБАКУМОВ с удивленным видом посмотрел на двух генералов. Генералы побледнели и безучастно смотрели прямо перед собой. Затем АБАКУМОВ задал некоторое число второстепенных вопросов типа "КЕНТ — предатель?", "Как сбежал ТРЕППЕР?", "Почему вы приехали в Москву?". На последний вопрос я ответил своей "легендой" (коротко описанной в сопроводительном донесении). Переводчик переводил с открытой ненавистью и циничным выражением на лице. К примеру, он задал мне несколько вопросов и с циничной улыбкой передал ответы АБАКУМОВУ в трех-четырех словах. Неоднократно АБАКУМОВ сам задавал вопросы и заставлял переводчика переводить ответы дословно. Наиболее его интересовали вопросы политические: как много информации о секретных планах западных стран имели немецкие разведслужбы; перейдет ли развитие событий во Франции в революцию; возможно ли во Франции коммунистическое правительство и пр. Я сказал ему, что несмотря на революционную предысторию, французы — нация весьма прагматичная, и они присоединятся к той стороне, которая предложит самый большой бифштекс, а на данный момент это западные страны. Затем он спросил, признают ли западные страны ФРАНКО или будут поддерживать республиканское движение. Я сказал, что скорее всего решение будут принимать военные стратеги, а не политики. По нашему (немцев) мнению, Испания в кратчайший срок станет военной базой для западных стран. Далее, нельзя забывать об испанцах и их национальной гордости, эта гордость не позволит, чтобы с испанскими интересами обращались так же, как с французскими.

9. Затем он попросил описать ситуацию во Франции, Америке и Англии в конце войны — как мы (немцы) видели ее на основании разведданных, которые получали. Я попытался отвечать в ленинском духе. США, к примеру, сказал я, построили огромную военную промышленность, которая должна сейчас быть переориентирована на мирные рельсы и, в свою очередь, для мирной продукции должен быть найден коммерческий сбыт. Я лично был ознакомлен с немецкими планами новых заводов, которые после войны с минимальными затратами должны были переориентироваться на выпуск мирной продукции. Наряду с США перед той же проблемой стоят все индустриальные страны. Их национальные интересы будут наталкиваться на коммерческий вакуум, который представляют из себя Советский Союз и Китай. Таким образом, Советский Союз никогда не обретет контроля над Руром и его промышленным потенциалом, западные страны сошлись на этом давным-давно, несмотря на Ялту. По моему мнению, решающий фактор лежит в ответе на вопрос, какая нация будет управлять людским потенциалом завоеванных европейских стран. Во время этого объяснения АБАКУМОВ порой прерывал меня вопросами, но в целом слушал внимательно. (Комментарий: источник отсылает к "Операции Феникс" и пр.32) По моему мнению, относительно Англии особенно сказать нечего. ЧЕРЧИЛЛЬ, враг коммунизма, вскоре прибавит к числу своих антикоммунистических книг еще одну. Этой констатацией я угодил в чувствительное место, что вызывало реакцию, для меня довольно неожиданную. АБАКУМОВ запальчиво оборвал меня и сказал весьма эмоционально: "Это провокация. Мы с Англией хорошие друзья, настолько хорошие, что и следующие пятьдесят лет между нами не будет войны." Он произнес это так импульсивно и эмоционально, что я несколько растерялся. Я чувствовал, что должен дать недвусмысленный ответ и сказал, что генерал-полковник может меня расстрелять, если через год он останется при том же мнении. АБАКУМОВ больше ничего не сказал на эту тему, но в заключение спросил меня, согласна ли поддерживающая меня группа с тем, что Германия должна стать Советской республикой. Я ответил, что в настоящее время это невозможно, это может произойти, лишь если Германия обретет независимость; Запад не позволит Германии стать независимой и превратит ее в разгромленную колонию.
Read more...Collapse )

Tags: ,

14 comments | Leave a comment

06.01.2018
13:00

[Link]

хайнц паннвиц: дорога в москву (I)
Вступление.

ПРИЛОЖЕНИЕ К ДОНЕСЕНИЮ EGMA-43172.1
ОПИСЫВАЕМЫЙ ПЕРИОД: с июня 1945 по январь 1955 г.
ДАТА НАПИСАНИЯ РАЗРАБОТКИ: апрель-май 1959 г.
ИСТОЧНИК: КАРЕТИНА2

ДОРОГА В МОСКВУ.

1. 1 мая 1945 года мы (комментарий: КАРЕТИНА, КЕНТ3, СТЛУКА4 и КЕМПА5) направились в предварительно подготовленный домик в горах неподалеку от Блуденца (Форарльберг, Австрия). В домике мы развернули свое оборудование для приема и передачи радиограмм.6 Необходимость поддерживать прямой радиоконтакт с Москвой так долго, как возможно, побудила КЕНТА поговорить со СТЛУКОЙ, радистом, в попытке убедить его остаться с нами и тем самым гораздо быстрее обрести свободу с помощью русских, находящихся в Берлине – так гласил наш тогдашний план. Я не рискнул сам просить радиста об этом, потому что, несмотря на все доверие, которое я к нему испытывал, это было бы для меня чересчур опасно. Радист задал единственный вопрос: участвую ли во всем этом я. КЕНТ ответил: "Весьма возможно", на таких условиях радист согласился.7 Схожим был и разговор КЕНТА с секретаршей. Имелось две причины просить ее сопровождать нас: a) нам нужен был кто-то для установления первого контакта, о котором мы прежде договорились по радио с Москвой, и женщина гораздо лучше годилась для этого поручения, так как все мужчины были бы интернированы; б) КЕНТ был уверен, что для нас может оказаться полезным, если кто-то из нашей зондеркоманды окажется под рукой, когда русские будут нас допрашивать (КАРЕТИНУ и КЕНТА). С помощью третьего лица русские могли бы перепроверить сведения, и это бы пригасило подозрение, что КЕНТ и я находимся в сговоре и предварительно согласовали наши показания. Секретарша вела почти все делопроизводство зондеркоманды, была хорошо информирована и могла послужить нейтральным свидетелем для проверки наших показаний. Исходя из этих двух соображений, КЕНТ настаивал, что КЕМПА - единственный человек, который годится для наших целей. Я не был полностью согласен, так как уже дал секретарше указание разыскать мою семью и помочь позаботиться о ней. Но в перспективе план насчет Москвы был важнее. КЕНТ поговорил с секретаршей, и она согласилась сопровождать нас,8 поверив, как и мы, что все разрешится в Берлине. Последующее долгое заключение в Советском Союзе было для них обоих, радиста и секретарши, очень тяжелым, так как они не знали всей подоплеки и полагали, что все произошедшее с ними – нелепое стечение обстоятельств. Дальнейшие события подтвердили верность предвидения КЕНТА касательно МГБ. Благодаря нейтральным показаниям секретарши было устранено многое, что могло нам быть инкриминировано. К примеру, ОТТО (Леопольд ТРЕППЕР), когда его допрашивали относительно нас, обвинил меня в том, что я пытал людей и пр., в попытке добиться моей казни.9 Три немецких свидетеля и КЕНТ сумели опровергнуть его показания.

2. 3 мая 1945 года местные немецкие и австрийские жители выдали нас французской армии, сообщив, что мы являемся очагом эсэсовского сопротивления. Наш домик был окружен французскими военными, и мы были арестованы. КЕНТ протестовал, называя себя майором Красной Армии, который работал в подполье вместе с немецкими коллегами10. Мы показали французам наше радиооборудование и наше оружие, семь пистолетов, доказывая тем самым, что мы собираем разведданные для советской армии и требуем уважения от союзников. Они поверили нам на слово и не притронулись ни к оборудованию, ни к материалам. Нас самих забрали в штаб подразделения, посадили в одну комнату и оставили ждать. У радиста был при себе маленький английский 90-вольтовый приемник, а у КЕНТА шифровальная книга – французский роман. Когда мы сказали, что хотим слушать новости по радио, французы не обратили на это внимания. К тому времени мы уже попросили Москву передавать "вслепую" на случай, если по ситуации у нас не будет возможности отвечать. Пока мы ждали в штабе, наступило время для передачи из Москвы. Москва вышла на связь "вслепую", мы приняли сообщение и дешифровали его на глазах французов, которые, очевидно, не заметили ничего необычного. Полученный ответ Москвы был весьма благоприятен и извещал, что советский офицер связи при французской армии полностью в курсе дела и обо всем позаботится.11 КЕНТ стал весьма самоуверенным и требовательным по отношению к французам, которые, многократно извинившись, отвезли нас обратно в домик. Вскоре в эту местность прибыло другое французское подразделение, нас снова арестовали, но ситуация быстро разъяснилась, и нас отправили в Линдау на озере Констанц, где располагался генштаб французской армии. В течение трех дней, которые мы там провели, КЕНТ и я беседовали с французским полковником, который (как нам рассказали другие, не он сам), был сотрудником Deuxième Bureau.12 Полковник расспрашивал нас о различных второстепенных деталях подпольной деятельности в Германии, в ходе чего спросил также о начальнике "зондеркоманды Красная капелла". Согласно радиосоообщению американской армии из Милана, этому начальнику было якобы дано задание устранить генерала ПАТТОНА. Сидя за столом с поддельными документами,13 я едва ли мог рассказать ему, каковы были подлинные задачи "зондеркоманды Красная капелла" или каким нонсенсом выглядит предполагаемая задача устранения ПАТТОНА.
Комментарий источника: Если в конце войны французский офицер подобного уровня не имел понятия о комплексе "Красной капеллы", то американцы и англичане, возможно, не имели его тоже. Нынешние знания накоплены за послевоенные годы вследствие как реакция на советский шпионаж против американцев и англичан. Офицерам американской и английской разведки нужно представить, что они в конце войны обладали теми знаниями, которые имеют сейчас, чтобы понять принятые немцами меры, базировавшиеся на опыте, накопленном за годы разработки "Красной капеллы".

3. Советский офицер связи был поставлен в известность о нашем пребывании в Линдау, и он попросил французов доставить нас в Париж и там передать русским.14 Мы поехали в Париж на автомашине в сопровождении французского капитана. Поездка была на несколько часов прервана в Страсбурге, где мы посетили штаб-квартиру французской контрразведки и увидели там двух бывших сотрудников СД в форме лейтенантов французской армии. Они узнали нас, но не выдали. Оба были эльзасскими немцами. Мы прибыли в Париж 20 мая 1945 года, в день, когда МОНТГОМЕРИ принимал парад.15 Мы прошли примерно в трех метрах от МОНТГОМЕРИ, причем наше оружие все еще было при нас. Французы доставили нас в советскую репатриационную миссию, которая размещалась в бывшем здании немецкого СД. Нас тепло приняли и немедленно провели к советскому генералу, который приказал позаботиться о нуждах всей нашей группы. Русские – мастера подобной техники. Я уверен, что, к примеру, ГИММЛЕР никогда бы не отравился, если бы попал в руки к русским и испытал их необычайно теплый прием. В Советском Союзе и в тюрьме усваиваешь: чем теплее и любезнее прием, тем больше вероятность смертного приговора. После того, как советский генерал в Париже, который, к слову, был одним из умнейших встреченных мной за одиннадцать лет, проведенных в России, был наскоро проинформирован нами, он отправил в Москву депешу, которая начиналась со слов "Отечество в опасности".16
Read more...Collapse )

Tags: ,

18 comments | Leave a comment

11:30

[Link]

хайнц паннвиц: дорога в москву (вступление)

Просвещенный читатель не испытывает недостатка в достаточно подробных описаниях как всего комплекса "Красной капеллы", так и истории парижской зондеркоманды РСХА с тем же названием. Действительно, существуют как (пускай в существенных деталях противоречащие друг другу) мемуары двух главных выживших протагонистов Леопольда Треппера и Анатолия Гуревича,1 так и достаточное число вторичных источников, использующих свидетельства участников событий и архивные документы.2 Предлагаемая публикация является своеобразным (говоря современным языком) спин-оффом к основному сюжету: как оказалось, сохранились мемуары и третьего протагониста – начальника парижской зондеркоманды "Красная капелла" Хайнца Паннвица, пусть и написанные в несколько необычных условиях.

Хайнц Паннвиц родился в 1911 году в Берлине. В юности он поступил на теологический факультет, но не окончил его. После годичной службы в армии в 1937 году он благодаря личному знакомству получил место в берлинской полиции. В том же году вступил в НСДАП. Служил в полиции сначала стажером, а затем, после сдачи экзамена в 1939 году, комиссаром. Был направлен в Прагу для работы в гестапо и руководил там отделом, расследовавшим покушения и саботаж. Очевидно, на этом посту он добился определенных успехов, потому что именно он был назначен главой специальной комиссии по расследованию убийства Гейдриха. С его слов, в ходе расследования у него возникли существенные разногласия с его начальством относительно методов работы гестапо. В результате Паннвиц попросил отправить его на фронт и прослужил четыре с половиной месяца в составе одного из подразделений полка особого назначения Бранденбург на советско-финском фронте. Затем его снова вызвали в Берлин, где начальник четвертого управления РСХА Генрих Мюллер лично поручил ему ознакомиться с делом "Красной капеллы". Вскоре он сменил на посту начальника парижской зондеркоманды Карла Гиринга.3 К этому времени и Треппер, и Гуревич сотрудничали с зондеркомандой и участвовали в радиоиграх, которые зондеркоманда вела с Москвой. В июне 1943 года Трепперу удалось передать в Москву записку о провале возглавлявшейся им группы,4 а в сентябре того же года – бежать (в январе 1945 г., после освобождения Франции, он был доставлен в Москву и приговорен к 15 годам заключения. Реабилитирован в 1954 г.) После того, как союзники приблизились к Парижу, остатки зондеркоманды эвакуировались в Германию, откуда радиоигра продолжалась. В апреле 1945 года Паннвиц принял решение после окончания войны сдаться советской стороне. Существуют различные причины, объясняющие этот шаг. Гуревич в своих мемуарах настаивает, что ему удалось, в свою очередь, перевербовать Паннвица. Историк В. Лота заходит дальше, считая, что перевербовка была осуществлена непосредственно Москвой в рамках радиоигры. Сам Паннвиц утверждал, что его сдача была хитрым планом, одобренным непосредственно Мюллером. Кроме документов самой зондеркоманды он захватил с собой материалы по так называемой "Операции Феникс", с помощью которых рассчитывал вбить клин в отношения между СССР и союзниками. Наконец, нельзя исключать, что Паннвиц опасался наказания за чешский эпизод своей карьеры и искал себе новых покровителей. Учитывая характер сведений, которыми он располагал, советская сторона показалась ему в этом отношении перспективнее, чем союзники.
В 1956 году Паннвиц вернулся в ФРГ. Через несколько месяцев интерес к нему проявило ЦРУ, изначально, впрочем, подозревавшее, что Паннвиц продолжает работать на советскую сторону. Первые попытки сближения были не слишком продуктивными, а в октябре 1956 года Паннвиц перенес инфаркт. После его выздоровления ЦРУ отнеслось к задаче более серьезно, в частности, организовало и оплатило консультацию американского кардиолога, и с весны до осени 1959 года Паннвиц (теперь агент CARETINA) написал по заказу ЦРУ серию мемуарных разработок. От дальнейшего его задействования американские оперативники отказались. Впоследствии Паннвиц работал коммерческим агентом, умер в 1975 году. Уже после его смерти австралийскому историку чешского происхождения Станиславу Бертону удалось получить от вдовы Паннвица немецкий оригинал его разработки, посвященной расследованию убийства Гейдриха, он был опубликован в 1985 году в ежеквартальнике мюнхенского института современной истории.5
Предлагаемая вниманию читателя разработка "Дорога в Москву", по моим сведениям, до сих пор не публиковалась ни в оригинале, ни в переводе.6 Безусловно, при чтении следует учитывать своеобразную оптику автора (рассказ имеет некоторое сходство с романом Ю. Семенова "Отчаяние": в обоих случаях опытный разведчик несмотря на тяжелые условия заключения ведет собственную игру со следователями), а также подоплеку написания мемуаров. К примеру, для Паннвица очень важно подчеркнуть, что до его признания советская сторона понятия не имела, что ее агенты перевербованы и включены в радиоигру. Это не соответствует действительности: и переданная Треппером записка, и советские документы, опубликованные В. Лотой, доказывают, что советская сторона уже в 1943 году знала о провале своих агентов и ведущейся зондеркомандой радиоигре.
Текст разработок изначально писался Паннвицем на немецком, двойной перевод делает возможным отдельные искажения. Нумерация абзацев тоже, вероятно, вставлена английским переводчиком при подгонке оригинала под шаблон разведдонесений.

Первая часть.
Read more...Collapse )

Tags:

8 comments | Leave a comment

03.01.2018
11:10

[Link]

анонсы
Начну год сразу с трех анонсов.

1. В издательстве Кембриджского университета вышла книга "Joining Hitler's Crusade. European Nations and the Invasion of the Soviet Union, 1941".
В ней 14 глав, последняя глава ("Soviet Union") посвящена советскому коллаборационизму в начале войны, и ее совместно написали Олег Бэйда и я.
Книга уже в продаже.

2. В издательстве Вече вышла книга "Спецслужбы Третьего рейха. Неизвестные страницы". В ней опубликована моя статья "Самая крупная шпионская афера Второй мировой войны? «Донесения Макса» и их контекст." Благодарю уваж. А.И. Колпакиди за приглашение в сборник.
В статье вкратце обрисовывается история с так называемыми "донесениями Макса" (по большей части с опорой на книгу В.Майера "Клатт"), уточняется известный сюжет с советским разведчиком А. Демьяновым (абверовский псевдоним которого - вопреки многочисленным публикациям - был вовсе не "Макс", а "Фламинго"), а также разбирается история двух "донесений Макса", получивших наиболее известность и - вместе с ней - ложную атрибуцию. Это донесение от ноября 1942 года, на основании которого П.А. Судоплатов (или его соавторы) ввел в свои мемуары историю о том, что командование вермахта было в рамках радиоигры умышленно предупреждено о советской операции "Марс" с тем, чтобы отвлечь его внимание от операции "Уран" (наступление под Сталинградом). Доступные документы не подтверждают рассказ Судоплатова, по крайней мере, в том виде, как он им изложен,
Второе "донесение Макса", живущее собственной жизнью - от июля 1942 года. Используя его, британский историк чешского происхождения Эдвард Кукридж, ввел в оборот - с тех пор также изрядно растиражированную - историю о немецком агенте по фамилии "Минишкий", который якобы проник в Государственный Комитет Обороны, откуда поставлял немцам информацию чрезвычайной важности. Человек по фамилии "Минишки" (без й на конце) действительно существовал, жил до войны в СССР, а после войны - в ФРГ, где выдавал себя за бывшего генерала и большого знатока советских спецслужб, однако в 1941-42 гг. пребывал в Болгарии, так что никак не мог участвовать в сконструированном Кукриджем сюжете.
Книга (в которой, кстати, и множество других интересных статей) тоже уже в продаже.

3. В № 6/2017 журнала "Неприкосновенный запас" опубликована моя статья "От звезды к свастике: история Карла Лева-Альбрехта".
Название чуть смягчили, в авторском варианте была "аморальная история".
После новогодних каникул статья появится в онлайн-доступе, я дам отдельную ссылку. Благодаря уваж. lucas_v_leyden удалось обнаружить "оттепельное" письмо Альбрехта Н.С. Хрущеву с просьбой о реабилитации, но, к сожалению, статья к тому времени была сдана.
Опубликую чуть позже здесь в качестве своеобразного эпилога.

21 comments | Leave a comment

21.12.2017
10:54

[Link]

пусть судитъ ихъ кто хочетъ
Загадочный артефакт, обнаруженный уваж. teophil2 в личном деле ученика Санкт-Петербургского коммерческого училища Аммуна Давидовича Бостунова (впоследствии актера Эдмунда Бостунова)



Жанръ, вероятно: изложенie.

Tags:

8 comments | Leave a comment

26.11.2017
12:33

[Link]

-
Обновил оглавление.
Буду признателен за указания на неработающие или неправильные линки.

1 comment | Leave a comment

24.11.2017
10:56

[Link]

coming soon
Read more...Collapse )

Tags:

50 comments | Leave a comment

23.11.2017
13:26

[Link]

служба утерянных цитат - 14
В данном случае вся заслуга принадлежит уваж. А. Немировскому (wyradhe), который обнаружил "утерянное звено" этой цитаты, сам я наработал только на research assistance.

Итак, 19 ноября, выступая в бундестаге, российский школьник Николай Десятниченко процитировал Бисмарка:
Всякий, кто хоть раз заглянул в стекленеющие глаза солдата, умирающего на поле боя, хорошо подумает, прежде чем начать войну.

Русский текст находится лишь в современных публикациях, зато нетрудно найти английский вариант, попавший даже в словари, например:



Проблема, однако, в том, что в трехтомнике речей Бисмарка нет ни этих слов вообще, ни речи за август 1867 г. в частности. Ничего не дал и общий поиск в сети по немецким ключевым словам.

Поэтому я усомнился в подлинности цитаты и, вероятно, остался бы при этом мнении, если бы уваж. wyradhe не указал другой английский извод цитаты, публиковавшийся еще при жизни Бисмарка.

Используя новый контекст, удалось выйти на оригинал:



Русский перевод: За трапезой у Бисмарка вскоре после того, как был объявлен нейтралитет Люксембурга, один ученый высказал мнение, что Пруссии следовало бы допустить, чтобы началась война с Францией. Бисмарк весьма серьезно возразил: "Дорогой профессор, такая война стоила бы жизни как минимум 30000 наших бравых солдат, и даже в лучшем случае не принесла бы никакой выгоды. Тот, кто хоть раз заглянул в угасающие глаза воина, умирающего на поле битвы, хорошо подумает, прежде чем начать войну".

Цитата опубликована в первой биографии Бисмарка авторства немецкого писателя Георга Гезекиля (George Hezekiel), вышедшей в 1869 г. ("Das Buch vom Fürsten Bismarck") Речь идет о т.н. Люксембургском кризисе, то есть верная датировка цитаты: май 1867 г.
Так как биография была авторизованной (биограф использует, в частности, письма Бисмарка к супруге), цитату можно считать подлинной. По крайней мере, сам Бисмарк хотел, чтобы она прозвучала из его уст.

Три года спустя война с Францией - не без участия Бисмарка - все-таки началась и стоила Германии в полтора раза больше жертв, чем было предсказано им в цитате. Правда, подписанный в Версале мир принес ей Эльзас и часть Лотарингии - до следующего подписанного в Версале мира.

Tags:

26 comments | Leave a comment

07.11.2017
15:35

[Link]

анонс: книга м.соловьева

Оказалось, что героя предыдущей записи на днях вспоминал не только я.
Как сообщает уваж. В.В. Агеносов, в конце прошлой недели в издательстве АИРО-XXI вышла книга М.Соловьева "Когда боги молчат. Малая война".
Это перепечатка двух его послевоенных произведений: романа "Когда боги молчат" и документальной (по интенции) книги "Записки советского военного корреспондента".

В целом, вопрос соответствия между содержанием книг Соловьева и реальными фактами довольно запутанный и мутный, примерно как его гарвардское интервью. Этот вопрос, как и биография Соловьева вообще, все еще ждет своего исследователя.

Tags:

4 comments | Leave a comment

05.11.2017
19:12

[Link]

"один из худших сотрудников и идеологов русского нацизма" в переписке р.абрамовича и с.мельгунова


Шарж из мюнхенского журнала "Сатирикон", изображающий представителей русской эмиграции на совещании в Штутгарте в августе 1951 г.
За столом ставит подпись С. Мельгунов, рядом с ним опирается на стол М. Соловьев.


Ниже публикуются выдержки из переписки Рафаила Абрамовича Рейна (Абрамовича) и Сергея Петровича Мельгунова, в которых речь идет о Михаиле Соловьеве (настоящая фамилия Голубовский, псевдоним во время и сразу после войны - Бобров). На тот момент Соловьев был фактически вторым лицом мельгуновского "Союза борьбы за свободу России" и активным сотрудником издаваемого Мельгуновым журнала "Возрождение". Триггером всей истории стало вот это интервью, которое Александр Даллин взял 15 мая 1951 года у Д.П. Кончаловского (использовавшего псевдоним Сошальский). Прямо в вводке упоминается полученная Даллиным от Сошальского машинопись "Русская национал-социалистическая партия, февраль-май 1944" (подписана Д. Степанов). Это рассказ о возникновении в Минске в начале 1944 года отделения так называемой Национал-социалистической трудовой партии России. Сама партия была создана еще в ноябре 1941 г. в Локте К. Воскобойником, но долгое время (из-за скептического отношения немцев к политическим инициативам русских коллаборационистов) пребывала в зачаточном состоянии. Наконец - уже после эвакуации бригады Каминского из Локтя в Лепель - Б. Каминскому было дозволено более активное политическое самовыражение, 17 декабря 1943 г. в газете "Голос народа" был опубликован манифест НСТПР. Увеличился приток членов, были созданы (в-основном на территории Белоруссии - за неимением иной) отделения партии. О судьбе минского отделения, и о роли которую сыграл при этом М. Бобров, и рассказывается в машинописи Сошальского.


I. Р.А. Абрамович - С.П. Мельгунову, июль 1951 г. [в архиве сохранился лишь черновик части письма, дата вписана сверху от руки]

Только на днях я, наконец, узнал тщательно скрываемый секрет. Оказывается во время своего пребывания в Минске Бобров был[?] одним из руководящих членов основанной там Группы Русских Наци и в качестве такового состоял в близких отношениях к Гестапо.
Не знаю, как Вы относитесь к подобным господам. Что касается нас, то мы уже при основании Лиги [борьбы за народную свободу], на особом заседании специально избранной комиссии в составе [В.А.] Кравченко, [А.Ф.] Керенский, [Д.Ю.] Далин, Ю.[Б.] Елагин и я, условились (и пленум Лиги это потом одобрил), что пребывание кого-либо из русских эмигрантов в составе того или иного движения во время войны само по себе не является достаточной причиной для его исключения из нашей среды, если он лично ничем предосудительным себя не запятнал, и если он не участвовал: в Гестапо, немецкой полиции, карательных или погромных отрядах и т.п., или если он не участвовал в нацистской пропаганде.
Бобров относится к последней категории. И я не думаю, чтобы такой человек имел моральное право участвовать в обще-эмигрантском центре. Между тем, судя по опыту Фюссена, Бобров будет один из В[аших] делегатов на предстоящем теперь "слете" четырех групп [в Штутгарте].
Меня нисколько не устраивает, что Б[обров] теперь левый: человек, бывший русским наци, не может быть, по нашему мнению, терпим в какой-либо российской демократической группировке или организации, тем более центральной. Я могу себе представить немца, который из фанатического наци превратился в искреннего демократа. Но я отказываюсь верить искренности русского человека, добровольно приставшего к нацистскому движению, то есть принявшему тезис о славянах и русских как о низшей расе, подлежащей уничтожению.
Даже бывшего немецкого наци ни одна демократическая германская партия не выставит своим представителем в общенациональный орган. А тут г. Бобров окажется одним из восьми, которым вверяется руководство российской демократией.
Я и мои друзья будут считать это величайшим скандалом, и мы будем вынуждены поднять против этого публичный протест. Вот потому я и пишу Вам, как лидеру группы, носящей Ваше имя. Уберите, пож[алуйста], этого господина из круга тех, кто будет участвовать в создании национального центра, [приписка: так же] тихо и незаметно, как Вы убрали [С.Л.] Войцеховского. Я думаю, Вы этим окажете большую услугу нашему общему делу.
Вы, конечно, знаете что мы возражаем и против всего НТС [приписка над абзацем: как полит. течения]. Но там речь идет о целой группе. В случае Боброва мы не возражаем против Вашей группы, но считаем компрометацией для Вас и для нас всех выдвигать такого человека на ответственный общественный пост.
Read more...Collapse )

Tags: , , ,

31 comments | Leave a comment

01.11.2017
18:17

[Link]

допросы лонгина иры (1)

Полтора года назад мы остановались на восьмом допросе генерала Туркула, который состоялся 24 сентября 1946 года. После чего его допросы были на неделю прерваны, а допрашивающие - профессор Гилберт Райл и мистер Джонсон (Иона "Клоп" Устинов) - переключились на человека, который собственно и передавал немецкому абверу донесения Макса и Морица - Лонгина ИРУ.

Краткое описание всего сюжета; предыдущие допросы Туркула.



(Первый) допрос Лонгина Иры, 25 сентября 1946 года.
Присутствуют: профессор Райл
М-р Джонсон
М-р Дербишир
Стенографист

М-р Дербишир спрашивает по-английски понимает ли ИРА английский. ИРА отвечает по-немецки, что он не говорит по-английски. М-р Дербишир спрашивает, говорит ли он по-немецки, ИРА отвечает на ломаном немецком, что учил немецкий в кадетской школе 30 лет назад, однако, его немецкий весьма несовершенен. Поэтому м-р Райл задает вопросы (по-английски) через м-ра Дербишира, который переводит их на русский.

Допрашивающий (м-р Райл): Скажите ему на русском следующее, предложение за предложением. Отдел военной разведки британского военного министерства дал нам задание прояснить два пункта.
ИРА (через м-ра Дербишира): Могу я узнать, с кем я обсуждаю эти дела?
Д.: Мы как раз хотим об этом сказать. Отдел военной разведки британского военного министерства дал нам задание прояснить два пункта. Первый...
ИРА: Прежде всего я хотел бы поблагодарить вас за то, что привезли меня сюда, потому что я пытался попасть сюда последние 18 месяцев, но американцы не пускали меня. Конечно, я не знал и не ожидал, что меня будут здесь держать под арестом; я никогда прежде не бывал в Лондоне - возможно, вы знаете обо мне, знаете, кто я такой.
Д.: На этой стадии допроса мы не хотим, чтобы вы выступали с речами. Первый пункт: по каким каналам и от каких источников немецкий абвер получал во время войны донесения Макса и Морица?
ИРА: Эти донесения шли через меня. Я их передавал.
Д.: Второй пункт: в каком объеме три государства оси - Германия, Япония и Италия - использовали антикоммунистически настроенных русских или их организации в военных целях (не только для разведки) в качестве инструментов или сотрудников.
ИРА: Довольно широкий вопрос.
Д.: Да. В этих направлениях мы и будем задавать вопросы.
ИРА: Я не обязан отвечать на вопросы, если я не хочу.
Д.: Скажите ему, что наше расследование уже довольно далеко продвинулось, мы знаем многое из того, что хотим знать, но мы не знаем всего, что хотим знать. Но мы знаем, что... как он хочет, чтобы мы его называли?
ИРА: Корнет. Я был старшим лейтенантом в бывшем лейб-гвардейском полку.
Д.: Как его зовут?
ИРА: ИРА, Лонгин. Я бывший офицер.
Д.: Хорошо. Скажите ему, что мы уже многое о нем знаем, недавно еще кое-что выяснили, и мы знаем, что он был важным лицом и мозгом всего дела.
ИРА: Я вхожу в организацию генерала ТУРКУЛА.
Д.:Да. Спросите его, желает ли он нам рассказать то, что знает, чтобы прояснить эти два пункта?
ИРА: Я был организатором, ведущим и главой специальной разведслужбы, организовавшей эту связь с Россией.
Д.: Да. Я спросил, желает ли он нам рассказать то, что знает.
ИРА: Это довольно трудно. Я не могу с ходу отвечать на специфические вопросы, но могу на свой манер рассказать все с самого начала.
Д.: Нет. Я хочу знать, на какую организацию он работал и работает сейчас.
ИРА: Сейчас я нигде не работаю, но намеревался работать на американцев.
Д.: Да. На какую организацию он работал во время войны?
ИРА: На Российское Императорское Освободительное Движение, главой которого был генерал ТУРКУЛ.
Д.: Скажите ему, что я знаю, и сам генерал ТУРКУЛ тоже знает, что во время войны организация генерала ТУРКУЛА состояла лишь из генерала ТУРКУЛА и списка адресов, и ничего более.
ИРА: В этом случае вам следует привести аргументацию, а мне нужно будет ее опровергнуть.
Д.: Донесите до него следующее: у нас есть превосходные причины утверждать, что организация, на которую он и ТУРКУЛ действительно работали, была организацией, которую обычно именуют НКВД.
ИРА: Вы можете это утверждать, однако, это невозможно.
Д.: Так предоставьте нам альтернативную точку зрения, которая нас бы удовлетворила.
ИРА: Вы сказали мне, что эта организация работала на НКВД. Но если она работала на НКВД, в том, что вы говорите, нет логики, сплошной абсурд. На самом деле, мы начали дискуссию, мы дискутируем...
Д.: Пусть он пока подержит язык за зубами. Скажите ему, что у нас есть не только превосходные причины, чтобы так думать, но и превосходные причины, чтобы в это верить. Во время войны у нас было ощущение, что немецкий абвер нашел отличную лазейку, позволяющую обойти предпринятые нами и нашими союзниками меры предосторожности и секретности. Но мы надеялись, что это не так, что кажущаяся утечка была под контролем наших русских союзников...
ИРА: Я все еще хочу объяснить вам на свой манер... Я работал 25 лет. Давайте на мгновение забудем про немцев. Я не верю, что у вас есть такая информация. Я хотел бы подчеркнуть тот факт, что мы должны быть абсолютно откровенны... Итак, существуют определенные нюансы. Если бы вы обвинили меня в том, что я агент НКВД, я бы заехал вам по лицу. Поэтому наша беседа должна быть действительно доверительной... Существуют определенные нюансы, определенная информация - вы представляете британскую нацию, я представляю русских людей, белых русских (он довольно саркастично относится к нашим словам, что он - агент НКВД). Вы можете сказать, что я - помощник Сталина. Но я не верю, что британская разведка настолько непонятлива, иными словами, что организация ТУРКУЛА была столь прогнившей. Я был ее главой, и я знаю о ней. И нет никакой пользы от обсуждения прочих материй, если вы не верите, что наша организация существовала.
Д.: Но не хочет ли он поведать нам о том, о чем не смог поведать ТУРКУЛ? Об успехах организации во время войны? Помимо передачи информации.
ИРА: Во время войны работала только передача информации.
Д.: Так каковы же успехи организации во время войны?
ИРА: Мы помогали вам, союзникам, британцам и американцам, тремя способами, которые я освещу позднее. Что и было причиной, по которой я так жаждал попасть в эту страну... но, конечно, я ожидал, что приеду свободным человеком, а не заключенным.
Д.: И какова же та помощь, которую организация ТУРКУЛА оказала союзникам во время войны?
ИРА: Без вашего содействия я организовал специальную службу по дезинформации немцев, они получали от меня ложную информацию.
Д.: Что за ложную информацию?
ИРА: Я передавал немцам информацию... не о России, о СССР, не смешивайте это, Россия и СССР это не одно и то же (он говорит о разнице взглядов между нами и некоторыми его сторонниками: мы готовы выступать вместе со Сталиным и пожимать ему руку, но они не готовы на подобные шаги).
Д.: Но я хотел узнать, какую помощь вы оказали британским и американским союзникам во время войны?
ИРА: Я передавал немцам ложную информацию о британской армии на Ближнем Востоке, в Персии...
Д.: Он имеет в виду донесения Морица.
ИРА: Я не знаю как они их называли. Я передавал им эту информацию и получал от немцев за эти услуги, именно за эти особые услуги, так много денег, сколько возможно (или пытался стрясти так много денег, сколько было возможно).
Д.: Хотите сказать нам, что немцы, зная о плохом качестве донесений Морица, продолжали обманываться, получая их?
ИРА: Я не могу судить о том, что думали немцы. В любом случае я и моя организация рисковали своими жизнями, и мы делали это не для спасения Британии, вообще не для вас, и не потому, что мы были спецагентами или шпионами... нет, потому что мы ожидали, что наступит день... (мы возвращаемся к прежней истории)
Read more...Collapse )

Tags: , ,

13 comments | Leave a comment

27.10.2017
09:55

[Link]

новая публикация
В сборнике "Литература в системе культуры. К семидесятилетию профессора И.В.Кондакова" опубликована моя статья "История одной попытки. Мюнхенский журнал "Литературный современник" в 1951-55 гг." Благодарю Андрея Мартынова за любезное приглашение напечататься в сборнике.

Этой статьи не было бы, если бы несколько лет назад Г.Г. Суперфин не рассказал мне о хранящемся в толстовской библиотеке архиве редакции "Литературного современника", а сотрудница библиотеки Юлия Шенгелая не нашла на чердаке папку с редакционной перепиской. Эта переписка и легла в основу статьи.

Скачать сборник можно здесь (с. 220-235; отмечу, что в сборнике много интересных статей, например, статья уваж. molodiakov)

Изначально моя статья содержала перечень основных авторов журнала с биографическими справками. К сожалению, из-за недостатка места им пришлось пожертвовать, уцелели лишь некоторые биографические справки.
Но нет худа без добра: вскоре опубликую здесь в блоге полную роспись журнала.

Tags:

5 comments | Leave a comment

18.10.2017
02:21

[Link]

похождения блудного автореферата
- Только что на этом месте стояла моя ладья! - закричал одноглазый,
осмотревшись. - А теперь ее уже нет.
- Нет, значит, и не было! - грубовато сказал Остап.

Попытаемся подытожить все, что пока известно о скоропостижно размножившемся сегодня автореферате В.Р.Мединского.
Read more...Collapse )

Tags:

44 comments | Leave a comment

10.10.2017
16:23

[Link]

"ваша аргументация в данном случае была слабовата"
Сохраню, пожалуй, на память. Не каждый день с докторами наук разговариваешь.
Read more...Collapse )

Tags:

63 comments | Leave a comment

01.10.2017
18:04

[Link]

русская, украинская и кавказская эмиграция в отчетах гестапо за 1938 год (II)
начало

Из отчета за октябрь 1938 г.20
[...]
Русская эмиграция.
"Русское национальное и социальное движение" заявило о себе в октябре несколькими открытыми собраниями. На одном из собраний 12.10.1938 начальник отдела пропаганды М е л л е р-Закомельский почтил память 22000 русских, погибших в "битве народов" под Лейпцигом. 18.10.1938 в Лейпциге по случаю 125-летней годовщины "битвы народов" состоялись церковный праздник и гражданское поминовение. Еще на одном собрании, 19.10. Меллер-Закомельский рассказал о праздненствах в Лейпциге. После него православный епископ С е р а ф и м прочел доклад на тему "Протобольшевистские течения в христианстве".
В ходе проводимой РНСД в последнее время пропагандистской кампании по привлечению новых членов были совершены различные промахи, которые допустил прежде всего начальник РНСД в Силезии Ч е р в я к о в.21 Чтобы поддержать престиж движения, Ч[ервякова] пришлось снять с поста. В этой связи силезское гау РНСД было разделено на два района, которые возглавили русские эмигранты И л ь и н 22 и  С о м о в.23
В Г а м б у р г е существует русская эмигрантская организация, котрая носит название "Всероссийская фашистская рабочая партия". Возглавляет эту организацию бесподданный Роберт П о л е н ц - Попов,24 род. 02.08.1899 в Либау. Эта партия распространена главным образом в Америке и имеет своим центром Нью-Йорк. В Германии якобы не существует единого руководства, скорее каждая отдельная ячейка поддерживает прямую связь с американским центром.
Так как эта организация предположительно является отделением "Всероссийской национал-социалистической партии", которая признает своим вождем русского эмигранта В о н с я ц к о г о,25, гамбургская ячейка будет распущена так же, как уже подвергшиеся роспуску отделения в Берлине и Вене.
Старания различных русских эмигрантов создать единый "национальный фронт" можно рассматривать как провалившиеся, так как создание подобной организации запрещено гестапо.26. Объединению русской молодежи, которое собиралось провести 9 октября сего года в Берлине спортивный праздник, во время которого русская молодежь должна была быть представлена сотрудникам немецких ведомств, пришлось по организационным причинам его отложить. Праздник предположительно состоится лишь весной 1939 года.
Read more...Collapse )

Tags: , , , , , , ,

15 comments | Leave a comment

17:55

[Link]

русская, украинская и кавказская эмиграция в отчетах гестапо за 1938 год (I)
Из отчета за январь 1938 г.
[...]
Русская эмиграция.
Начатая в 1938 г. консолидация русской эмиграции посредством уменьшения числа организаций была продолжена в январе 1938 года. Так, был распущен "Русский академический союз в Германии". Кроме того в ближайшее время должно быть принудительно распущено "Российское национально-освободительное движение", так как в последние годы безответственное поведение его руководителей слишком часто вносило смятение в ряды русских эмигрантов, проживающих здесь.
В "Дружине русских витязей" в январе произошла смена председателя. Прежний руководитель С л е п я н 1 вынужден был покинуть пост вследствие своего неарийского происхождения. Его преемником намечен бесподданный Константин фон С е м ч е в с к и й.2
Церковные дела несколько упростились в том отношении, что церковная община в Лейпциге, прежде ориентировавшаяся на парижского митрополита Е в л о г и я,3 вышла из юрисдикции парижской епархии и подчинилась берлинскому архиепископу Т и х о н у.4
В настоящее время в предварительном заключении находятся 6 русских эмигрантов. Против некоторых других политически неблагонадежных эмигрантов возбуждены дела о высылке их за пределы рейха.
Старания добиться более строгой организационной консолидации были продолжены и в отношении украинской эмиграции в рейхе. Уже некоторое время существует запрет на деятельность Союза украинцев, сейчас же планируется распустить комитет помощи беженцам из Западной Украины, так как этот комитет потерял свое значение из-за практического отсутствия беженцев, прибывающих из Западной Украины.
Особенную активность в последнее время развило Украинское Национальное Объединение (УНО). Посредством рассылки многочисленных пропагандистских брошюр УНО пытается увеличить свою численность. По данным его главы О м е л ь ч е н к о 5, за последний месяц число членов УНО возросло с 37 до примерно 80 человек. Как было установлено, пропагандистская деятельность УНО оказывает особенно неблагоприятное воздействие на украинское общество "Громада", некоторые члены которой перешли в УНО.
Ситуация внутри грузинской эмиграции к началу 1938 года продолжала улучшаться. После того как уже в 1937 году все живущие здесь грузины объединились в официальное общество Грузинская колония в Германии, 27.01.1938 состоялся первый большой вечер Общества, в котором приняли участие все грузинские эмигранты.
Read more...Collapse )

Tags: , , , , ,

1 comment | Leave a comment

16.09.2017
13:48

[Link]

церковь и разведка
9 января 1947 года
ШТАБ-КВАРТИРА ВОЕННО-РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНОГО ЦЕНТРА АРМИИ США
AFO 757
ПРИЛОЖЕНИЕ VIII
ПРАВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ
Заключенный ХАРТЛЬ Альберт1, штурмбаннфюрер СС, IV, VI и VII управления [РСХА].

Задачей Хартля как главы реферата по делам церкви в СД и позднее в гестапо было установление разведывательных контактов со всеми церковными группами и выработка научной базы для этой разведывательной деятельности. Поэтому одной из его обязанностей было установление контакта с православной церковью, что он делал в БЕРЛИНЕ с помощью митрополита СЕРАФИМА 2 и лиц, непосредственно окружавших того. Будучи экспертом по католицизму, Хартль начал знакомство с православной церковью с посещения служб в берлинском кафедральном соборе, которые производили, по его словам, сильное впечатление, и изучения литературы, посвященной православной церкви. Занимаясь этим, он познакомился с доктором Эдуардом ВИНТЕРОМ,3 университетским профессором из ПРАГИ, который оказался весьма информирован в делах православной церкви и позже стал одним из лучших друзей ХАРТЛЯ.
На основе этих знаний ХАРТЛЬ дает следующие сведения о православной церкви.

Православная церковь в целом.
На протяжении столетий православная церковь и римско-католическая церковь развивали разнонаправленные концепции своей политики. В Ватикане римско-католическая церковь сосредоточила все управление в одной центральной инстанции. Церковь является независимой политической силой, имея собственных дипломатов и превосходную собственную разведслужбу. Церковь агрессивна. Догмат непогрешимости Папы и доктрина католической беатификации - предпосылки ее притязаний на право обратить весь мир в католическую веру. Главный упор делается на догмат.
Православная церковь, с другой стороны, не имеет центральной инстанции, тем самым не ведет собственной политики и не имеет собственной разведслужбы. Православная церковь не агрессивна, а пассивна, делает акцент на ревностном служении и на мученичестве.

Православная церковь в Германии.
В Германии православная церковь в значительной мере создана русскими эмигрантами. Глава православной церкви, митрополит СЕРАФИМ в БЕРЛИНЕ сошелся с нацистами с самого начала и в своей деятельности пользовался их обширной поддержкой. Благодаря финансовой помощи от министерства по делам церкви православная церковь сумела воздвигнуть новый православный кафедральный собор в БЕРЛИНЕ-Вильмерсдорфе. Архиепископ СЕРАФИМ и его священники весьма желали поделиться с немецкой разведкой всем, что они знали о России и русской эмиграции. Следует, однако, заметить, что православная церковь в ПАРИЖЕ и на Балканах была несравненно лучше информирована о текущей ситуации в России, чем сенильная православная группа в Германии. На деле, немецкая разведка не получила особой выгоды от своих контактов с митрополитом СЕРАФИМОМ.

Православная церковь в Советском Союзе.
На юге России ХАРТЛЮ удалось выявить три крупные группировки в православной церкви. Царско-великорусская группировка состояла из последних остатков когда-то состоятельной и почитаемой государственной православной церкви царских времен. Так как фактически она была одним из бастионов царского режима, в первые годы большевизма она была практически стерта с лица земли. Некоторым православным священником удалось избежать репрессий, замаскировавшись под крестьян или рабочих. Многие из них при немецкой оккупации вышли из подполья, и ХАРТЛЮ удалось поговорить с ними во время его поездки по России. На нелегальном положении они часто, преодолевая громадные трудности, организовывали небольшие тайные религиозные группы при содействии мирян. Эти царские православные священники-миряне особенно часто встречались в академических кругах и жили как настоящие святые или мученики. В них пылал огонь веры, который делал их способными на героическое самопожертвование, фактически это было подпольное движение в Советском Союзе.
Православных монахов царских времен постигла та же судьба, что и священников. Одному из последних влиятельных архимандритов удалось успешно бежать из Советской России, после чего он стал православным архиепископом Америки в НЬЮ-ЙОРКЕ.
На русской границе у дукельского перевала в Словакии группа православных монахов царских времен, некоторые из них бывшие царские офицеры, включая Великого Князя, совместно создали монастырь Владимировка.4 ХАРТЛЬ поддерживал тесные дружеские отношения с монахами этого монастыря, который в то же время являлся превосходным разведывательным центром. ХАРТЛЬ утверждает, что зимой 1944-1945 гг. он пытался помочь этим монахам добраться до Швейцарии. Гестапо перевело их из Словакии в БЕРЛИН, но ХАРТЛЬ не уверен, удалось ли им бежать оттуда весной 1945 года.
Кроме того, что они были превосходно информированы о Советском Союзе, эти монахи имели весьма тесные связи с Балканами, особенно с БЕЛГРАДОМ и СОФИЕЙ, а также со Швейцарией, где их разведывательная сеть соединялась в БЕРНЕ с британской и ватиканской (здесь ХАРТЛЬ рекомендует, что к различным заданиям, которые он выполняет для американской разведки, имеет смысл прибавить задание осветить этот разведывательный центр в БЕРНЕ, и он уверен, что смог бы добыть жизненно важную информацию, недоступную любому американскому разведчику).
Read more...Collapse )

Tags: ,

15 comments | Leave a comment

02.09.2017
11:04

[Link]

infinite loop
Конечно же, всех интересует дальнейшая судьба героев предыдущей записи. Относительно Абдула пока ничего не могу сказать, а вот про его компаньона публикую еще один документ.

Вена, 31.III.38.
An d. Nansen-Amt für russ. Flüchtlinge, Berlin
[В Нансен-Амт по делам русских беженцев, Берлин]
В 1933 г. после 10-летнего пребывания в Германии я должен был покинуть страну (я был выслан из Пруссии). В декабре 1933 г. без визы я перешел австрийскую границу. 2-3 недели позже был арестован и выслан из Австрии. Выслан был только за то, что я без визы нелегально перешел границу, меня отвезли на чешскую границу и насильно заставили перейти чешскую границу, несколько дней позже был арестован чехами и опять отправлен в Австрию.
Я живу в Вене около пяти лет незаявленным, был много раз арестован и каждый раз меня везли на чешскую границу. После перехода границы меня арестовывали и отправляли в суд, но я всегда был оправдан, меня отправляли в полицию и потом на границу.
По настоянию Женевы два года тому назад мне выдали Nansen-Pass [нансеновский паспорт] и все-таки отправили на чешскую границу. 12 марта 1937 г. я был последний раз арестован, мне выдали новый Nansen-Pass и, как всегда, отправили на чешскую границу , я вернулся назад и до сего времени живу незаявленным.
В данный момент [тремя неделями ранее произошел аншлюс] я решил сам явиться в полицию и просить правожительство.
Nansen-Amt в Берлине имеет мой акт и отлично знает, что мне пришлось пережить с 1932 г. Я обращаюсь со следующей просьбой:
1. дать мне письмо в Polizeidirektion Wien [управление полиции Вены] с просьбой дать мне Aufenthalt [право на пребывание] в Австрии и выдать новый Nansen-Pass. В продолжение пятилетнего моего пребывания в Австрии я работал в фильме (статистом) и зарабатывал столько, чтобы мог жить, а не был под судом (только за высылку).
2. Прошу дать мне удостоверение в том, что я Arier [ариец]:
Я бывший подпоручик 4 Туркестанского полка, происхожу из потомственных дворян Псковской губ.
По получении Вашего ответа я немедленно заявлюсь и пойду сам в полицию.
Заранее Вам благодарен, остаюсь с совершенным почтением.
Georg Elagin.
Wien
II Pazmanitengasse 14/61 bei Kubelka
P.S. Ich besitze ein Nansen-Pass № 108 ausgestellt durch Polizeidirektion Wien am 13 März 1937 für ein Jahr.
[Я владею нансеновским паспортом № 108, выданным управлением полиции Вены 13 марта 1937 г. на один год]

Tags: ,

4 comments | Leave a comment

[<< Previous 20 entries -- Next 20 entries >>]

My Website Powered by LiveJournal.com